Организация революционного юношества Осень 1918 года стала временем, когда старый мир, мировой порядок, еще недавно многим казавшийся вечным и незыблемым, начал рушиться словно карточный домик. «Мир вступил в катастрофический период, – писала газета «Нижегородский рабоче-крестьянский листок» в конце октября. – События развиваются такими быстрыми темпами, что невозможно предсказать, что случится через день, через час. Но одно мы знаем твердо: история льет воду на нашу мельницу, поезд мчит нас не назад, а вперед. Перед человечеством открываются безбрежные перспективы». «ИСПАНКА» И ПЕРВАЯ ГОДОВЩИНА РЕВОЛЮЦИИ Это не было преувеличением. Если еще год назад крах 300-летней Российской империи казался каким-то недоразумением и локальным событием, то теперь катастрофа охватила уже половину Европы. Австро-Венгрия – империя, которую по кирпичикам сотни лет выстраивала так называемая Дунайская монархия, – вдруг начала стремительно рушиться. Одновременно повалилась еще более древняя Османская империя, а за ней и кайзеровская Германия, еще в 2017-м казавшаяся потенциальным победителем мировой войны и новой «владычицей мира». В России от событий тоже дух захватывало. Советская власть, которую годом ранее никто не воспринимал всерьез, сумела не только отразить первые удары «контры», но и взять под контроль всё Поволжье и другие регионы, где еще недавно сидели сторонники Учредительного собрания, монархии и прочей оппозиции. В то же время в стране, в том числе в Нижнем Новгороде, свирепствовала «испанка» – самая массовая пандемия гриппа за всю историю. «В городе заболевания испанской болезнью участились и принимают массовый характер, – сообщает Отдел народного здравия (предок минздрава. – Прим. авт.). – Болеют главным образом рабочие из Молитовки. Заболевают целые семьи. Особенно тяжелых больных отправляют в Канавинский заразный барак. Устраиваются в домах карантины, т.е. задерживаются дома все заболевшие члены семьи с запрещением им являться на работу из опасения распространения болезни на фабриках и заводах». Ну а в 12.00 6 ноября в Нижнем Новгороде началось празднование первой годовщины Великой Октябрьской революции (слова «социалистической» тогда еще не было). Оно открылось массовой стрельбой из орудий, которая плавно перерастала в гудки фабрик, заводов и паровозов. После полудня город накрыл сплошной гул. Основная же часть мероприятий проходила уже на следующий день. Раньше всех – в 9.00 – собрались рабочие Сормовских заводов, ибо им предстоял самый долгий путь. Огромная толпа двигалась по тракту в сторону Канавина, где на Вокзальной площади ее ждала колонна из Молитовки, Ратманихи и Гордеевки. Там с речью перед рабочими выступил председатель Нижегородского губкома и губисполкома Лазарь Каганович. После этого пролетариат длинной растянутой колонной направился через плашкоутный мост в «город» (так называли историческую часть Нижнего Новгорода). На Софроновской площади (ныне пл. Маркина) эту толпу ожидала колонна трудящихся Нижней части города – так называли район улиц Рождественской и вдоль берега Волги. Все вместе они, с тысячами красных флагов, двинулись на Советскую площадь (пл. Минина). Рабочим Верхней части Нижнего Новгорода предстоял самый близкий путь, поэтому они собрались на Новобазарной площади (пл. Горького) в 10.30, а оттуда через улицы Полевую (ныне Горького) и Варварскую пошли к кремлю. Именно там состоялся грандиозный общегородской митинг, на котором выступавшие поздравляли присутствующих с очередными победами Красной армии и началом мировой революции. «В МОСКВЕ ЗАСЕДАЕТ СЪЕЗД РАБОЧЕ-КРЕСТЬЯНСКОЙ МОЛОДЕЖИ» На фоне этих грандиозных событий мало кто обратил внимание на опубликованную в номере от 6 ноября газеты «Нижегородская коммуна» (еще неделю назад она называлась «Нижегородским рабоче-крестьянским листком») заметку под названием «Съезд молодежи и международная солидарность». Поскольку описанному