Тревожными представляются перспективы вхождения нижегородских аграриев в новый сельскохозяйственный сезон Дизель в цене С 1 января ставка НДС выросла с 18 до 20 процентов, что неизбежно ведет к увеличению стоимости удобрений, запчастей, сырья. Цена будет расти по всей производственной цепочке, сказываясь на себестоимости сельхозпродукции. Кстати, отечественные производители сельхозтехники (тот же «Ростсельмаш»), не дожидаясь увеличения ставки НДС, заблаговременно, уже в декабре, подняли цены на выпускаемую технику и запчасти! Одновременно в конце прошлого года Центробанк поднял ключевую ставку, что ведет к увеличению стоимости выданных средств по коммерческим кредитам. В феврале ожидается дальнейшее ужесточение давления на банки – Россию грозят отключить от системы Svift, что в большей степени отрежет финансовые структуры от дешевых долгосрочных западных кредитов. Банкам (в том числе профильному – Россельхозбанку) ничего не останется, как ссужать деньги с меньшей охотой и под большие проценты. Аграрии, конечно, надеются на обещанное государством льготное кредитование под 5 процентов годовых. Однако отмечены случаи, когда фермеры, пройдя впустую по кругу, в итоге вынуждены оформлять потребительский кредит под 17 процентов. И все-таки одной из самых больных тем для сельского хозяйства стало то, что новый год начался с резкого рывка цен на топливо. Впервые в истории дизтопливо сравнялось по стоимости с 92-м бензином. Такого не было никогда! Вообще, рост цен на ГСМ стал одной из самых сложных тем российской экономики в 2018 году. По данным Росстата, за год бензин подорожал на 9,4%, дизель – на 14,8%. Казалось бы, дальше расти некуда. В конце октября нефтяники подписали с правительством соглашение о заморозке отпускных цен на топливо. Но повышение с 1 января 2019 года НДС вызвало повышение акцизов – эти факторы неминуемо должны были спровоцировать дальнейший скачок цен на ГСМ. Обещания не выполняются В прошлом году местным сельхозпроизводителям были обещаны компенсации за покупку дорожавшего весь год топлива. Причем сразу по двум программам: федеральной и региональной (местные компенсации – 200 рублей с тонны). В частности, сообщалось, что власти собираются компенсировать предприятиям АПК Нижегородской области 106,1 миллиона рублей расходов на горюче-смазочные материалы. Но многие сельхозпроизводители выделенных денег так и не дождались. Есть мнение, что районное начальство распределило таковые по признаку лояльности аграриев к местной власти. Или же средства в глубинку и не отправлялись, а были израсходованы региональным минсельхозом на латание финансовых дыр, в связи с тяжелой экономической ситуацией. Которая, правда, не отразилась на премиальных для чиновников и на «золотом парашюте» – единовременная компенсация при увольнении высокопоставленного начальника – для ушедшего в отставку министра сельского хозяйства Нижегородской области Алексея Морозова. Любопытно, что, по данным Нижегородстата, за прошедший год в регионе более чем на тысячу человек увеличилась численность чиновников, при том что естественная убыль населения в районах составила 13600 человек. Это к вопросу о роли сотрудников регионального минсельхоза и начальников районных департаментов сельского хозяйства, от которых, по словам нижегородских аграриев, вреда, пожалуй, больше, чем пользы. Жесткий режим экономии Но это лирика, а если ближе к сути, то очевидно, что система компенсаций сельхозпроизводителям на закупку ГСМ в прошлом году на Нижегородчине не сработала – многие выживали, как северокорейцы, только за счет своих сил. О том, каким образом аграриям собираются помогать справляться с безудержным ростом цен на топливо в наступившем году, пока не заявлено. Но памятуя о том, что происходило в 2018-м, аграрии, скорее всего, заведомо начнут экономить – станут закладывать в посевную только те расходы, которые смогут потянуть за счет собственных ресурсов, не рассчитывая на господдержку. Ни о каком развитии говорить не приходится. В лучшем случае речь идет о сохранении прежних показателей. Высота экспортного потенциала А ведь в растениеводстве вроде бы складывается неплохая конъюнктура по сбыту. Стоимость зерна в настоящий момент выросла до 12 рублей (это просто сказочные расценки в сравнении с 4-5 рублями год назад) и будет продолжать расти. Такому положению дел способствовали как неурожай в нескольких черноземных регионах, так и рост экспортного потенциала отечественного зерна, запасы которого практически полностью ушли на внешний рынок! В минувшем году Россия впервые продала зерна за границу даже на большую сумму, чем вооружений. В году наступившем федеральный Минсельхоз прогнозирует направить на экспорт сельхозпродукции на сумму 26 миллиардов долларов! Правда, Нижегородская область в этих процессах практически не участвует. Тем не менее даже от того, что на экспорт уходит зерно