Самыми суровыми зимами в нашей стране в ХХ веке стали предвоенные: 1939/1940 и 1940/1941 годов. Температура воздуха в центральной части СССР, в том числе в Москве, нередко опускалась до минус 40 градусов и даже ниже. Абсолютный рекорд в столице был зафиксирован 17 января 1941 года – минус 42 градуса. Трудные испытания выпали и на плечи горьковчан. 3 января в области установился 39-градусный мороз, после небольшого потепления, к середине месяца, похолодало до минус 28 градусов, затем до начала февраля температура воздуха держалась на уровне минус 23 – минус 25! Система центрального отопления оказалась не готова к таким аномальным холодам, вследствие чего остановились многие предприятия, лопались трубы в жилых домах, выходили из строя котельные, а поскольку печи и буржуйки топили докрасна, все это дополнялось еще и многочисленными пожарами. На целые недели прерывалась работа общественного транспорта, так как ни трамваи, ни троллейбусы (в Москве), ни автобусы тоже не могли работать при такой температуре. Большой ущерб был нанесен сельскому хозяйству – в частности, вымерзли почти все яблони, которые до этого считались морозостойкими! Жертвы морозов по всей стране исчислялись тысячами, причем, кроме людей, погибло много лошадей, коров, собак и других животных. НАВЕРНИТЕ ГАЗЕТНОЙ БУМАГИ И СМАЖЬТЕ ЛИЦО ВАЗЕЛИНОМ Та зима выдалась не только аномально холодной, но и очень затяжной. Первые морозы ударили еще в начале октября, а первым днем, когда столбики термометров показали больше нуля градусов, стало 7 апреля! И никаких вам оттепелей с лужами и капелью на протяжении полугода. Вдобавок все города были завалены снегом, который шел в периоды небольшого повышения температуры. Но убирать его попросту не успевали, к тому же немногочисленная коммунальная техника быстро вышла из строя из-за работы в экстремальных режимах. В общем, к середине зимы весь город Горький напоминал сплошную зону чрезвычайной ситуации: зловещее морозное небо, кроме огромных клубов пара и дыма, постоянно подсвечивалось отблесками пожаров, стены предприятий и жилых домов покрылись слоем льда, а трупы замерзших прохожих спешно грузили на коммунальные телеги (медицинские автомобили тоже замерзли), при этом при ударах они звенели, как металл… Будучи не в силах справиться с бедствием, власти решили по-большевистски найти в нем позитивные стороны. А именно – переставить весь народ на лыжи! В разгар морозов – в январе – в СССР начался массовый лыжный кросс профсоюзов, во время которого лыжники из разных регионов соревновались между собой в скорости, длине дистанции, крутизне преодоленных подъемов, ходьбе по пересеченной местности и других номинациях. «Нынешняя зима в нашей стране характерна небывало широким размахом лыжного спорта, – писала «Ленинская смена». – Едва выпал первый снег, сотни тысяч молодых людей встали на лыжи. Ежедневно в городских парках, пригородных полях и лесах можно встретить лыжников группами и в одиночку, отдающих часы своего досуга лыжным прогулкам и тренировкам. Со всех концов страны идут сообщения об организации новых лыжных баз, о соревнованиях и походах лыжников. Бескрайние просторы нашей родины многие месяцы покрыты глубоким снегом. Сама природа нашей родины способствует тому, чтобы советские люди владели лыжами». Это «владение» в тогдашних условиях, конечно же, имело не только и не столько спортивное, сколько вполне утилитарное значение. В отсутствие скованного холодами общественного транспорта и транспорта вообще у многих людей не было иной возможности добраться в другой район города, в соседнее село, на работу, кроме как на лыжах. При этом общественные лыжни пролегали повсюду – прямо вдоль проезжей части дорог, потом пересекались на площадях и перекрестках, шли по пустырям, обочинам, мостам и оврагам, расходились и снова сходились, опутывая весь город и его окрестности. А в газетах публиковались инструкции, как надо одеваться в поход, чтобы не замерзнуть на лютом морозе: «Тщательно выстирать, высушить, прогладить или промять носки и портянки. Между летней и зимней портянкой навернуть газетной бумаги, а в сапог положить солому. В сильные морозы места, подверженные обморожению (ступни ног, уши, нос, кожу щек), смазать жиром, вазелином, гусиным или свиным салом и т.