Председатель Нижегородского областного суда Анатолий Владимирович Бондар взял курс на системное исправление ошибок и недостатков при вынесении судебных решений Важным фактором является то, что при выявлении ошибок судебной системы и их исправлении, председатель Нижегородского областного суда Анатолий Владимирович Бондар ориентируется на плотную работу с общественностью. Это можно назвать его личным ноу-хау. В рамках реализации данного курса 26 июля Президиум областного суда заслушал материалы проверки работы Варнавинского районного суда по условно-досрочному освобождению осужденных. *** Проверку работы Варнавинского районного суда за 2011 год и первый квартал 2012 года проводил судья областного суда Александр Михайлович Кулагин. Он сообщил на Президиуме, что первичная информация, которая и стала основанием для проверки, поступила от уполномоченного по правам человека по Нижегородской области Василия Васильевича Ольнева. Отметим, что обнародованная информация была шокирующей. Председатель Бондар не стал с сугубо корпоративных позиций «защищать честь судейской мантии», резко и принципиально отреагировав на нее. Кулагин констатировал, что ошибки имеются. В одних случаях судьи Варнавинского районного суда те или иные доводы учитывали, в других – нет. Мотивация в решениях зачастую просто отсутствовала. Но за сухими строками анализа скрывается то, что можно и нужно назвать вопиющими фактами. Они не укладываются в голове: как такое могло случиться? Осужденные, которые совершили тяжкие преступления, вплоть до убийства группой лиц, не раскаялись, имели массу взысканий, неоднократно помещались в карцер и ШИЗО, не выплатили гражданского иска, — совсем неожиданно освобождались по УДО. Особо возмутительный подобный случай касается осужденного, который, находясь в заключении, убил другого осужденного. И был… освобожден по УДО. В то же время, совершившие преступление легкой и средней тяжести («за кражу курицы», как образно выразился Бондар), имеющие поощрения, выплатившие гражданский иск, по непонятным причинам не освобождались судьями Варнавинского районного суда по УДО. Хотя администрация исправительного учреждения давала положительное заключение. В Варнавинском суде утверждали, что действовали исходя из принципов «социальной справедливости». Председатель областного суда Анатолий Бондар обратил внимание на то, что около пяти лет назад, в сентябре 2007 года, аналогичный вопрос уже ставился на Президиуме именно по Варнавинскому районному суду. Тогда основанием стал опять же вопиющий факт: осужденный за тяжкое преступление был освобожден Варнавинским судом по УДО, а вскоре в Кулебаках досрочно освобожденный расстрелял двух милиционеров. Когда Бондар напомнил об этом председателю Варнавинского районного суда Бердниковой, она сказала, что… не помнит такого случая. Председателю районного суда вообще нечего было ответить, свои судебные решения она не комментировала. Бердникова в свое оправдание могла только сказать, «что денег она за эти решения не получала». Хотя напрямую в коррупции ее никто и не обвинял. Вслед за судьей областного суда Кулагиным выступил и уполномоченный по правам человека по Нижегородской области Ольнев. Он также заострил внимание на «противоречивых» решениях Варнавинского районного суда, когда отпускали по УДО закоренелых преступников, а достойных освобождения оставляли за колючей проволокой. Привел пример осужденного по фамилии Изосимов, у которого было 29 поощрений, у него подсело зрение, он инвалид 2-ой группы. Но его не выпустили. Ольнев пояснил: до него доходит информация, что тема УДО переведена на коммерческие рельсы. «Не позолотишь ручку — просто так никто не отпустит», — утверждал на Президиуме Ольнев. *** «Разбор полетов» состоялся на Президиуме областного суда только по Варнавинскому районному суду и его председателю Бердниковой. Ей, кстати, тут же, перед ее коллегами, было предложено написать заявление об отставке. Однако проблематика касалась и других территорий, где расположены исправительные учреждения. Это девять районов области и один район внутри Нижнего Новгорода. Что касается Варнавинского районного суда, то проверка его работы была по УДО, но анализ судебных решений был всесторонний. По уголовным делам нарекания есть, и более всего в адрес именно судьи Бердниковой. По гражданским делам стабильность решений 58,8%, что ниже среднеобластной цифры. В частности, председатель коллегии по гражданским делам Лысов заявил, что отменено резонансное дело по сносу здания только что выстроенного автосервиса. Это свидетельствует о том, что качество работы районного суда в целом представляется низким. Критично к работе судебной системы по УДО подошел не только уполномоченный по правам человека в Нижегородской области, но и глава ГУФСИН по Нижегородской