Читайте подробности убийства на бытовой почве в селе Безводное Нижегородцы еще до конца не отошли от шока, в который их вверг судебный приговор главе регионального Следственного управления СК РФ Владимиру Стравинскасу. Некогда бывший заместитель областного прокурора, до 2015 года возглавлявший региональное управление Следственного комитета, сам ходил на допросы к следователям, а потом оказался на скамье подсудимых. И тут – новая неожиданность! Попал под арест бывший коллега Стравинскаса по прокуратуре Нижегородской области Виктор Морозов. Причем даже не за должностное преступление, а за бытовое. Речь идет об убийстве, совершенном еще в марте в селе Безводное Кстовского района. Бездыханное тело 69-летней местной жительницы Любови Янченко 5 марта обнаружил сын погибшей. При осмотре места происшествия криминалистами выяснилось, что смерть наступила за несколько дней до этого. На теле хозяйки помимо следов удушения были зафиксированы последствия жестоких побоев: у несчастной женщины был сломан нос, переломаны ребра. По горячим следам преступление раскрыть не удалось. Следствие долго топталось на месте, отрабатывая версию об убийстве с целью ограбления, в пользу чего свидетельствовали отсутствие у жертвы ювелирных украшений и бардак, наведенный в жилище. И вот как гром среди ясного неба 17 июля прогремело известие о задержании по подозрению в мартовском убийстве бывшего заместителя областного прокурора, бывшего заместителя начальника управления Генпрокуратуры РФ по ПФО, бывшего прокурора города Кулебак, генерала-майора юстиции Виктора Морозова, который являлся соседом погибшей. Односельчане были просто уничтожены такой новостью. Многие не могли поверить, что столь уважаемый человек, бывший высокопоставленный сотрудник прокуратуры округа, мог оказаться замешан в обыкновенном бытовом убийстве соседки по даче. После известия о задержании Морозова жители Безводного посчитали, что произошло недоразумение и человека допросят и отпустят. Однако на заседании в Московском районном суде 18 июля, где рассматривался вопрос об избрании меры пресечения обвиняемому в убийстве, оказалось, что всё в этой истории не так просто. Выяснились неожиданные вещи: Морозов, как сосед Янченко по даче, давно уже проходит по делу в качестве свидетеля. А как бывший сотрудник прокуратуры активно участвует в следственных консультациях, направляя следователей… по ложному следу. Морозов указывал на соседний по отношению к жилью Янченко дом, где проживает мать-одиночка, к которой часто захаживают в гости «асоциальные личности», гастарбайтеры, чтобы выпить вина и погулять. Отставной генерал утверждал, что наверняка кто-то из них и мог выступить убийцей Любови Янченко. Когда стало очевидно, что путь, на который настойчиво указывает Морозов, заводит следствие в тупик, подозрения пали… на самого Морозова. Его подключили к электродам, провели тест на полиграфе. Данные показали, что Морозов лжет. Сам по себе тест на детекторе лжи не может служить процессуальным доказательством. Однако он существенно развязывает следствию руки на поиск дальнейших доказательств в отношении фигуранта проверки. В итоге разработкой бывшего прокурорского работника органы занялись плотнее. В его доме провели негласный обыск и обнаружили одежду, на которой были… биологические следы жертвы. Это уже достаточное основание для предъявления обвинения в убийстве. Задержали Морозова на улице Тимирязева в Нижнем Новгороде, где проживает его дочь с семьей. Он находился в своем автомобиле Honda CR-V. На заседании суда следователь СУ СКР Андрей Ротков рассказал, что когда Морозову дали телефон, реализуя право на последний звонок, дабы он мог сообщить ситуацию родственникам, то он попросил родных связаться с сотрудниками следственного комитета, прокуратуры, чтобы включить все высокие связи и «порешать» вопрос с его задержанием. В результате следствие посчитало, что, находясь на свободе, бывший высокопоставленный прокурор может оказать