О чем писала нижегородская пресса в апреле 1961 года «Слушайте, люди земного шара, Слушай, родная страна: В космосе мчится Юрий Гагарин, Первый в мире пилот-космонавт. Весть эта молнией мчится по свету, И восклицают люди Земли: – Да славится подвиг Страны Советов, Вздымающей к звездам свои корабли!» («Горьковский рабочий», 13 апреля 1961 г.) Весной 1961 года ничто не предвещало такой сенсации. В городе Горьком трудящиеся горячо обсуждали скандальное открытое письмо трех комсомольцев с завода «Красная Этна» под названием «Красиво ли мы живем?». В нем представители молодежи гневно осуждали «мещанские пережитки», проникшие, по их мнению, в молодежную моду того времени: игры в карты и домино, увлечение «пошлыми танцами», украшение жилых комнат «всякими пошлыми безделушками» и т.п. Кроме того, на повестке дня было выполнение постановления облисполкома от 23 марта «Об усилении борьбы с пьянством и охраны общественного порядка на территории Горьковской области». Особенно жаркие дискуссии у трудящихся вызвал интересный пункт №6 – об установлении «предельной нормы» отпуска водки в ресторанах не более 100 граммов на посетителя. И ни слова о космосе и грядущем всемирно-историческом событии. Никто даже не подозревал, что в тот самый момент, когда горьковчане героически заделывали ямы на дорогах, образовавшиеся после зимы, на космодроме «Байконур» уже готовилась к старту ракета с кораблем-спутником «Восток». Всё это являлось не чем иным, как следствием так называемой космической гонки между СССР и США. Для советского руководства первенство в освоении околоземного пространства было вопросом престижа, ради которого были готовы идти на любые меры. Ведь что еще лучше и нагляднее могло продемонстрировать превосходство социализма над загнивающим капитализмом, чем старт пилотируемого космического корабля с советской земли?! Между тем в конце марта были получены секретные сведения о том, что 20 апреля американцы собираются отправить человека в космос. В связи с этим Королёву и Хрущев ничего не оставалось, как назначить старт корабля «Восток» на период между 11 и 17 апреля. Все данные об этом были строго засекречены. Вдруг американцы прочитают в наших газетах о готовящемся полете и опередят? Непосредственно перед запуском все советские СМИ, в том числе горьковские, получили три секретных конверта с номерами 1, 2 и 3, а также инструкцию вскрыть по специальному сигналу лишь тот конверт, номер которого укажут из Москвы 12 апреля. Оставшиеся конверты подлежали немедленному уничтожению. В конверте №1 был запечатан торжественный вариант о выходе корабля-спутника с человеком на борту на околоземную орбиту, 2-й вариант представлял собой сообщение о невыходе корабля-спутника на орбиту и его экстренном приземлении, а 3-й – сообщение о трагической гибели космонавта. Когда после полудня 12 апреля пришло подтверждение о благополучном приземлении Гагарина, во все средства массовой информации поступил приказ: «Вскрыть конверт №1!» ДЕТИШКИ ХОТЕЛИ БЫТЬ ПОХОЖИМИ НА ГАГАРИНА В тот момент история человечества была навсегда разделена на «до» и «после». «Солнечное утро этого весеннего дня войдет в историю на тысячелетия, – писал «Горьковский рабочий». – Первый полет человека в космос – событие, о котором всегда будут помнить потомки. С фотографии смотрит простое русское мужественное лицо космонавта Юрия Алексеевича Гагарина. Это лицо сейчас стало дорогим, близким и любимым для миллионов людей нашей планеты… Как только по радио раздались позывные Москвы, сотрудники лаборатории электротехнического цеха завода «Красная Этна» застыли у репродуктора. Как будто сердце предчувствовало, что сейчас передадут сообщение ТАСС о полете человека в космос. Так и есть! Трудно выразить тот восторг и ликование, с которыми люди восприняли радостную весть. Захватывает дух от восхищения и гордости за свою Родину, ведь первым