области Виктор Дежуров. Он отметил, что в целом по области складывается отнюдь не радужная картина. По УДО освобождается примерно 38,4% от тех, кто выходит на свободу. УДО для исправительной системы — один из важнейших инструментов влияния структуры. Но что происходит? При положительном заключении администрации исправительного учреждения осужденного зачастую не освобождают, зато растет количество освобождаемых по УДО при отрицательном заключении администрации. Это характерно прежде всего для варнавинских ИУ. *** Но дело не только в низком качестве работы одного из районных судов. Выступавшие на заседании Президиума областного суда неоднократно критиковали и работу прокуратуры. Оказывается, представители прокуратуры, даже выражая несогласие с решениями Варнавинского суда, ни разу за период, который стал предметом проверки по УДО, не обжаловали их. Кассационная инстанция не работала. Это и не позволило областному суду вовремя обнаружить «системную» ошибку по УДО в Варнавинском районе. Кстати, эта тенденция — обжаловать судебные решения по УДО через раз — характерна и в целом по области. Честно, открыто говорилось на Президиуме и о наболевшей теме «сращивания прокуратуры и судейства». Говорилось, что нужно довести до областной прокуратуры, что их представители не надлежащим образом стоят на страже закона. А ведь при рассмотрении дел по УДО отсутствует потерпевшая сторона и по сути нет в полной мере состязательности процесса. Поэтому нужны как взвешенные решения суда, так и принципиальные подходы прокуратуры. Ведь освобожденный возвращается на свободу, в том числе и к потерпевшим, которым, в некоторой степени, может быть нанесен морально-психологический ущерб таким вот досрочным появлением осужденного в их социуме. После этих выступлений Президиум областного суда не только признал работу Варнавинского районного суда по УДО неудовлетворительной, со всеми вытекающими отсюда последствиями, но и обратил внимание прокуратуры на ее бездействие в защите законности. Президиум областного суда прошел реально конструктивно, в рабочей обстановке, причем не только для того, чтобы «заклеймить» Варнавинский районный суд. Судьи открыто высказывались по существу проблематики УДО. Было отмечено, что судьям не всегда легко и просто разобраться в делах по УДО. Не всегда качественные материалы приходят от администраций исправительных учреждений. Представитель Дзержинского городского суда Великанов говорил об учете поощрений и взысканий. Иной раз у осужденного долгое время нет поощрений или взысканий, а когда наступает время для подачи ходатайства на УДО, вдруг либо первые, либо вторые начинают расти как снежный ком. В первом случае администрация готовит кого-то на «условно-досрочное», а во втором кого-то намеренно «прессуют». Но в том и профессионализм судьи, чтобы оценить доказательства правильным образом и вынести правосудное и справедливое решение. Так отреагировал на это председатель областного суда Бондар. Есть и еще много разного рода «подводных камней». Иной раз служба внутренней безопасности колонии ратует за УДО осужденных в том числе и по тяжким статьям. Они, мол, помогли следствию в отношении сотрудников администрации, совершивших должностные преступления. И получается, что осужденный раз тридцать побывал в ШИЗО, а его все равно характеризуют положительно. Председатель Нижегородского областного суда Анатолий Владимирович Бондар в нескольких репликах определил общую установку. Он привел примеры субъектов Федерации, где действуют по УДО жесткие рамки, и не согласился с таким формализованным подходом. Бондар против того, чтобы решения ставить на поток без учета личности осужденного, поощрений и взысканий. Если человек «курицу украл», до окончания срока осталось чуть-чуть и он характеризуется положительно, то надо освобождать. Но нельзя формально освобождать убийц, сокращая срок наказания на 5-6 лет. Бондар резонно утверждает: наши коллеги работают, преступник получает по заслугам — 15-16 лет, а мы же сами эту работу перечеркиваем?! Все должно быть при этом по закону и совести. Подводя итоги июльского Президиума областного суда, необходимо сказать следующее. В сентябре 2007 года разбирался примерно тот же вопрос по поводу того же районного суда. Сначала там был порядок, а потом опять, как выразился Бондар, распустились. Ничему их жизнь не научила. Сейчас опять вопрос был заострен. Почему не получилось пять лет назад и что нужно сделать, чтобы получилось у председателя Нижегородского областного суда Бондара? Тогда не были подключены общественность, средства массовой информации. Сегодня их подключили. И я убежден, что работа судов по УДО будет упорядочена. В такой конфигурации системный подход председателя суда Бондара сработает: Президиум областного суда плюс общественность и СМИ.