В комсомольца воткнули осиновый кол Согласно распространенной легенде, главным способом убийства вампира (или вурдалака, а по-русски – упыря) было вонзить в сердце осиновый кол. Существует несколько версий, почему именно осина выбрана для изготовления такого оружия. По одной из них считается, что первым вампиром был Иуда Искариот, который после предательства Иисуса повесился на осине. По другой версии, уже из псевдонауки демонологии, есть аналогия между Каином, убившим брата, тем же Иудой и осиной. Но известно точно, что она считается церковью проклятым деревом. Именно церковными служителями и была широко распространена версия о силе осиновых колов – с целью укрепления авторитета церкви. А на территории Восточной Европы осину издавна считали священным оберегом. УБИТЫЙ «УПЫРЬ» ОКАЗАЛСЯ СТАХАНОВЦЕМ Как ни странно, вера в упырей в России была широко распространена вплоть до 30-х годов ХХ века. Причем в разных странах этих существ представляли по-разному. У нас упырями, как правило, считали «полумертвецов» либо мертвецов, ведущих ночной образ жизни или являющихся в обликах летучих мышей и иных существ, сосущих кровь у спящих людей и насылающих кошмары. Согласно легендам, бытовавшим даже во времена советской власти, вампирами становились «нечистые покойники», то есть преступники, самоубийцы, умершие преждевременной смертью, возможно – зараженные от укусов других упырей. Ну а лучшим средством для обезвреживания этой нечисти в нашей стране считался осиновый кол. Неудивительно: когда в сентябре 1937 года на лугу возле села Большое Окулово, что близ Навашина, был обнаружен труп молодого парня с воткнутым в него осиновым колом, местный темный народ сразу же вспомнил легенды об упырях. По всей округе быстро распространились слухи, что в Окулове завелись вурдалаки, которые нападают на людей, впиваются в них зубами и высасывают кровь. Правда, быстро выяснилось, что убитый являлся вовсе не «полумертвецом» и не мертвецом (до того, как в него вонзили этот самый кол), а слесарем-стахановцем Мордовщиковского судостроительного завода (ныне Навашинский судостроительный завод) – комсомольцем Сергеем Ивентьевым. Он был примерным производственником, вел культурную работу в своем селе и являлся одним из активистов местного клуба. Вскоре нашли его убийц, коими оказались тоже никакие не профессиональные борцы с упырями, а заведующий радиоузлом этого же завода Иванов и продавец ларька райпотребсоюза Кондаков. Что же заставило этих товарищей расправиться с коллегой столь экзотическим способом? Как установило следствие, убийство произошло во время «гулянья». Тогдашний сентябрь, в отличие от нынешнего, радовал теплой погодкой, в связи с чем молодежь по выходным дням выезжала на природу и организовывала там досуг с играми, пикниками и культмассовыми мероприятиями. Правда, во многих случаях под «гуляньями» маскировались банальные попойки на свежем воздухе, обычно заканчивавшиеся массовыми драками и побоищами. «Руководители местного Окуловского клуба Максимов и Шестаков о программе гулянья много не думали: захватили с собой футбол и волейбол, а в остальном решили положиться на инициативу самой молодежи, – писала об этом инциденте «Горьковская коммуна». – Насколько плохо было организовано гулянье, видно уже из того, что они не догадались даже завезти ситро и квас, а завезли водку. Неудивительно, что вскоре на лугу появились пьяные, начались драки. Продавец выездного ларька райпотребсоюза Петраков, распродав одну партию водки, отправился за другой». К вечеру весь луг, на котором проходило мероприятие, наполнился пьяными компаниями, к которым примкнула молодежь из соседних Кулебак. Между тем кулебакские имели давние счеты с окуловскими и навашинскими комсомольцами. Разумеется, не в плане соцсоревнования, а по части набитых морд во время прежних «общественных гуляний». Вот и в этот раз жители Кулебак Иванов, братья Зимины, Кондаков