Черное золото сыграло роковую роль в судьбе Российской империи, а потом и Советского Союза. Как скажется «нефтяное проклятие» на современной России? Скрытая угроза для царя Первый настоящий нефтяной фонтан в России забил еще при императоре Александре II. Предприятие, созданное известными братьями Нобелями первоначально для выпуска пользовавшегося невероятным спросом керосина, к 1874 году сумело довести объемы добычи сырой нефти в Баку до 600 тысяч баррелей в год. А уже через десять лет это число равнялось 1080 баррелям, что составляло 1/3 от объемов добычи США. В 1883 году Нобели построили железнодорожную линию Баку — Батуми и открыли перед Россией дверь на международный нефтяной рынок. В результате в последнее десятилетие XIX века страна стремительно обогатилась и именно благодаря этому (а вовсе не реформам Витте, как нас учили в школе) ей удалось достичь сбалансированного бюджета. При Николае II Россия уже прочно сидела на нефтяной игле, пополняя казну валютой. Это позволяло царизму откладывать насущные реформы, подменяя их имитацией роста народного благосостояния, и при этом удерживать свою власть. Однако кончилось все плохо. Во-первых, начиная с 1901 года мировые цены на «черное золото» стали постепенно падать, во-вторых, Баку из-за тяжелых условий труда рабочих нефтепромыслов превратилось в рассадник революционных настроений. Забастовки и стачки практически разрушили работу скважин, и в 1904 — 1913 годах объемы экспорта нефтепродуктов снизились более чем втрое. Из-за этого экономическая ситуация в стране резко ухудшилась и привела к революции. Большевики, выиграв Гражданскую войну, одной из первых начали восстанавливать именно нефтяную отрасль. В 1922 году был создан Синдикат нефтяной промышленности – Нефтесиндикат, который вместе с Нефтеторгом и Нефтеэкспортом занимался продажей нефти и нефтепродуктов за границу. Именно торговля «черным золотом» стала тогда одной из немногих статей, позволявших Советскому Союзу получать валютную выручку и кое-как налаживать жизнь в стране. Весной 1929 г. в строй действующих вступил трубопровод Грозный – Туапсе, а в феврале 1930 г. – Баку – Батум. К этому времени были построены нефтеперегонные заводы в Батуме, Туапсе, Баку и Грозном. Строительство новых и модернизация старых НПЗ была особенно важна для того, чтобы увеличить выпуск бензина, пользовавшегося тогда большим спросом на мировом рынке. К 1928 г. мировой экспорт бензина увеличился вдвое, и практически весь бензин, произведенный в Советском Союзе, отправлялся за границу! В начале 30-х годов нефтяной экспорт набирал обороты. Создавались совместные советско-германские и советско-английские нефтяные компании, а рынок сбыта охватил даже такие страны, как Корея и Новая Зеландия. В это же время на заводах, в том числе на «Красном Сормове», начинается строительство огромных танкеров водоизмещением 10 000 тонн. К концу первой пятилетки (1932 год) нефтепродукты были самой крупной статьей советского экспорта. А полученная валюта позволила произвести масштабные закупки оборудования для строительства новых заводов. Нараставший советский нефтяной экспорт вызывал большую озабоченность ведущих мировых нефтяных компаний, объединившихся к этому времени в Международный нефтяной картель. К тому же Запад переживал Великую депрессию, во время которой спрос на «черное золото», равно как и цены, резко упал. «Нефтяная группа сильнее нас экономически, — писал Сталин в 1932 г. — Она всегда может помешать нашему нефтеэкспорту, может сбить цены и вогнать нас в большие убытки, если даже предположить, что бросовой нефти для экспорта будет у нас все больше и больше». И вождь оказался прав: к середине 30-х годов Советскому Союзу пришлось отказаться от грандиозных планов по ежегодному экспорту 10 млн тонн нефти. Более того, к 1937 году этот показатель упал с 5,6 млн тонн в 1932 году до скромных 1,9 млн. Именно в это время в СССР начинается экономический кризис: массовый срыв предприятиями производственной программы, рост неплатежей и кредиторской задолженности заводов. Бурный экономический рост сменяется резким падением. Совпадение ли? Конечно же, народу об истинных причинах спада не сообщалось, все возникшие трудности списали на «врагов народа» и «вредителей», которые якобы повсюду «вставляли палки в колеса». Ситуация с экспортом нефти слегка наладилась лишь в 1940 г., когда ее начала закупать нацистская Германия. Ну а завтра была война… «Новая надежда на нефть» В 1960 году хрущевское руководство снова обратилось к идее пополнять бюджет страны за счет нефтедолларов. «Наши братские страны давно нуждаются в нефти, а наша страна располагает ею в избытке. И кому, как не нам, помочь братским странам нефтью?» — писала газета «Пионерская правда» Однако проблема состояла в том, что нефть в те времена стоила дешево — меньше 3 долларов за