других регионов, мы все равно выигрываем. На внутреннем рынке возник дефицит, цены на зерно пошли в рост. Но обольщаться не стоит: по вышеуказанным причинам наши аграрии быстро израсходуют «жировой запас», полученный от выгодной конъюнктуры рынка, и едва ли смогут вложиться в развитие. В лучшем случае – не утратят позиции. Впрочем, все эти проблемы обойдут стороной крупные предприятия – агрохолдинги вроде «АФГ Националь». Они сейчас в полном порядке и в будущее смотрят с уверенностью. Так, на днях Сергачский сахарный завод презентовал программу развития предприятия с объемом инвестиций 8 миллиардов рублей. Стратегические инвесторы завода – группа Дмитрия Аржанова и компания «ТНС энерго». А что будет со средними, мелкими сельхозпроизводителями, которые составляют основную массу сферы АПК и поддерживают жизнь на селе? Оставшись без доступных кредитов, возможности получить компенсации, столкнувшись с подорожанием цен на всё вокруг, они смогут экономить на единственной составляющей – трудовых ресурсах! Не будут повышать людям зарплату, продолжат сокращать коллективы. Это чревато. Из сферы АПК уходят лучшие специалисты, замены им, как правило, нет. К примеру, на одном из сельхозпредприятий в Большеболдинском районе некоторое время назад сократили ряд механизаторов: для них не было работы. Теперь там дефицит в шесть механизаторов, и где их взять, работодатель не ведает! Даже по официальной статистике, которая, судя по всему, неизмеримо далека от истины, дефицит специалистов на предприятиях сельского хозяйства в Нижегородской области составил 500 человек. Непонятно, как решать эту проблему, поскольку система профессионально-технической подготовки в сфере АПК в регионе утрачена. А ведь за современный, инновационный комбайн не посадишь случайного человека – можно запросто лишиться техники стоимостью в миллионы рублей, за которую еще кредиты возвращаются. Проблема в том, что вместе с обнищанием сельского производства слабеет село, снижается его способность воспроизводить и удерживать трудовые ресурсы. Деревни стареют и становятся безлюдными. Требуется новая система господдержки На этом фоне было бы разумно не предлагать сельхозпроизводителям выплату компенсаций за топливо, прочие издержки «постфактум»: деньги в итоге не дойдут до адресата. На Нижегородчине в отношении предоставления субсидий нужно ввести принцип предоплаты! Все производители, обрабатываемые объемы, как правило, известны. Еще до посевной можно заложить суммы выплат и выдать их. Помогать надо не только растениеводам: прежде всего в этом нуждаются животноводы. Ведь если первые ощутят на себе последствия инфляции только по весне, когда начнется посевная, то последние уже сейчас страдают от роста цен на энергоносители: фермы потребляют немало электричества, а оно будет дорожать в этом году аж два раза. И даже не самые низкие закупочные цены на молоко (22 рубля) не спасают. Кстати, федеральный Минсельхоз с этого года меняет механизмы господдержки. «Мы на себя взяли задачу к 2020 году внести заметные изменения в механизмы поддержки по трем видам субсидий: единая субсидия, несвязанная и субсидия на литр молока», – сказала замминистра Елена Фастова. Эти виды субсидий предполагается разделить на две части. Первая часть – компенсирующая, которая фактически действует и сейчас: поддержка на один гектар, на литр молока и т. д. И вторая часть – стимулирующая. «То есть субъекты к нам будут приходить со своими проектами по развитию тех или иных направлений, которые специфичны именно для них, а мы будем давать на эти проекты поддержку», – заявила Фастова. Аграрный сектор «под колпаком» семьи Люлиных? Проблемой нового министра сельского хозяйства нашего региона Игоря Денисова является то, что он по-прежнему лишен самостоятельности, а вернее даже, пребывает «под колпаком» вице-губернатора Евгения Люлина. Последний демонстрирует не самое конструктивное влияние на аграрный сектор. Во-первых, Люлин – сторонник консервативных подходов к развитию отрасли, активно процветавших еще при Алексее Морозове. Во-вторых, у него есть личная, семейная заинтересованность, мешающая объективно рассматривать пути развития нижегородского АПК. Сын Евгения Люлина возглавляет региональный филиал Россельхозбанка, а потому вице-губернатор стремится к тому, чтобы «заточить» отрасль под кредитование подручной структурой. Все проекты рассматривает только в этой плоскости – выгодно или невыгодно филиалу Россельхоза. Предпринимаются новые попытки вернуть в регион самого весомого инвестора аграрного сектора России – Штефана Дюрра. Он уже собирался открыть в Большеболдинском районе серьезное животноводческое хозяйство, но после того, как ему в ультимативной форме предписали переместиться в Лысковский район, на базу люлинского СПК «Бармино», свободолюбивый немец предпочел уйти в Калужскую область, к губернатору Анатолию Артамонову. Там