О чем писала нижегородская пресса в январе 1936 года «Есть с собой махорка, Деньги на расход. Едем в город Горький На колхозный слет. Сквозь раствор мороза, Ветру напролом, С дальнего колхоза Рапорт мы везем». («Горьковская коммуна», 10 января 1936 г.) ПУЩЕН ПЕРВЫЙ БОРСКИЙ МОСТ 80 лет назад специальная комиссия Наркомпути приняла в эксплуатацию подходы к Волжскому железнодорожному мосту. Сам переход был сдан еще 19 января 1935 года, однако движение по нему фактически не осуществлялось из-за отсутствия тех самых подходов (все мы знаем, что Борский мост упирается в низинные берега, поэтому с обеих сторон к нему ведут огромные искусственные насыпи). В течение года на участках длиной в 11 км было уложено 4,5 млн кубометров грунта и укреплено 416 тыс. квадратных метров откосов. «С постройкой Волжского моста открыт прямой путь из Горького на Урал, на Восток, – писала «Горьковская коммуна». – Переброска грузов через Горький увеличивается в 6 – 7 раз. По линии будут курсировать сверхмощные паровозы «Иосиф Сталин» и «Феликс Дзержинский». Первый на момент создания являлся самым мощным пассажирским паровозом в Европе, кроме того, это был самый мощный пассажирский паровоз в истории советского паровозостроения. Махина весила 118 тонн и могла развивать невиданную для того времени скорость 115 км/ч! Эти паровозы должны были символизировать мощь и неукротимую силу советского строя, покоряющего всё новые и новые просторы. В 1937 году «Иосиф Сталин» даже получил премию Гран-при на Всемирной парижской выставке. Паровозы «ФД» предназначались для грузовых составов и были во многом унифицированы с «ИС». Они весили 118 тонн и могли достигать скорости 85 км/ч. Однако скоростная линия на Урал через Горький в 30-е годы так и осталась мечтой. Дело в том, что линия Горький – Котельнич, строившаяся в разные времена и зачастую из подручных средств, по техническому состоянию оказалась негодной для подобных целей. Уже в январе 1936 г. на перегоне Каликино – Линда, в 30 км от краевого центра, произошло крушение товарного поезда. Наехав на лопнувший рельс, паровоз покатился под откос, после чего вагоны поочередно наскочили один на другой и покатились туда же. При этом четыре человека из бригады поезда получили легкие ранения и двое – тяжелые. Лишь чудом спасся главный кондуктор Зубков. Товарищ вылетел наружу, упал на снег, после чего на него грохнулся вагон! Однако под Зубковым оказалась какая-то воронка в земле, которая и спасла ему жизнь. Ну а высланный из Горького на помощь пострадавшим поезд, не доехав 9 км до места крушения, сам сошел с рельсов, изуродовав при этом 150 метров пути. Виновными в авариях потом признали путевых обходчиков и мастеров, однако крушения на этом участке продолжались и далее. В итоге паровозы «Иосиф Сталин» на Борском мосту так и не появились. Впрочем, не могли они работать и на большинстве советских железных дорог того времени, что было связано прежде всего с низким техническим состоянием путей при высоких осевых нагрузках данного паровоза. ЛЫЖИ – ОРУЖИЕ ПОЛИТИЧЕСКОЕ! Вообще, с транспортом в Советском Союзе дела обстояли не очень. Особенно зимой. «Нас послали для передачи автомашин колхозам Большеболдинского района. Однако, доехав до Гагино, мы встали и стоим уже 10 дней. Дорогу замело…», — жаловались в газету шоферы Горьковского автозавода. В период морозов и снегопадов сообщение со многими местностями надолго прекращалось. Но партия и правительство не унывали! В середине 30-х весь народ, от мала до велика, решили поставить на лыжи! «На необъятных просторах нашей родины лыжи повсеместно становятся предметом обихода, – рассказывала статья «Лыжи в советской стране». – Уже сейчас наша страна насчитывает свыше трех миллионов лыжников. Через несколько лет количество лыжников будет исчисляться десятками миллионов. На лыжах пойдут школьники в школу, колхозники в клуб. На лыжах будут сообщаться между собой колхозы, разносить почту почтальоны». По замыслу большевиков, уже вскоре всю огромную страну и самые удаленные ее уголки должны были соединить гигантские лыжные трассы. Как водится, вскоре у лыжного спорта появились свои герои и свои невероятные рекорды. В зиму 1935 – 1936 