давление на свидетелей, ход следствия, а потому настаивало на помещении его в следственный изолятор №1 на проспекте Гагарина. Обвиняемый переезжать из своего особняка в камеру очень не хотел, на судебном заседании по мере пресечения просил оставить его под домашним арестом. В качестве аргумента, что не сбежит из России, перед началом заседания он сдал сотрудникам СКР свой паспорт, предложил оставить под залог автомобиль стоимостью 1 миллион рублей. При этом адвокат просила суд приобщить к делу положительные характеристики на Морозова из Союза пенсионеров, правоохранительных органов, государственные награды, полученные на статусной службе. Однако это был как раз тот случай, когда ордена и медали только отягчают положение подследственного. Ведь человек, совершив тяжкое преступление, не оправдал проявленного к нему доверия, девальвировав тем самым ценность награды и дискредитировав того, кто ее выдал, то есть само государство. В итоге, хотя представитель гособвинения допустил возможность домашнего ареста, суд Московского района отправил Морозова в СИЗО на два месяца – до 16 сентября. В ходе заседания суда так и не были озвучены мотивы, толкнувшие экс-заместителя прокурора Нижегородской области на убийство. Сам он категорически не признаёт вину, утверждая, что находился в прекрасных отношениях с Любовью Янченко. Помогал искать реального убийцу как мог! При отсутствии официальной версии, односельчане Морозова и Янченко выдвигают свои предположения. «У его жены был рак головного мозга. Когда состояние совсем плохое стало, ей выписали морфин. Он ездил покупать его в аптеку, где работала убитая. Говорят, что к определенному моменту он перестал ей платить и брал в долг. Она потребовала вернуть деньги и отказалась выдавать новые партии», – рассказывают они и поясняют, что именно отказ выдать обезболивающее и привел Морозова в неописуемую ярость. Он до смерти избил хозяйку, удушил ее для верности и потом пытался инсценировать всё как ограбление. С одной стороны, теория выглядит правдоподобно. У жены генерала действительно был рак мозга. Болезнь прогрессировала и для снятия болей требовалось всё больше дорогостоящих опийных препаратов, типа морфина. Кстати, через несколько дней после убийства Янченко супруга Морозова скончалась. В действительности, погибшая хоть и пребывала на пенсии, но была фармацевтом и подрабатывала в аптеке на ночных дежурствах. Руководство аптеки утверждает, что лекарства в ее смену не пропадали. Да и вообще сомнительно, что у отставного генерала могло не хватать денег на лекарства для умирающей жены и он что-то брал взаймы. Что же на самом деле происходило между убийцей и его жертвой, точно знает только убийца. Остается ждать, когда заговорит сам Виктор Морозов. А ему стоит начать говорить. «Связи», на которые он надеялся, не помогли, и, учитывая почтенный возраст (69 лет), у генерала вряд ли будут шансы выйти из тюрьмы при жизни – по приговору об умышленном убийстве. Сохранить надежду видеть небо не через решетку ему помогут только сделка со следствием и рассмотрение дела в особом порядке. А такое возможно, если Морозов предоставит какую-то ценную информацию. Причем необязательно по убийству его соседки. Например, достоверно известно, что вторая его дочь живет в Майами, где уже обосновалась целая колония нижегородцев, основанная еще бывшим депутатом гордумы Дмитрием Бирманом. Притом не самых чистых перед российским законодательством. Там же скрывается от международного розыска Олег Кондрашов, там же находятся квартиры известного семейства Ивана Карнилина. Любопытно, что у Морозова тот же адвокат, что и у Стравинскаса. Значит, связи у него и впрямь сохранились, а если исходить из этого, то, вероятно, имеется бесценная информация о нижегородских проходимцах времен 2000-х... В общем, расследование бытового убийства грозит вылиться в куда более широкие разоблачения, которые изрядно поколыхают летний информационный штиль. Ефим БРИККЕНГОЛЬЦ