и другие (все – члены ВЛКСМ), встретив группу окуловских комсомольцев, набросились на них, дабы поквитаться за прежние обиды. Однако окуловские снова оказались сильнее и вышли победителями. Причем среди последних случайно затесался местный школьный учитель по фамилии Сулимов, который активно участвовал в драке и от души наподдавал кулебакской «братве», отметелив Иванова и Зиминых случайно попавшейся под рукой палкой. ХУЛИГАНСТВО В КУЛЕБАКАХ ПРИНЯЛО ШИРОКИЕ РАЗМЕРЫ Последний факт (участие в драке педагога) почему-то особенно разозлил побитых, и в первую очередь Иванова. Тот восплылал желанием непременно отомстить за «поражение». После этого комсомолец раздобыл где-то осиновый кол, которым и решил наказать обидчика. Как противоупырьское орудие попало к нему в руки и почему Иванов решил использовать столь экзотическое средство, он позднее пояснить не смог, сославшись на высокую степень алкогольного опьянения. Так или иначе, с этим самым острым колом Иванов и Кондаков отправились на поиски учителя Сулимова. По дороге разъяренные кулебачане встретили стахановца Ивентьева и его коллегу Сасина. При этом в упомянутой драке парни не участвовали, Иванова и Кондакова видели впервые в жизни, а в момент встречи уже находились в такой кондиции, что передвигаться могли только опираясь друг на друга. Однако это обстоятельство не помешало Иванову выбрать их в качестве жертв. С криком «Получай, гнида!» Иванов сначала набросился на Сасина, несколько раз ударив его колом. Но тот, видимо со страху, немного протрезвел и что есть силы дал деру через кусты, бросив товарища на произвол судьбы. Кондаков схватил стахановца Ивентьева, а Иванов со всей силы воткнул в него кол. После чего оба сбежали с места происшествия… «Сергей Ивентьев, слесарь-стахановец судоремонтного завода, был примерным производственником, вел культурную работу в своем селе, один из активистов местного клуба, – писала газета. – Убийцы Ивентьева арестованы и скоро предстанут перед судом. Казалось бы, на этом история убийства Ивентьева кончается. Но, нам кажется, ставить точку рано. Вместе с Ивановым и Кондаковым моральную ответственность за смерть комсомольца Ивентьева несут также Кулебакский райком комсомола и комитет комсомола судоремонтного завода. Уже давно и Кулебакскому райкому, и комитету судоремонтного завода было известно о хулиганстве в селе Большое Окулово и в Мордовщике, о драках среди молодежи, в которых принимали участие и комсомольцы. Районное отделение милиции неоднократно ставило вопрос перед райкомом комсомола о многочисленных случаях хулиганства со стороны комсомольцев. Но все эти сигналы работники райкома пропускали мимо своих ушей… Хулиганство в Кулебаках приняло широкие размеры. С января по март органами милиции зарегистрировано 26 случаев хулиганства комсомольцев. Список хулиганов был передан в райком комсомола, но там список «приняли к сведению». Более того, факт зверского убийства комсомольца комсомольцами даже не обсуждался ни в райкоме, ни в заводском комитете ВЛКСМ». СУДЕБНОГО ИСПОЛНИТЕЛЯ ЗАБИЛИ ТОПОРОМ Вообще же жестокие убийства в то время были делом совершенно обыденным. Причем «валили» не только комсомольских активистов, но и госслужащих, депутатов. Так, 5 сентября судебный исполнитель (по-современному – судебный пристав) Воскресенского района Шалыганов приехал по делам в Илёвский сельсовет. В Илёве он встретил своих давних знакомых, неких Ионова и Дудусова. Оба являлись в прошлом судимыми за уголовные преступления, нигде не работали и не имели определенного места жительства. Шалыганов же, напротив, «хорошо устроился» и был при деньгах. Видимо, этот факт приятели и решили отметить. Зашли домой к сестре Шалыганова, Пателиной, где распили полтора литра водки. При этом охмелевший исполнитель щедро оплачивал весь банкет, неоднократно посылал сестру за новой закуской, попутно засветив содержимое своих карманов. После попойки