д. Во время перехода нужно развивать в себе привычку следить за товарищем, вовремя сигнализируя ему о начинающемся обморожении. Двигаясь в строю, особенно при встречном ветре, почаще менять передние ряды». ДО НОВОСИБИРСКА ПО ЛЫЖНЕ! Добраться в школу для учащихся, особенно в сельской местности, было делом нелегким. Никаких школьных автобусов и в помине не было, да и дороги между деревнями и селами после метелей никто не чистил. Но и тут лучшим способом стал массовый переход на лыжи! Вышел из дома, встал на них и поехал прямо до учебного заведения. «Многие учащиеся нашей школы живут в 5 – 6 километрах, а некоторые даже в 8 – 10 километрах от нее, – писал в газету учитель физкультуры из Зиняковской школы Балахнинского района К. Батеньков. – Но это нисколько не затрудняет их. Они ходят в школу на лыжах. Совершать ежедневно 10 – 12-километровый переход на лыжах – большое удовольствие для детей. И это дает положительный результат. Дети становятся выносливыми. Чувствуют себя всегда бодрыми, овладевают лыжным спортом». Мало того, практиковались междугородние и даже межрегиональные лыжные переходы, длиной в сотни и тысячи километров. Удобно же: решил съездить к родственникам в Арзамас или Лысково – оделся потеплее, взял лыжи и вперед! Хочешь – вдоль дороги, а можно и напрямки – через лес. А у кого-то – через горы и тайгу… «Прекрасный почин сделали спортсмены Свердловска, совершившие интересный лыжный переход из своего города в Новосибирск. За 20 ходовых дней они прошли свыше 1500 километров. Третьего дня трудящиеся Свердловска тепло встретили пятерку новосибирских лыжников, которые совершили такой же переход из своего города в Свердловск». Добавим, что погода в Сибири в ту зиму была более теплой, чем в европейской части страны. В декабре и январе температура за Уралом не опускалась ниже 30 – 35 градусов. Тем не менее вряд ли 20-дневный лыжный переход по безлюдной тайге дался упомянутым товарищам легко! Помимо обычных лыжных кроссов и переходов 80 лет назад практиковались и довольно экзотические конно-лыжные и мотоциклетно-лыжные походы. «На 10 конях, покачиваясь в седлах, ехали всадники, – рассказывала статья «Конно-лыжный пробег» в «Ленинской смене». – За ними, ухватившись за длинные концы веревок-буксиров, катились лыжники. Всадники – слушатели областной кавалерийской школы – и лыжники – учащиеся музыкального и художественного училищ – шли в конно-лыжный пробег. Их маршрут лежал в Афонино, в Кузьминку, Подновье и обратно в Горький. Пробег посвящался XVIII всесоюзной партконференции. К нему тщательно готовились, осваивая лыжное дело. В колхозах участники пробега провели доклады о международном положении, о комсомольском кроссе. Дали два концерта, организовали вечер-массовку с играми, песнями, танцами и конкурсом на лучшего плясуна. Провели также два показательных выступления – прыжки через препятствия на конях и конно-лыжные соревнования». 