«В стужу зимнюю – родная кровля ты, в лето огненное – сад прохладный ты! Для поднявшихся в воздух – крылья ты, для спустившихся под землю – воздух ты! Над врагами – грозовая туча ты, над трудящимся народом – солнце ты! Кораблям, плывущим в бурю, – гавань ты, всем рожденным с честным сердцем – слава ты!» (Стихи И. Рябова о товарище Сталине в газете «Горьковская коммуна».) КОСЫГИНА И МОЛОТОВА – В ДЕПУТАТЫ ГОРЬКОВСКОГО ГОРСОВЕТА! Настоящие чудеса происходили в нашем городе 70 лет назад. Иначе не назовешь тот факт, что в кресла депутатов, которые ныне занимают господа Гойхман, Котельников, Карнилин, госпожа Солонченко и Ко, избирались не кто-нибудь, а сами товарищи Молотов, Жданов и Косыгин! Начало декабря 1947 года в Горьком ознаменовалось предвыборной кампанией в городской совет депутатов трудящихся (его преемником является нынешняя гордума, заседающая в том же здании). Это были первые выборы после войны, символизировавшие, что «демократия» в стране вроде как возвращается. Список кандидатов стал настоящей сенсацией! «С огромной радостью коллектив завода «Красное Сормово», все трудящиеся района встретили весть о том, что Андрей Александрович Жданов дал согласие баллотироваться в депутаты Горьковского городского совета, — писала «Горьковская коммуна». — На основании положения о выборах окружная избирательная комиссия постановила: зарегистрировать кандидатом в депутаты Горьковского городского совета депутатов трудящихся Андрея Александровича Жданова, 1896 года рождения, секретаря ЦК ВКП (б), для баллотировки по избирательному округу № 583». А вот по 370-му округу в горсовет шел небезызвестный Алексей Косыгин, в то время заместитель председателя Совета министров СССР. «С несказанной радостью узнали мы, что Алексей Николаевич Косыгин, ученик и ближайший соратник товарища Сталина, удовлетворил нашу просьбу, дал свое согласие быть нашим кандидатом в депутаты Горьковского горсовета», — со слезами на глазах заявил по этому поводу на митинге на заводе им. Воробьева инженер Е.И. Лисунов. «Вячеслав Михайлович Молотов зарегистрирован кандидатом в депутаты Горьковского городского совета депутатов трудящихся по 111 избирательному округу, — сообщила пресса на следующий день. — На заседании окружной комиссии, которое проходило в киноконцертном зале, собралось свыше пятисот представителей трудящихся от коллективов цехов автозавода и учреждений района». Современная молодежь, те, кто не помнит уже далекой советской действительности, прочитав эти строки, вероятно, изумятся и представят, как Жданов, Молотов и Косыгин приезжают в наш город, проводят митинги, выступают перед избирателями, а все столбы и заборы обклеены листовками в духе «Сормово за Жданова!» или «Автозавод за Молотова!». А потом приходят другие агитаторы, срывают портреты «стариков» и клеят на их место новые: «Хочешь светлого будущего? Делай правильный выбор, голосуй за молодого соратника Сталина!», а внизу фото 43-летнего Косыгина… Все это выглядело бы весьма комично, если бы не было так серьезно! Ибо одним из последних свою кандидатуру в наш горсовет выдвинул… сам товарищ Сталин. «Сегодня я рад сообщить, что в окружную избирательную комиссию поступило сообщение товарища Сталина о его согласии баллотироваться в депутаты Горьковского городского совета депутатов трудящихся по нашему избирательному округу № 434», — объявил на торжественном заседании в киноконцертном зале завода им. Сталина (ныне машзавод) председатель комиссии М. И. Фролов. Характерно, что в длинном списке кандидатов в депутаты Сталин, Молотов и Косыгин находились вовсе не на первых строчках, их фамилии еще надо было поискать! Например, Иосиф Виссарионыч стоял там между председателем исполкома облсовета Николаем Жильцовым и рабочей завода № 92 Антониной Бочкаревой (уже тогда Бочкаревы баллотировались!). Воображение рисует зал заседаний после выборов, где на месте нынешних депутатов скромно