в космосе побывал наш, советский человек!» Газеты были тут же буквально завалены стихами о первом космонавте, наподобие такого четверостишия: И будут помнить поколения Из рода в род, из века в век, Что первый следопыт Вселенной Был наш, советский человек. Сотни людей отправились в последующие дни в Горьковский планетарий. Каждому хотелось узнать подробные сведения о полетах в космос, послушать рассказы ученых-лекторов о Вселенной и скором ее покорении человеком. В родильном доме №1 тем временем почти всех новорожденных мальчишек, естественно, называли Юрами. А вот типичная ситуация в школах нашего областного центра. «Группы мальчиков и девочек горячо, перебивая друг друга, обсуждали последние события – так проходил день 13 апреля в школе №143. К радости, восторгу примешивалось и огорчение: – Эх, мне бы первому в космос! – слышались голоса. – А почему именно тебе, думаешь, мы бы не полетели? Только бы взяли! У Гены желания такие же. – Хочу быть похожим на Гагарина, – сказал он. – А сам тройки получаешь, с ними в космос не возьмут, – упрекнула его стоявшая рядом девчонка. Гена помрачнел, потом вскинул голову, улыбнулся и сказал: – Буду учиться отлично!» И тысячи горьковских пионеров в это время клялись лучше учиться, заниматься спортом, чтобы стать космонавтами. ПРИВЕТ С САТУРНА ТАК И НЕ ПРИШЕЛ Грядущие перспективы освоения космоса тогда выглядели просто фантастически. Кое-кому в порыве звездной эйфории и вовсе казалось, что земные дела: ремонт дорог, строительство жилья, сбор урожая – это уже не так актуально, как вчера. К чему заниматься подобными устаревшими «мелочами», когда уже завтра надо будет строить космопорты и прокладывать дороги на Марсе, Сатурне, а то и вовсе на планетах других звездных систем?! «Пришло время практического осуществления казавшихся ранее фантастическими проектов – время создания внеземных научных станций-обсерваторий, космических путешествий человека к Луне, Марсу, Венере и другим планетам Солнечной системы, – писала пресса. – Это эра колоссального расширения сферы жизни и деятельности человечества, эра завоевания человеком околосолнечного пространства». Характерно, что речь тогда всерьез шла именно об «околосолнечном», а не околоземном пространстве! «А на очереди Луна, Венера, Марс… Где же предел человеческих мечтаний? – писал в «Горьковский рабочий» один горьковский пенсионер. – А зачем, собственно, предел? Что касается меня, то я терпеливо буду ждать телеграммы от правнука: «Привет с Сатурна. Чувствую себя недурно». Или что-нибудь в этом роде. Почему нет?» И действительно, в апреле 1961 года практически все родители были уверены, что их дети или, по крайней мере, внуки точно полетят в космос. «Я – современница первого выхода человека за пределы Земли, во Вселенную, – заявила в интервью инженер Лара Новикова, прогуливавшаяся со своей четырехмесячной дочкой. – Маришка будет еще маленькой, когда советский человек отправится исследовать планеты Солнечной системы. Ну а когда она станет большой, может, ей придется стать членом экипажа корабля, летящего по межзвездным трассам. Мы постараемся воспитать Маришку так, чтобы она смогла стать настоящим космонавтом». Увы, мечты 55-летней давности, которые тогда казались такими же реальными, как поездка на новом автобусном маршруте, по большей части были фантастикой. Да, путешествие человека на Луну состоялось всего через 8 лет после полета Гагарина, однако на этом «предел человеческих мечтаний» и закончился. Космос и Вселенная по разным причинам оказались вовсе не такими доступными, как это представлялось в апреле 1961 года. Даже полет на относительно близкий к нам Марс осуществить не удалось. По сути, «завоевание околосолнечного пространства» остановилось на создании околоземных орбитальных станций. И сейчас уже практически не встретишь детишек, которые сказали бы: «Хочу быть похожим на Гагарина».