гг. советские лыжники совершили героические переходы по маршрутам: озеро Байкал – Мурманск (8200 км), Нерчинск – Москва (6154 км), Тюмень – Москва (2100 км). Последним путем прошли еще и женщины-лыжницы! «Они показали, какое огромное политическое, спортивное, оборонное, просветительское, агитационное и туристское значение могут иметь лыжи в условиях нашей страны», – сообщала пресса. Известные личности при каждом удобном случае также рекламировали лыжный спорт. «Мы с Алексеем Стахановым дали друг другу слово заниматься физкультурой, – писал в своем поздравлении горьковчан с Новым годом знаменитый автозаводский стахановец Александр Бусыгин. – К новому году я уже имею одно достижение: научился стрелять по-ворошиловски. Овладеваю лыжным спортом. И не один, а и Коля, сынишка, за мной тянется. И Анастасию Александровну свою мы берем в работу по лыжной учебе. На работу тоже стал ездить на лыжах…» «С СЕВЕРА ДВИЖУТСЯ ПЫЩУГСКИЕ, ШАРЬИНСКИЕ, КОЛОГРИВСКИЕ» Горьковский край, конечно же, не мог оставаться в стороне от лыжного движения. Первый секретарь крайкома ВКП (б) Эдуард Прамнэк задумал провести в регионе неслыханное мероприятие. А именно – краевой слет колхозников-ударников (как раз ему посвящены напечатанные выше стихи), на который делегаты из всех районов должны были добираться только на лыжах! И ладно бы из Богородска или Балахны: оттуда дойти в принципе мог даже малоопытный лыжник. Некоторым предстояло идти из Уреня, Воскресенского, Болдина, Сергача и других отдаленных мест, преодолевая зачастую сотни километров по лесам, оврагам, полям и буеракам. Выступая на декабрьском пленуме крайкома ВКП (б), Прамнэк заявил: «Предстоящий лыжный поход колхозников – это есть дерзание, это есть вызов консервативным силам, это есть показатель роста зажиточности, культурности, роста физкультуры в нашем колхозном крестьянстве». В январе Прамнэк отправился в длительное турне по районам Горьковского края. И всюду он, отмечаясь пламенными речами об успехах колхозного строительства и критикой плохих и отстающих колхозов, попутно рьяно рекламировал лыжи. «Здесь говорили, что у вас есть хорошие колхозы и не хуже, чем в других районах, колхозники, – сказал Прамнэк в Воскресенском районе. – Плохие у вас колхозы и мало хороших колхозников. Колхозы хуже, чем в других районах края. И колхозники хуже, чем в других районах». Ну а потом перешел собственно к лыжам: «15 февраля в Горьком собираются три тысячи лучших людей края на колхозный съезд. Замечателен этот съезд будет тем, что делегаты на него придут на лыжах. Поход охватит десятки, сотни колхозов. Лыжники-делегаты передадут свой опыт работы, поднимут колхозников на борьбу за высокий урожай». Ну и заодно поставят на лыжи… Первыми в грандиозный поход отправились колхозники Пыщугского района. Еще бы! Пыщуг, ныне находящийся в Костромской области, в те годы был крайним северным районом Горьковского края, расположенным в глухих лесах на Ветлуге, недалеко от Великого Устюга. Оттуда до Горького на лыжах надо было идти минимум две недели. Посему стартовали заранее, утром 27 января. «Бодрые, жизднерадостные колхозники-лыжники выходят на старт, – писала «Горьковская коммуна». – Точно к установленному сроку они будут в своем краевом центре, на съезде колхозников-ударников. Какой захватывающий этот поход! С севера движутся пыщугские, шарьинские и кологривские колхозники. Они пройдут самый длинный путь. С юга пойдут наруксовские, починковские. С запада – муромские, фоминские, павловские. С востока – мощные колонны колхозников Марийской области и орденоносной Чувашии. И каждая делегация несет боевое донесение о готовности бороться за сталинские 7 – 8 миллиардов пудов зерна, за небывалый расцвет животноводства. Идут на съезд счастливые люди. Они отвоевали право жить лучше, жить веселее». «Утро. Легкий морозный ветер чуть колышет знамена. Слышны возгласы одобрения, шутки. Песни. На старте, окруженные густой толпой провожающих, выстраиваются 27 делегатов. Старейшему из них, колхознику Муравьеву, – 52 года, самому молодому, Кудрявцеву, – 18. В 9 час. 20 мин. с криками «Ура!» лыжники отправляются в дальний путь», – так стартовали 29 января делегаты Уренского района.