сидят Сталин с Молотовым и обсуждают развитие общественного транспорта или принятие городского бюджета на 1948 год. А потом голосуют… На самом деле их участие в выборах, конечно же, было чисто формально-почетным. Одновременно с г. Горьким эта же компания «избиралась» и в Моссовет, Ленсовет, Киевский горсовет и советы во всех крупных и средних городах СССР! На прошедших у нас 21 декабря выборах явка составила 100%, а за «Блок коммунистов и беспартийных» во главе со Сталиным проголосовали, по официальным данным, 99% избирателей. «За кандидатов блока коммунистов и беспартийных голосовало 99,0 процента от общего числа избирателей, участвовавших в голосовании, — сообщала избирательная комиссия. — Против кандидатов в депутаты голосовало 0,97 процента от общего числа избирателей. Признаны недействительными 267 бюллетеней». «За величайшего из великих, за мудрейшего из мудрых, за нашего отца, друга и учителя», — гласила надпись, оставленная на одном из бюллетеней. «Иосиф Виссарионович! Живите долгие годы на счастье нам и назло врагам!» — было начертано на другом. «Мне шесть лет, но я все равно знаю, что вы — наш великий вождь, — написал некий Слава Палкин. — Я очень хочу, чтобы вы дожили, пока я буду большой, как мой папа, и я тоже буду голосовать за вас». Мечты малого, как известно, не сбылись, а голосовать ему пришлось уже за Леонида Ильича… ПИОНЕРЫ СЛАЛИ СТАЛИНУ ПОДЕЛКИ, ВЗРОСЛЫЕ — ОТКРЫТКИ Уже много лет вторая половина декабря является временем закупки подарков родным, детишкам и друзьям. В суровые же послевоенные годы Новый год особо не отмечали, 1 января было рабочим днем, а вместо поздравлений на страницах газет печатались только отчеты о перевыполнении годового плана и взятых соцобязательствах на год следующий. Ну а главным получателем подарков тогда был товарищ Сталин. Тем более его день рождения (21 декабря) почти совпадал с новогодними торжествами, так что вся страна дарила вождю презенты как бы сразу на birthday и Новый год. Пионеры тысячами слали в Москву-Кремль свои поделки, взрослые – открытки, в то время как многие коллективы – настоящие произведения искусства. Так, рабочие, инженеры и техники Дмитровского фарфорового завода подарили Сталину монументальную вазу. «Огромная, высотой 2 ½ метра, ваза сделана из белого фарфора, декорированного золотом и кобальтом, — описывала подарок пресса. — По бокам ее выгравированы слова «30 лет Великой Октябрьской социалистической революции». Большие портреты В. И. Ленина и И. В. Сталина обрамлены орнаментом из листьев дуба и лавра. На вазе выгравированы гербы 16 союзных республик. Ваза, выполненная в классическом стиле, оставляет впечатление монументальности». «Преподносим Вам, дорогой Иосиф Виссарионович, в подарок нашу вазу и желаем долгих-долгих лет жизни и здоровья на благо и процветание нашей великой Социалистической Родины. Заверяем вас, что мы приложим все силы для того, чтобы выпускаемый нами фарфор был лучшим в мире», — говорилось в прилагаемой к вазе открытке от рабочих. Трудящиеся Станиславской области УССР (ныне Ивано-Франковская область Украины) подарили вождю целый рабочий кабинет, полностью выполненный из грушевого дерева гуцульскими мастерами. В комплект входили главный стол с письменными принадлежностями (чернильницей, пресс-папье), приставной стол, три кресла и девять стульев, книжный шкаф, столик для телефона. Главными изюминками набора стали настольная лампа с резным абажуром и гуцульская «Файка» (знаменитая курительная трубка Сталина). Над всем этим шедевром целый год трудились 18 мастеров косовской артели «Гуцульщина», а эскизы создал главный художник артели Владимир Гуз. Дополняли мебельный гарнитур от косовских мастеров огромный ворсовый ковер, вытканный в артели имени Шевченко, и две резных рамы для картин, которые должны были украсить рабочий кабинет «отца народов». «Примите же от нас, дорогой Иосиф Виссарионович, этот