Проблемы общественного транспорта вырастают из нашего отношения к жизни, которое у некоторых продолжает оставаться потребительским. Департамент транспорта ввел новые правила льготного проезда на общественном транспорте. Сколько копий было сломано вокруг этого! А зачем? У известного художника Петрова-Водкина есть культовая картина «Купание красного коня». Да простят меня ценители высокого искусства, но если кратко, то на холсте изображены несколько ядрёных мужиков с крепкими ягодицами, моющих в реке прекрасных красных лошадей. Кони на картине мне очень нравятся, голые мужики – нет. Я бы сравнил их с некоторыми современными «левоориентированными» публицистами, которые настолько сильно озабочены обличением власти в несуществующих изъянах, что готовы до дыр тереть своих красных коней мочалкой. Нарвался я намедни на статью, где автор, несильно скрывая своих симпатий к КПРФ, обличал язвы и пороки нижегородского общественного транспорта. Дескать, житья никакого пенсионерам не стало. Унижают их власти, отбирают последнее. Вот и стоимость единого социального проездного подняли, ограничив стариков 39-ю поездками в месяц. А еще автобусы грязные, кондукторы издеваются, водители возят «как дрова», а молодые пассажиры – сволочи – места старикам не уступают. И так это, знаете ли, жалостливо было написано, что тут же припомнился мне Черчилль, который на полях своих речей делал пометки: «Слабый аргумент. Повысить голос». Или по-русски: «Нет аргументов – переходим на визг». Лично у меня наш общественный транспорт вызывает смешанные чувства. Но вместо того, чтобы распинать городские и областные власти за талончики и высокие цены на проезд, я бы лучше расстрелял тех, кто придумал «пробки». Это шутка. Конечно, люди не виноваты в том, что они стали лучше жить и заполонили своими авто все улицы, мешая, в том числе, и муниципальным автобусам, троллейбусам, трамваям. Хотя, конечно, и у меня есть претензии к общественному транспорту. Помнится, Олег Сорокин обещал обновить весь парк маршрутных такси, покрасить их в единый цвет, одеть водителей в форменные тужурки, запретить им курить и слушать радио «Шансон». Ну, и где это всё? Хотя по мне, однако, лучше в клубах дыма и под «Владимирский централ», но ехать, чем стоять на остановке часами. Само собой, красный автор апеллирует к советским временам и вроде даже обличает их. Но эта критика ограничивается лишь констатацией факта, что при советах автобусы ходили плохо. А позвольте спросить, доводилось ли вам, любезный, году эдак в 88-м, проклиная всё на свете, идти пешком по первому снегу порою ночною по Окскому съезду? А до Автозавода пешедралом не пробовали? Конечно, если автобус все-таки приходил, то в салоне у народа были «маленькие радости» в виде кассы самообслуживания – можно было лишь сделать вид, что бросаешь внутрь свои 10 копеек (либо 6 копеек) и с честными глазами оторвать билет. Ведь бумаги в стране было завались, впрочем, как и бензина, автобусов, колбасы и всего остального. По крайней мере, так тогда писали в газетах. Но те-то хоть за идею врали, а что заставляет нынешних писать откровенную чушь о якобы «хаосе, царящем в системе общественного транспорта»? Да еще и приводить на суд читателя бредовые расчеты, из которых выходит, что стоимость поездок пенсионеров составляет 25 рублей, а остальных граждан – 20 рублей. На всякий случай, давайте-ка сверим цифры. По данным департамента транспорта, себестоимость единого социального проездного – 390 рублей, из них пенсионер платит лишь 100 рублей, остальное компенсирует бюджет. Итого: пенсионер имеет возможность совершить в месяц 39 поездок, каждая из которых обойдется ему в 2,5 рубля, а общие транспортные расходы льготника составляют менее 2% от размера минимальной пенсии, установленной в регионе. Так о каком унижении пенсионеров пишет автор? Ах, о малом числе поездок! Может быть, малое, а для кого-то и немалое. Но обвинять в том, что число «39» появилось с потолка, неправильно. Все-таки мониторинг пассажиропотока – это анализ, если даже он кому-то не нравится и его результаты не вызывают доверия. Простите, что утомил вас расчетами, но таковы реалии наших дней, каждому нужно уметь считать – планировать свои расходы. В противном случае мы опять скатимся до билета в 6 копеек при отсутствии автобусов. Справедливости ради надо сказать, что и в наше меркантильное время конкуренция среди перевозчиков дает о себе знать. Конечно, на большинстве коммерческих маршрутов в Нижнем берут с пассажиров по предельной планке тарифа в 20 рублей. Но есть и приятные исключения. На маршруте №76 с меня взяли лишь 15 рублей. Такова ценовая политика владельца, сохраняющего прибыль благодаря увеличению пассажиропотока. Что меня больше всего умиляет, когда я читаю пропагандистские материалы современных красных пиарщиков, так это их постоянные ссылки на западный опыт, где пенсионеры, по их словам, как сыр в масле катаются. Надо думать, это дань традиции. Помню курьезный случай из начала 80-х, когда на арзамасской трассе местные гаишники вывесили свой плакатик «Не уверен – не обгоняй!». Всё бы ничего, да установили его рядом с огромным биллбордом: «Догоним и перегоним Америку!». Нынешние идут чуть дальше, развивая тезис до читаемого между строк: «Пора валить из поганой Рашки». Так вот, о Западе. Пришлось мне на днях лететь рейсом «Люфтганзы». Организм предвкушал комфорт приятного перелета. Но вдруг – бац! Забастовка диспетчеров! Наверное, это карма, но три года назад угораздило меня лететь рейсом «Бритиш Эйрвэйз». И что вы думаете? И там бастуют. Требуют чего-то. Я к тому, что транспортные проблемы есть везде. И терпеть их там приходится не только пожилым, но и молодым. В США в 2008—2009 годах из-за кризиса не меньше миллиона американских семей лишились своих домов, взятых в ипотеку. Возмущались, конечно. Но в приличных тамошних изданиях мне до сих пор почему-то не попадались дурацкие статьи а-ля «как же унизили наших сограждан, выкинув на улицу». Потому что там каждый с рождения знает, что за всё надо платить. А если ты хочешь отобрать и поделить, то твое место в тюрьме. Тут мне снова хочется ненадолго вернуться в наше прошлое и напомнить читателю о русском писателе Аркадии Аверченко, книжку которого «Дюжина ножей в спину революции» отметил даже В.И.Ульянов/Ленин. В вольном изложении одна из главных мыслей Аверченко о русской революции звучит так. Просыпается в 1920-м русский пролетарий, завтракает сухарем с кипятком и вспоминает, как при царе он ел колбасу. И задается вопросом: «А не погорячились ли мы в 1917-м?» Скажем честно, к 2012-му, ценой неимоверных усилий, российскому народу удалось вернуть себе колбасу. И власть, которую красные мойдодыры продолжают называть антинародной, конечно, с разной степенью эффективности, но что-то делает для того, чтобы средний нижегородец мог добавить к колбасе и масло, и икру. Так неужели мы хотим опять на сухари? И дело здесь, конечно, не в проблемах общественного транспорта, которые для кого-то являются лишь поводом для очередной порции грязи в надежде на будущие политические дивиденды. Дело в нашем отношении к жизни, которое у некоторых продолжает оставаться потребительским. И если так дальше пойдет, вполне возможно, ядрёные мужики с крепкими ягодицами будут купать своих красных коней в наших водоемах и мутить воду. Не верите? А вдруг? Александр Серов