В «Нижегородском листке» вышла сенсационная статья под названием «Самоубийства учащихся в 1908 – 1909 гг.». Как оказалось, только за два года в российских учебных заведениях было совершено 761 самоубийство! И это лишь те случаи, которые, так сказать, завершились «удачно», ведь огромное число попыток суицида было предотвращено. ВИНОВАТЫ... ГАЗЕТЫ При этом число учащихся, добровольно ушедших из жизни, росло от года к году. Согласно статистике, в 1904 году в России было зарегистрировано всего 20 само-убийств школьников, гимназистов и студентов, в 1905-м уже 47, в 1906-м – 71, в 1907-м – 112, в 1908-м – 312, а в рекордном 1909-м – 449! Таким образом, всего за пять лет количество суицидов среди молодежи, в том числе в Нижегородской губернии, выросло в 10 раз. Больше всего народу добровольно уходило из жизни в средних учебных заведениях (230 человек в 1909 году), второе место занимали вузы (157 чел.), а меньше всего самоубийц было в специальных и низших учебных заведениях (училищах и церковно-приходских школах). «Спрашивается, почему же наша средняя школа дала такую большую цифру самоубийств? – писала газета. – Почему чаще всего вешаются, отравляются, стреляются у нас гимназисты и гимназистки?» Как оказалось, большинство молодых людей заканчивали счеты с жизнью из-за экзаменов, на втором месте шли «дурные отметки», а на третьем – недовольство школьным режимом. «Таким образом, виновность школы в ученических самоубийствах – факт настолько же установленный, насколько и печальный», – констатировала статья. При этом сами педагоги, напротив, обвиняли в росте суицидов средства массовой информации. Мол, начитаются в газетах о том, как постоянно кончают с собой гимназисты и студенты, впечатлятся и идут топиться или травиться. В качестве доказательства обвинители приводили факт, что около 50% самоубийств происходят не в безлюдных местах, а, наоборот, публично. То прямо посреди Большой Покровки застрелятся, то в парке на дереве повесятся, то из окна кинутся. Чтоб все видели, а потом в газетах об их «славном поступке» написали. УМЕРШИЙ КОЛДУН ПИЛ КРОВЬ ДЕТЕЙ В это время в Нижегородском окружном суде слушалось кошмарное по своей обстановке дело, возникшее, как тогда выражались, на почве крайней народной темноты. А началось все с того, что на одном из мусульманских кладбищ было обнаружено подозрительное захоронение, в котором лежал обугленный и обезглавленный скелет. Однако дело об убийстве завести не представилось возможным, так как выяснилось, что потерпевший ранее уже был похоронен! За год до этого в одной из деревень, населенной преимущественно татарами, возникла сильная детская эпидемия, перешедшая и на взрослых. Дело в общем-то банальное для того времени: вспышки тифа, холеры, сифилиса на территории региона были обычным явлением. Однако среди малообразованных местных жителей распространился слух, что болезнь якобы вызвана умершим колдуном, который пьет детскую кровь! Дескать, «дух колдуна выходит по ночам из могилы и носится по деревне в виде кошки или птицы». В итоге местное крестьянство, взбудораженное этими домыслами, собралось на сход, дабы обсудить методы борьбы с призраком. После прений приняли решение идти на кладбище и обследовать могилы. Вооружившись топорами, вилами и даже ружьями, татары всей толпой отправились на местный погост. Велико оказалось удивление крестьян, когда на некоторых могилках они действительно увидели норы (вероятно, прорытые кротами). «Вот видите! – истерически вопили активисты. – Вот отсюда они и вылазят!» При этом одна могила недавно умершего от чахотки татарина показалась «инспекторам» особенно подозрительной. Для проверки решили воткнуть в нее кол. Каково же было изумление толпы, когда тот оказался как бы в крови! Люди тотчас отпрянули: «Точно, живой он… Убить его!» После сего бригада смельчаков раскопала могилу и достала труп. Сход тотчас принял решение принять меры, чтобы покойник более не оставлял своей могилы! А конкретно – обезглавить его. На роль «палача» избрали татарина Хабибуллина, который отрубил покойнику голову и руки (на всякий случай). Затем, по выражению следствия, «труп был брошен в могилу, отрубленная голова приложена к седалищной части и осиновым колом через задний проход трупа прикреплена к земле». Замысел борцов с колдунами был такой: проснется покойник, а головы на месте нет! И рук тоже, так что поставить башку на место нет никакой возможности… После этого могилу закопали. Однако на второй день пугливым татарам принятых мер по обезвреживанию трупа показалось мало! Вдруг тот все-таки исхитрится отомстить им? Ну там, соседей по могилкам подговорит вылезти и т.