скромный дар как выражение нашей глубокой благодарности, а вместе с ним и пожелание долгих лет здоровья и сил на счастье нашего великого и могущественного советского народа», — писали мастера гуцулы. А вот трудящиеся Харьковской области подарили Сталину его мозаичный портрет, сделанный из зерен пшеницы, ячменя, овса, кукурузы и других сельскохозяйственных растений. Иосиф Виссарионович был изображен на нем в форме генералиссимуса (так было принято в послевоенные годы). Куряне же подарили товарищу Сталину вышитую мастерицей М. Д. Цельман картину «Богатыри». Причем автор трудилась над этим произведением, не щадя сил, целых два года. Внизу картины была вышита надпись: «В знак великой преданности и любви великому вождю». Не подумайте, в качестве богатырей на картине были изображены вовсе не Сталин, Берия и Молотов, как это может показаться, а самые настоящие, «классические» богатыри, сделанные по известному произведению известного художника! ГАЗ ПОДАРИЛ ВОЖДЮ ПОБЕДУ С АВТОМАТИЧЕСКИМИ СТЕКЛОПОДЪЕМНИКАМИ, А ШВЕДЫ вручили КАРТИНУ С НИЖНИМ НОВГОРОДОМ Горьковчане, разумеется, не остались в стороне от этой кампании. Сталину слали на день рождения и Новый год наборы шерстяных вещей (чтобы в Кремле там не замерзал), радиотелефонный завод им. Ленина отправил новую модель телефона, а Горьковский автозавод подарил автомобиль «Победа». Естественно, не серийный, а собранный на отдельном стапеле, с салоном из натуральной кожи, тщательно отрегулированным двигателем, автоматическими стеклоподъемниками и другими опциями, которых на обычных «Победах» никогда не было! Подарки Сталину дарили не только наши граждане, трудовые коллективы, предприятия, области и республики, но и иностранные государства. Так, президент Польской Республики подарил работу художника Войтека Коссака «Кровавое воскресенье в Петербурге», югославская делегация — картину Пайе Йованевича «Македонка». Но наиболее интересный «презент» привезли шведские граждане Ашберг и Магнуссон. Они вручили Сталину картину Петра Верещагина «Рынок в Нижнем Новгороде», написанную мастером в 1872 году. На ней были изображены нынешняя площадь Народного Единства – Скоба, Ивановская башня кремля и церковь Иоанна Предтечи. Как именно ценное произведение, отображавшее внешний облик нашего города в середине XIX века, попало в Швецию (скорее всего, полотно вывезли во время революции), точно неизвестно. Зато известно, что сам Сталин любил живопись Верещагина, и не исключено, что вид старого Нижнего даже висел у него в апартаментах или на даче. Ныне эта картина находится в Государственной Третьяковской галерее. Конечно же, если бы генсек лично принимал и пользовался всеми подарками трудящихся, его кабинет был бы просто завален ими до потолка. Даже если бы все это добро распределялось по многочисленным резиденциям, то и тогда вряд ли бы нашлось место для каждой вазы, кресла, картины, подушки и т.п. Впрочем, народу честно говорили, что все подарки поступают в музеи. «По распоряжению товарища Сталина юбилейная ваза Дмитровского завода и картина-вышивка М.Д. Цельман передаются в Третьяковскую галерею, — информировал «Горьковский рабочий». — А обстановка рабочего кабинета, сделанная гуцульскими мастерами, и мозаичный портрет товарища Сталина работы колхозника Я. А. Кузнецова — в Музей революции». В действительности для хранения подарков Сталину существовали целые фонды, из которых составляли выставки. К 1953 году подарков накопилось так много, что экспозицию собирались перенести в залы одного из самых больших кремлевских музеев — Оружейной палаты. Однако последующие события похоронили этот проект. Многие экспонаты разошлись по музеям, другие пропали. К примеру, судьба той же «Победы» (на которой вождь ни разу не ездил) неизвестна, как и других личных авто Сталина. Не исключено, что Хрущев попросту раздал кому-то это наследие культа личности – нате, мол, катайтесь и бейте, если хотите…