Кто и с какой целью скупает «просрочку» тоннами? Тема «просрочки» нижегородцам, увы, неплохо знакома. Продуктов с истекшим сроком годности, на прилавках ТЦ сейчас действительно стало поменьше. Однако откровенная «тухлятинка» не исчезла вовсе, просто перешла немного в другой сегмент гастрономии! В последнее время в Интернете появляются многочисленные объявления о реализации продуктов питания с истекшим сроком годности. Продажи некоторых категорий продукции идут десятками тысяч единиц в одном лоте (предложении). Товар часто формируют в «миксы» – например, просроченные продукты питания смешивают с бракованными бытовыми изделиями. В группе «просрочка, некондиция, брак» участникам тематического сообщества предлагается купить замороженных кур по цене 75 рублей за кило, тогда как минимальная даже оптовая цена на момент публикации составляла 200-220 рублей. Сыр бри – по 50 рублей за кило, безымянный сыр по 170 рублей, объем партии – 20 тонн. Еще один лот в 65 тонн – просроченные курино-говяжьи сосиски (замороженные). За цену 22 рубля за кило, партию требуются забрать целиком – продавец хочет получить за «просрочку» 1,625 миллионов рублей. А за просроченные 12 тысяч банок тушенки по 80 рублей просят недорого – всего 960 тысяч рублей. Возникает интересный вопрос – откуда интернет-продавцы берут просрочку в таких неимоверных количествах? Ответ очевиден – со складов, магазинов. Согласно закона такой товар надо утилизировать, сжигать или закапывать на полигонах, но очевидно, что это делается не везде и не всякий раз. Бывает, такие продукты бесплатно раздают сотрудникам, а те продают их в Интернет сети. Либо ТЦ сам налаживает бизнес по продаже «просрочки» перекупщикам. И тут возникает второй вопрос – а для чего она им-то нужна, тем более, в таких «чудовищных» количествах? Просрочка как правило маркируется как «корм для животных», но домашние звери столько не сожрут! Назад в гастрономы подобные продукты не повезешь, «левых» торговых точек сейчас практически не осталось, даже на колхозных рынках осуществляется тщательный контроль за сроками реализации. Поэтому просрочку сейчас начали использовать в качестве … сырья для производства новых продуктов. Речь не идет о прорывных технологиях, позволяющих из тухлого мяса делать свежее. Увы, всё прозаичнее и еще жутче. Так, например, просроченный майонез сдают в точки по продаже шаурмы, а творог с истекшим сроком везут в частные пекарни. Поэтому маленькие предприятия (в том числе кафе, ресторанчики) очень уважают покупку просрочки. А самая циничная, пожалуй, схема на этом рынке, – переработка просрочки в полуфабрикаты. Когда у магазина или небольшого производства скапливаются тонны мяса, птицы, рыбы с истекшим сроком, их не вывозят на свалку. Вместо этого просрочку отправляют в кулинарный цех либо передают «своему» (доверенному) производителю полуфабрикатов. Дальше начинается «технология маскировки». Мясо, которое уже потемнело и издает запах, пускают на фарш. Щедро добавляют лук, чеснок, специи, сою и усилители вкуса, чтобы перебить любые органолептические признаки порчи. На выходе – румяные котлеты, аппетитные наггетсы, манты, люля-кебабы или пельмени. Их выкладывают на витрину отдела готовой еды того же магазина либо развозят по бюджетным столовым и кулинариям. Покупатель видит корочку, чувствует аромат приправ и даже не догадывается, что несколько дней назад сырье лежало в ящике с надписью «просрочка» и могло быть заражено сальмонеллой, листерией или какой-нибудь кишечной палочкой! Особую озабоченность вызывает санитарная составляющая. Персонал, работающий с таким сырьем, часто пренебрегает элементарными правилами: голыми руками, без перчаток и медкнижек формируют котлеты, руководствуясь принципом «чем там травиться, они ж вечные!». В итоге продавец решает две задачи одновременно – избавляется от опасного товара и получает за это еще и прибыль, а не штраф! Есть еще одно направление продаж просрочки. Если в супермаркетах покупатель привык переворачивать упаковку и искать заветную строчку «годен до», то в буфетах компаний, заводских столовых и небольших кафе при офисах данная опция отсутствует по определению. Поэтому такие места представляют наибольший риск для желудка покупателя: просроченные кондитерские изделия и готовые бутерброды не выбрасываются, а находят вторую жизнь в корпоративных буфетах, небольших кафе, точках общепита, где покупатель по определению не выбирает – платит и побыстрее проглатывает (обед-то ограниченный)! На руку нечестному буфетчику играет отсутствие информации о продукте. Главное – картинка! Пирожное на витрине выглядит безупречно: крем блестит, посыпка визуально свежая. Покупатель спрашивает у продавца: «Свежее?» И почти всегда слышит стандартное: «Только привезли, все самое свежее». И хотя это совершенно незаконно, пока не понятно, как бороться с таким набирающим оборотом «нехорошим бизнесом». Поэтому нижегородцам остается одно – отовариваться у проверенных продавцов и надеяться что хоть там их не отравят.