п. Посему решили зловещего мертвеца снова откопать и уничтожить. На сей раз крестьяне разложили прямо посреди кладбища кострище, кинули туда останки, облили керосином и подожгли. Потом оставшийся пепел и кости сгребли в могилку и в очередной раз закопали… Собственно под суд пошел только один «палач» Хабибуллин, обвинявшийся в поругании над трупом. Остальных виновных установить не удалось. Суд постановил, что указанное деяние товарищ совершил не по своей вине, а «по принуждению возбужденной толпы», причем за ослушание ему грозила расправа. Посему Хабибуллина оправдали. УБИЙСТВО НА СВАДЬБЕ В 1890 году вышла в свет детективная повесть Артура Конан Дойля «Знак четырех». Согласно сюжету к Шерлоку Холмсу приходит молодая девушка, Мэри Морстен, которая просит сыщика помочь в разгадке тайны: вот уже шесть лет раз в год мисс Морстен получает анонимную посылку с великолепной жемчужиной. Также девушка просит, если это возможно, найти её отца, пропавшего десять лет назад. Взявшись за расследование дела, Холмс и Ватсон выясняют, что мисс Морстен вместе с двумя братьями Шолто является наследницей огромного состояния, клада, который обнаружили их родители. Они уже собираются разделить сокровища на троих, как вдруг один из братьев оказывается убит загадочным отравленным дротиком, а клад похищен. Рядом лежала бумажка со «знаком четырех», оказавшаяся старой клятвой… В итоге Холмс выходит на некоего Джонатана Смолла, который много лет назад был жестоко обманут старшим Шолто и с тех пор жил одной мыслью о жестокой мести. Ну а через 20 лет в Сормове произошло весьма загадочное убийство, детали которого отчасти напоминали повесть Конан Дойля. Осенним днем крестьяне деревни Дарьино Карамышевы выдавали свою дочь замуж за сормовича Колесова, проживавшего в своем доме на Песках, по 9-й линии. 15 сентября там и собрались на вечеринку (именно так в те времена называли свадьбу) приглашенные гости, преимущественно молодежь и родители невесты. Торжество было по-крестьянски простым, никаких излишеств. Пили вино, танцевали и веселились. Но была в Сормове такая интересная и старая традиция — выдавать «пастушные» парням той местности, откуда берется невеста. Что-то вроде выкупа девки у местной братвы. Поэтому во время вечеринки у дома Колесова собралась целая толпа парней и стала требовать «пастушные», т.е. денег на водку. В результате им было выдано полтора рубля. Вечеринка продолжилась, гости веселились. Около окон стояли любопытствующие. Внезапно в половине второго ночи зазвенело разбитое стекло и в комнату влетела палка, задевшая одного из гостей – молодого парня Сергея Лежнева. Желая узнать, кто кинул сей предмет, он вышел на улицу. И исчез… Через некоторое время туда же отправился отец невесты, чтобы узнать, куда делся гость. Когда Карамышев в полной темноте отворил ворота, он тотчас похолодел от ужаса. Перед ним стоял окровавленный Лежнев с воткнутым в него длинным деревянным копьем. И тут же рухнул замертво… Свадьба была прекращена, а на место прибыла полиция. «ЗНАК ТРЕХ» Слухи о страшном убийстве на свадьбе быстро распространились по всему Сормову. Поговаривали даже о чертовщине, а также о некой мести потерпевшему за какие-то прошлые грехи. И неудивительно. Ведь на теле Лежнева были обнаружены три раны, и, как показала экспертиза, все они были нанесены разными предметами: кухонным ножом, перочинным ножом и… копьем. Точнее, заточенной толстой березовой веткой. На банальную пьяную бытовуху никак не походило. Занимавшийся этим делом следователь 3-го участка Балахнинского уезда Тимофеев, конечно, не мог тягаться с Шерлоком Холмсом, однако таинственное убийство раскрыл довольно быстро. Уже через два дня полицией были задержаны дарьинские пьяницы Кудрявцев, Лебедев и Горшков. Как оказалось, в злополучный вечер все трое слонялись возле дома, где проходила свадьба, им посчастливилось получить «пастушные» от жениха Колесова и купить на них водки. Во время распития оной Кудрявцев сказал, что на вечеринке гуляет Лежнев, на которого еще год назад троица затаила злостную обиду. Но в отличие от конандойлевского майора Шолто никаких сокровищ гражданин не присваивал, а попросту «закрысил» бутылку водки, купленную «братвой» в складчину. Точных обстоятельств этого случая, произошедшего за год до описываемых событий, троица уже не помнила, но клятву при случае отомстить «крысе» не забыла. И когда Лежнев был замечен на гремевшей свадьбе, Кудрявцев, Лебедев и Горшков решили, что момент для расплаты настал. Ну а дальше в пьяных головах возник зловещий план. Лебедев предложил выманить гостя из дома, бросив в него палкой через окно, а потом устроить в подворотне засаду. При этом главным условием было, чтобы в расправе приняла участие вся троица. Дабы «всё по справедливости» и ни у кого потом не возникало искушения сдать товарищей легавым: все замазаны! Клятвой и кровью. Правда, оружия на троих не хватило: только у Кудрявцева имелся более-менее «боевой» кухонный нож, у Горшкова — лишь маленький перочинный, а у Лебедева и вовсе ничего не было. Посему последний наскоро выточил из найденной палки что-то вроде копья и решил, что сойдет. Идиотский план сработал: Лежнев вышел на улицу, где и получил три удара разными предметами. Виктор МАЛЬЦЕВ