холдинг Дюрра «ЭкоНива» запустил животноводческий комплекс на 2,8 тысячи дойных коров, объем инвестиций в который составил более 2 миллиардов рублей (мы всё это, увы, потеряли). К 2021 году холдинг «ЭкоНива» планирует обеспечивать 10 процентов производства молока в России! Причем работать собирается сразу на нескольких направлениях. Так вот, Дюрр, хоть и миллиардер, предпочитает брать под развитие производства банковские кредиты. Поэтому для Люлина важно, чтобы немецкий инвестор начал работать в Нижегородской области, «подсев» на кредиты здешнего филиала Россельхозбанка. В связи с этим и наблюдаются новые попытки заманить немца в регион. Впрочем, в данном случае интересы семьи Люлина скорее совпадают с интересами региона. Приход «ЭкоНивы» нашей области будет во благо. Группа Дюрра начнет конкурировать с АФГ «Националь», а может, они смогут дополнять друг друга: «ЭкоНива» будет развивать животноводство, а «Националь» погрузится в растениеводство. Беда в том, что после скверной истории с Большеболдинским районом и СПК «Бармино» Дюрр с Люлиным вести переговоры не будет. Да и с министром Денисовым тоже. Если он и готов оговаривать взаимодействие, то только с первым лицом региона – под его личные гарантии. Но и переговоры Глеба Никитина с Дюрром – непростая тема. У немецкого инвестора всегда есть несколько альтернативных площадок. Сегодня он облюбовал соседнюю Башкирию, где «ЭкоНива» планирует возвести животноводческий кластер молочного направления на 11,6 тысячи коров дойного стада. Даже первоначальные вложения превышают 7 с половиной миллиардов рублей! Переманить обладающего ресурсами, но хитрого немца будет сложным делом. На наш взгляд, губернатору надо срочно «перетягивать одеяло на себя», забирать у Люлина кураторство сельскохозяйственной отраслью под свой непосредственный контроль. Может, Евгений Борисович как нефтяник-энергетик (или в аптекарском бизнесе) – специалист хороший, но сельскохозяйственник – никакой. Такое реноме Люлина – устойчивое среди аграриев. Единственная возможность достичь успеха – перевести отрасль под личное кураторство губернатора. Тем ли путем движемся? Если мы, как при министре Морозове, продолжим возводить потемкинские деревни, вместо того чтобы решать насущные проблемы сельских производителей, – это значит, мы по-прежнему будем идти не тем путем. Очевидно, на каждого фермера, и даже на лучших из них, по 10 миллионов в областном бюджете не найдется. Да и нет никакого смысла вваливать сумасшедшие деньги без понимания того, будут ли они в итоге эффективно потрачены. К сожалению, некоторые фермеры тоже научились рисовать красивые бумаги, за которыми ничего нет. Что оптимально, так это создавать благоприятные условия для развития малого сельхозпроизводства. Первым делом нужно дать мелким товаропроизводителям возможность беспрепятственно и выгодно сбывать продукцию, организовать логистику. И уже потом выделять средства на покупку стада, оборудования. У фермеров, семейных ферм есть проблемы со сбытом и хранением – вот на что надо обратить внимание. При этом фермерская продукция – наиболее качественная и востребованная на рынке. В Москве, кстати, жители давно не ходят за продуктами в большие магазины: там отовариваются по большей части приезжие. Жители столицы предпочитают свежие продукты, которые им подвозят к подъездам прямо с подмосковных ферм либо продают в специальных сетях, локальных фермерских магазинчиках. Такая продукция – качественный и очень востребованный товар. Парное мясо, свежее молоко, овощи доставляются легковыми машинами и передаются прямо в руки потребителям... Мелкому и среднему бизнесу необходимо проложить дорогу в общепит – небольшие столовые, несетевую розницу. Поскольку они работают со скоропортящимися продуктами, нужна быстрая доставка, менее трех часов. Емкость рынка этого сегмента – безграничная. Потребитель истосковался по натуральным, качественным продуктам. Ему порядком надоели продукты «глубокой химической переработки», которые лежат на полках глобальных торговых центров типа «Ашан» и не портятся годами. Наверное, это удовольствие – пить молоко от известной тебе коровы, которую доил знакомый тебе человек. Вот к чему надо стремиться, а не показухой заниматься! Необходимо помнить, что сектор потребления – главный драйвер экономики, двигатель множества смежных отраслей. Мы уже порядком забыли, как «нажимать» на эту тему. А другие регионы помнят! В качестве резюме Нынешние перспективы нового сельскохозяйственного сезона рисуются не в самых оптимистичных тонах. Причем касается это не только самих аграриев, но и всех нижегородцев. По более высоким ценам им предстоит покупать продукты сомнительного качества, из пальмового масла, которые лежат в супермаркетах годами и не портятся. Но мы вполне могли бы жить по-другому. Ведь в нашей области для качественной жизни имеется всё. Ефим БРИККЕНГОЛЬЦ