вся троица отправились на лошади Дудусова в соседнюю деревню Мытжазей, где у Шалыганова были еще какие-то дела. А после их завершения он обещал профинансировать продолжение банкета. По дороге Шалыганова, лежавшего на телеге, укачало, он заснул. Тут-то у Ионова и возник коварный замысел ограбления богатого дружка. Он сообщил о своем плане Дудусову, тот не раздумывая согласился. С реализацией особо мудрствовать и фантазировать не стали. Дудусов свернул с дороги в безлюдный район у речки Сармы, там Ионов ударил спящего Шалыганова обухом топора по голове. Затем, столкнув его с телеги, грабители стали осматривать портфель и карманы вроде бы убитого. Забрав деньги (свыше 32 тысяч рублей), Ионов вдруг заметил, что Шалыганов пришел в себя. После этого он снова со всей силы ударил его топором. Труп сообщники бросили в реку и скрылись. Интересно, что добычу они поделили, мягко говоря, не совсем поровну. Ионов дал Дудусову только 51 рубль «за помощь», остальные деньги – больше трех десятков тысяч рублей – оставил себе. При этом пообещал, что в случае, если «заберут легавые», всю вину возьмет на себя. Спустя 14 дней преступники были арестованы. Их заранее придуманная версия, что будто бы Шалыганов по дороге спрыгнул с телеги, куда-то пропал, а уже потом стал «жертвой нападения неизвестных», конечно же, не выдержала никакой критики. Судебная коллегия крайсуда, учитывая особую социальную опасность Ионова, приговорила его «к высшей мере социальной защиты» – расстрелу. Дудусов же получил 8 лет лишения свободы. И если первый рисковал за 30 «кусков», то второй отправился в лагерь за какой-то полтинник! ОЧКИ ЗАРЕЗАННОЙ ДЕЛЕГАТКИ ПРОДАЛИ ЗА 3 РУБЛЯ Большой общественный резонанс вызвало зверское убийство известной учительницы, делегатки VIII Чрезвычайного съезда Советов (проходил в Москве с 25 ноября по 5 декабря 1936 года, в последний день своей работы утвердил новую – «сталинскую» – конституцию СССР) и депутата Верховного Совета М. В. Прониной, произошедшее в Саратове. «Главарь банды Розов имел надежных сообщников в лице Федотова и Ещеркина. Федотов не раз говорил своему приятелю, ныне подсудимому Карпову, что неплохо бы заняться грабежами, ходить на вокзал, «встречать» пассажиров, – так писала об этом событии пресса. – Человеческую жизнь они ни во что не ставили, заявляя: «Было бы оружие – всех бы перекрошил». Ещеркин – сын раскулаченного мироеда – высказывался в том же духе. Вечером 11 сентября, по признанию Розова, он вместе с Федотовым пошел на вокзал, чтобы ограбить пассажира. Здесь к ним присоединился Ещеркин. Они обогнали двух женщин. «Ты смелый? Ничего не боишься?» – спросил Розов Ещеркина. «Нет, не боюсь», – ответил Ещеркин. По уговору с приятелями Розов взял на себя расправу с Прониной и предоставил Федотову и Ещеркину заняться Овчинниковой. Федотов, как и Розов, имел кинжал. Розов набросился на Пронину и стал наносить ей удары ножом. Овчинникова бросилась бежать с криком: «Учительницу убивают!» В итоге вторая женщина сумела спастись, а потом дала подробные показания против преступников. Их задержали через несколько дней. Но даже больше, чем подробностями самого преступления, народ был поражен тем фактом, что до ареста бандиты сумели продать все личные вещи убитой, вплоть до носовых платков, вытащенных из ее карманов. Более того, вполне добропорядочные с виду супруги Гулясины с радостью приобрели географические карты, снабженные примечаниями, что они выпущены специально к съезду. Хотя догадывались, что эти вещи принадлежат убитой учительнице. А некто Карпов купил у бандита за три рубля очки Прониной и носил их вплоть до конфискации. «Преступники вообще ни во что не ставили человеческую жизнь, не гнушались личными вещами убитой… Все трое бандитов и жестоких убийц приговорены к высшей мере наказания – расстрелу», – сообщили газеты по результатам судебного процесса. Скупщики вещей получили сроки. Виктор МАЛЬЦЕВ