в ней событию предстояло сыграть судьбоносную роль, приведем ее целиком: «В Москве заседает съезд рабоче-крестьянской молодежи. В последнее время организация ее идет ускоренными темпами. На съезде присутствует свыше 200 человек. Талантливые отдельные докладчики говорят, что классовое сознание обещает дать пышные всходы. Съездом получена приветственная телеграмма от революционного юношества Германии: «Представители революционного юношества Германии, собравшись сегодня со своим Либкнехтом в Берлине, шлют русским товарищам, собравшимся на съезде, братский привет. Юношество Германии уверено, что оно находится в настоящий момент накануне решающих боев, и решило последовать вашему прославленному победой примеру». Подпись: «Социалистическое юношество Германии, Берлин». Вот действительно яркий пример международной солидарности». Речь шла о проходившем 29 октября – 4 ноября I Всероссийском съезде союзов рабочей и крестьянской молодежи, на котором среди прочего было провозглашено создание Российского коммунистического союза молодежи (РКСМ). При этом братский привет от германского юношества был вовсе не случайным, ибо создание будущего комсомола совпало с революцией в Германии, которую в Советской России сразу же окрестили не иначе как Европейской революцией. «События развиваются с молниеносной быстротой, – писала «Нижегородская коммуна». – Сегодня мы получили радостную весть о революции в Германии, а завтра получим новости о революциях во Франции, Англии и прочих странах, ибо всемирная революция неотвратима, она неизбежна… С праздником, великий русский народ! С праздником, поднявшееся человечество!» Тогда казалось, что уже скоро, как и предсказывал великий Ленин, возникнет Международная республика Советов, а РКСМ быстро превратится в Международный коммунистический союз молодежи. В НИЖНЕМ СНАЧАЛА ВОЗНИК СОЮЗ СТУДЕНТОВ-КОММУНИСТОВ УНИВЕРСИТЕТА Не стоит думать, что РКСМ стал первой советской молодежной организацией. Например, в Нижнем Новгороде таковая возникла всего на несколько дней раньше – в Сормовском отделении Нижегородского государственного университета. 21 октября заводоуправление недавно национализированных Сормовских заводов (с 17 ноября 1922 года – завод «Красное Сормово») постановило открыть в селе Сормово «светоч науки первого пролетарского университета в лице Сормовского отдела НГУ». А уже 27 октября прошло общее собрание сормовских студентов. «Сормовские студенты НГУ сорганизовались и имеют свой студенческий комитет, задачей которого являются удовлетворение духовных и материальных нужд и защита интересов местного студенчества, – рассказывалось в соответствующей статье. – С открытием в Сормове отделения НГУ представилась возможность получить высшее образование сормовскому пролетариату. Надо полагать, что вновь поступающие в Сормовское отделение НГУ рабочие и крестьяне войдут в упомянутую студенческую организацию и пожертвуют свои силы на дело народного образования и защиты своих интересов». Кроме того, в начале ноября в университете появился Союз студентов-коммунистов. Он объединил в себе всех учащихся – членов большевистской партии. Вообще же именно осенью 1918 года, помимо будущего комсомола, возникло множество союзов и объединений, некоторые из них в несколько измененном виде существуют и по сей день. Так, появились отделы социального обеспечения (собесы), первой задачей которых стал сбор пожертвований от населения и организаций в пользу красноармейцев и их семей. Тогда же был создан Комитет советских журналистов (будущий Союз журналистов СССР), который 8 ноября в Москве провел первый Всероссийский съезд советских журналистов. В это же время было издано постановление СНК о создании детских садов. Многие правила, установленные в 1918 году (объединение детей по возрастным группам из 15 – 20 человек, использование в качестве основных занятий рисования, лепки, строительства из кубиков, подвижных