баррель, или 11 руб. 52 коп. Себестоимость же добычи и доставки одного барреля в СССР составляла 9 руб. 61 коп. При таком курсе доллара экспорт был почти нерентабельным. Проблему решили просто: в 1961 г. провели денежную реформу, при которой рубль обесценили в 10 раз, а его курс по отношению к доллару гораздо меньше. То есть национальную валюту попросту принудительно девальвировали в полтора раза. Нефтяники получали в долларах столько же, а вот в рублях эта сумма уже составляла 2 руб. 60 коп. «новыми». Однако вся эта антинаучная политика, естественно, дала обратный эффект. В 1963 – 1964 гг. в стране возник продовольственный кризис, вследствие чего правительство приступило к массовым закупкам зерна за границей. Причем покупало на те самые ранее вырученные нефтедоллары… В октябре 1964 г. председателем Совета министров СССР стал Николай Косыгин. Сейчас его нередко называют чуть ли не великим реформатором и «человеком, который пытался спасти СССР». Имеют в виду знаменитую «косыгинскую реформу», которую на Западе принято называть «реформой Либермана». Дело в том, что истинным «отцом» реформы был не Косыгин, а ученый-экономист Евсей Григорьевич Либерман. Суть нововведений состояла в основном в отказе от показателя валовой продукции и в установлении главным критерием оценки работы предприятия показателя прибыли и рентабельности производства. Однако на деле эффективность реформы оказалась практически нулевой. Выиграли от нее предприимчивые директора заводов, превратившиеся в советскую буржуазию. В то же время реформа подтолкнула скрытую инфляцию и спровоцировала рост дефицита. Заслуга Косыгина была совсем в другом. В конце 60-х – начале 70-х он вовремя построил огромные нефте- и газопроводы из Западной Сибири в Восточную Европу. К 1975 году было введено в строй 22,6 тыс. км магистральных нефтепроводов и неф-тепродуктопроводов, 33,7 тыс. км магистральных газопроводов и отводов от них. На решение этих задач по приказу Косыгина были брошены все лучшие строительные организации и немалые средства. И успели как раз когда нужно! Потерпев поражение в войне Судного дня 1973 года, арабские страны решили в 1973 — 1974 годах сократить добычу нефти на 5 млн баррелей в день, чтобы «наказать» Запад. Хотя другие страны и сумели увеличить добычу на 1 млн баррелей в день, общая добыча сократилась на 7 %, а цены выросли в 4 раза. Все это привело к невероятному в истории скачку мировых цен на нефть, дальнейший толчок которому дали иранская революция и последующая ирано-иракская война. Нефтедоллары потекли рекой, в результате чего национальный доход за годы девятой и десятой пятилеток вырос примерно на 200%, производство предметов потребления — на 220%, а фонд зарплаты — на 250%! Своего пика цены достигли в начале 1980-х годов. Если бы так продолжалось и далее (а в 1980 году нефть стоила 35 долларов за баррель, или 93 доллара в нынешних ценах, с учетом инфляции), Советский Союз мог бы безбедно жить еще лет двадцать. Однако в 1982 году нефтяные цены начали резко падать. За несколько лет цена «черного золота» уменьшилась более чем втрое. И это вовсе не были какие-то там «козни Запада». Причины были в целом объективными: внедрение энергосберегающих технологий и альтернативной энергетики при одновременном перепроизводстве нефти. Уж очень многим хотелось поторговать своими недрами на падающем рынке. Причем страны ОПЕК пытались удержать цену и сокращали добычу, а вот Советский Союз, наоборот, отчаянно увеличивал экспорт, тем самым забивая последний гвоздь в собственный гроб. Возвращение проклятия Казалось бы, столетняя история сидения на нефтяной игле должна была нас чему-то научить. Тем более времени на осмысление пережитого было достаточно. В 1987 — 1999 годах нефтяные цены колебались в диапазоне около 15 — 25 долларов за баррель. Это позволяло затыкать дыры, но ни о каком большом экономическом росте речи, конечно же, не шло. Как оказалось, выводов мы не сделали, а все это время попросту выжидали, когда кривая цен снова поползет вверх. Более того, в то время как мир менялся, все большее развитие получали экономичные технологии и альтернативные источники энергии, мы тешили себя цифрами своих невероятных сырьевых запасов, «которых хватит еще на 100 лет», и безальтернативностью углеводородов: мол, без нашего газа никуда… В 2000-е годы эти иллюзии, казалось, подтвердились. Рост потребления нефти в мире, особенно в Китае, привел к быстрому исчерпанию имеющихся свободных добычных мощностей и быстрому повышению цен. В 2007 году вообще казалось, что 200 долларов за баррель – близкая реальность! Однако пик оказался недолгим. Как и в прежние годы, «черное золото» продемонстрировало свое коварство и способность в любой момент превратиться в черепки. Прямо как у той самой золотой антилопы из советского мультфильма, наказавшей жадного раджу!