19 января в Горьком впервые прошли мотоциклетные соревнования с буксировкой лыжников, приняли участие 15 экипажей. При этом каждый мотоцикл тащил за собой не одного, а сразу трех лыжников! Стартовав от памятника Чкалову на Советской площади (ныне площадь Минина и Пожарского), они сначала спустились по Георгиевскому съезду на берег Волги, затем по Казанскому съезду поднялись наверх – на площадь Нариманова (ныне Сенная), а оттуда по Ждановской (Верхне-Волжской) набережной вернулись обратно. Несмотря на относительно небольшую дистанцию, заезд сопровождался драматичными моментами. Так, на спуске со скользкой горы у двух экипажей лыжники не смогли затормозить, в итоге обогнали тягач, опрокинув его на обочину. А на подъеме в гору, наоборот, забуксовали и сошли с дистанции три мотоцикла. Победителем экзотической гонки стал мотоциклист спортобщества «Учитель» Горбачев, который сумел с тремя лыжниками на прицепе пройти маршрут всего за 17 минут. Езда на лыжах на прицепе практиковалась довольно активно. В Горьком постоянно можно было увидеть граждан, едущих на веревке за грузовиком или трамваем. «ЧУДО-ОРУЖИЕ», НЕ ОПРАВДАВШЕЕ НАДЕЖД Впрочем, несмотря на призывы партии и бесчисленные оптимистические статьи в прессе, отнюдь не все горьковчане подвиглись в лютый мороз гонять по полям и лесам. «Предполагалось, что 15 января в г. Горьком на кросс выйдут десятки тысяч лыжников, – сообщала заметка под названием «Печальный итог». – Однако из-за плохой подготовки он по существу был сорван. На старт вышло всего 480 человек, из которых половина – ученики Автозаводского ремесленного училища. Сорвали соревнования спортивные общества «Электрик», «Судостроитель», «Авангард», «Локомотив», «Нефтяник» и ряд других. В «Электрике» они не состоялись по вине инструктора общества т. Мануйлова. Он с утра уехал за ботинками и вместо 11 часов дня явился в 8 часов вечера, по сути, позорно дезертировав. В «Торпедо» соревнования отменили из-за сильного ветра». Добавим, что в этот день в Горьком было минус 25 градусов! Массовая «лыжизация» населения, как и всё в Советском Союзе, имела двойное назначение. По замыслу товарища Сталина, в суровые зимы навыки лыжной ходьбы должны были облегчить трудящимся передвижение по заваленным снегом городам и поселкам на работу и службу, а учащимся – к местам учебы и обратно. В случае войны массовое применение лыж должно было стать настоящим «чудо-оружием» Красной армии, перед которым не устоял бы ни один противник. Именно такие выводы были сделаны на основе опыта недавней финской войны, когда финские солдаты-лыжники совершали глубокие вылазки в тыл, фланговые обходы, устраивали засады в лесах, незаметно и бесшумно появляясь откуда-то из мглы, а потом так же незаметно исчезая в ней. В то же время красноармейцы буквально утопали в глубоком снегу вместе с танками и автомобилями. А когда наши генералы попытались перенять этот опыт, выяснилось, что две трети бойцов вообще не имеют навыков лыжной ходьбы, да и самих лыж днем с огнем не сыскать… Только отдельным лыжным подразделениям удавалось добиваться успехов, которые быстро обросли легендами. «Наши товарищи-физкультурники на лыжах творили на фронте чудеса храбрости, мужества и отваги, – писали в газету горьковчане – участники войны с Финляндией. – Они по целым неделям ходили по тылам врага, устраивали засады, громили вражеские штабы, проводили разведку, проходя в день по 50 – 60 км, скрываясь в лесу, ночуя на открытом морозном воздухе, взбираясь на горы, стремительно несясь с обрыва, преследуя и уничтожая врага». Кстати, упомянутые конно-лыжные и мотоциклетно-лыжные кроссы тоже были призваны освоить новые тактические приемы в армии. К примеру, можно было прицепить нескольких бойцов-лыжников к движущемуся по снегу танку или бронемашине, а кавалеристы могли отбуксировать во вражеский тыл батальон-другой пехотинцев. Добавим, что на лыжные шасси ставили самолеты, а лыжные аэросани считались «оружием будущего». Но, как показал опыт Великой Отечественной войны, все эти надежды оказались ошибочными. Ибо при всех своих преимуществах лыжи имеют один большой недостаток, перечеркивающий все достоинства: они довольно громоздкие, и их надо как-то таскать. Дмитрий ДЕГТЕВ