игр, игр в песочницах на прилегающей территории и т. п.), действуют в наших садиках и поныне. Уже скоро комсомол остался единственной в РСФСР, а затем и в СССР политической молодежной организацией: в нее постепенно вошли все остальные, созданные «по инициативе снизу». Если в октябре 1918 года в РКСМ состояли 22100 членов, то спустя всего пару лет, к III съезду комсомола, – 482 тысячи. В 1941 году в Советском Союзе числилось свыше 10 миллионов комсомольцев. V съезд организации, состоявшийся в октябре 1922 года, утвердил единый значок: на флажке в центре звезды располагались три буквы – КИМ (Коммунистический интернационал молодежи). А вот известная надпись «ВЛКСМ» была утверждена Центральным комитетом и появилась на значках только в 1947 году. При этом свой окончательный вид значки с профилем Ленина приобрели лишь в 1956-м. Отметим, что первоначально комсомол был совсем не таким, каким его помнят нынешние ветераны. К примеру, первые комсомольские значки, которые свидетельствовали о принадлежности к РКСМ, являлись своеобразной наградой для лучших, поэтому выдавались далеко не всем. А одной из первых традиций комсомольцев были факельные шествия по праздникам. Ныне они ассоциируются у нас исключительно с фашизмом. КАК ПАВКА КОРЧАГИН ЗАМЕНИЛ ЛАЗАРЯ ШАЦКИНА Считается, что создателем и вдохновителем ВЛКСМ был Владимир Ленин. Но это скорее миф, созданный в более поздние годы. Учитывая международную обстановку осени 1918 года и состояние здоровья вождя, можно сказать, что ему было просто «не до того». В действительности создателем знаменитой организации являлся Лазарь Абрамович Шацкин – один из самых молодых большевиков, вступивший в партию в возрасте 14 лет. «Это он придумал комсомол и был его создателем и организатором, – писал в своих воспоминаниях личный секретарь Сталина в 1920-х годах Борис Бажанов, бежавший из СССР в январе 1928-го. – Сначала он был первым секретарем ЦК комсомола, но потом, копируя Ленина, который официально не возглавлял партию, Шацкин, скрываясь за кулисами руководства комсомола, ряд лет бессменно им руководил со своим лейтенантом Тархановым. Шацкин входил в бюро ЦК КСМ, а формально во главе комсомола были секретари ЦК, которых Шацкин подбирал из комсомольцев не очень блестящих». Лазарь Шацкин относился к типу большевиков, искреннее веривших в ленинские и советские идеалы. Поэтому в 1930 году на фоне становления сталинской диктатуры он вместе с бывшим комсомольским работником Бесо Ломинадзе создал оппозиционную группу и образовал блок, охарактеризованный Сталиным как «право-левацкий». Какое-то время последний мирился с «оппозицией», но 1 декабря 1930 года Шацкин был выведен из ЦКК, а также из редколлегий газет «Правда» и «Комсомольская правда». Не отказавшись от своих убеждений, вместе с Ломинадзе он в 1932 году образовал новую оппозиционную – «лево-правую» – группу. Закончилось всё предсказуемо: 10 февраля 1935 года создатель комсомола был арестован, исключен из партии, приговорен к 5 годам заключения, а в 1937-м расстрелян. Вместе с ним были убиты и другие создатели ВЛКСМ: Оскар Рывкин (первый председатель ЦК РКСМ), Ефим Цетлин, Петр Смородин (1-й (генеральный) секретарь ЦК РКСМ в 1921 – 1924 годах). Последний сам активно участвовал в репрессиях, но потом все равно оказался «врагом народа» и отправился вслед за своими жертвами. В итоге Сталину пришлось переписывать историю комсомола, как и партии, что называется, с нуля. Уж очень много оказалось среди людей, стоявших у истоков молодежной организации, евреев, оппозиционеров и прочих неподходящих товарищей. Фактическим каноном, на котором потом воспитывалось не одно поколение комсомольцев, стал роман Николая Островского «Как закалялась сталь». Его главный герой, вымышленный вождь комсы Павка Корчагин, сыграл роль эдакого фальшфасада, который закрыл собой подлинную историю становления ВЛКСМ и его истинных создателей. Виктор МАЛЬЦЕВ