В деревне под Нижним Новгородом объявлен «суверенитет» от РФ? В Нижегородской области обнаружилась территория, где люди живут не по законам и нормам Российской Федерации, а по каким-то собственным законам и установкам. Причем расположена данная «Страна чудес» не где-нибудь в лесной глухомани, где закон – тайга, а прокурор – медведь, а в нескольких километрах от областного центра! Речь идет о деревне Анкудиновка Афонинского сельсовета Кстовского района. Заложники интриг Эта уникальная история берет начало в 2014 году. Тогда по деревне Анкудиновка стали расползаться зловещие слухи, будто что-то неладное творится с местной системой водоснабжения, дескать, кто-то хочет забрать водокачку. Здесь следует пояснить, что в отличие от многих других населенных пунктов Афонинского сельсовета, которые подключены к центральной системе водоснабжения Нижнего Новгорода, в Анкудиновке воду берут из скважины. Водопровод был построен еще в 1957 году. Он принадлежал сельсовету, но в 2010 году его признали бесхозным, после чего администрация Кстовского района забрала объект и передала его на баланс ООО «Водоканал Кстовского района». В 2014 году над предприятием замаячила перспектива банкротства (которое и впрямь случилось 4 года спустя), в связи с чем появились тревоги и на предмет дальнейшего водоснабжения Анкудиновки. Беспрецедентная инициатива Роль спасительницы земляков от «обезвоживания» взвалила на себя местная жительница Ольга Нестерова, только что купившая в деревне дом, но быстро освоившаяся в округе. По ее инициативе 7 мая 2014 года было проведено собрание, на котором присутствовали представители администрации сельсовета. Там гражданка Нестерова предложила односельчанам скинуться по 2 тысячи рублей и приватизировать… водопроводную систему деревни. Иначе та, мол, достанется каким-нибудь проходимцам, которые после обладания таковой станут три шкуры драть с простых анкудиновцев за водоснабжение. В другом случае деревенские жители сами выступят собственниками, станут хозяевами своей судьбы. Аргументы самопровозглашенной агитаторши показались убедительными. Говорила она складно, да и представители официальной власти (сотрудники сельской администрации), против реализации инициативы не сильно возражали, напротив, одобрительно кивали головой, слушая предложения инициативной дамы. Чем при этом они руководствовались – непонятно. Остается только предположить, что хотели избавиться от вечной головной боли, сбросив с себя обязательства по водоснабжению Анкудиновки. Дескать, местные жители берут данный процесс в свои руки – и барабан им на шею! В результате предложение Нестеровой было принято большинством голосов схода. Невероятно, но факт! Впрочем, казалось, что никаких шансов приватизировать скважину у анкудиновцев все равно нет. Ведь это фактически стратегический объект, от которого зависит благополучие, а то и выживание целого населенного пункта. По крайней мере, такой практики нет, пожалуй, даже в России! Повсеместно скважины с системой водопроводов принадлежат муниципалитету и не передаются в частные руки. Если только в аренду, пусть даже долгосрочную. А поскольку деревня Анкудиновка не является самостоятельным юридическим лицом, а соответственно, и муниципальным образованием, то оформить право собственности на скважину или, как ее тут называют, водокачку, могли только совместно жители деревни как совладельцы, то есть частные лица. Но кто же им это позволит? Однако позволили! Нам неизвестно, каким образом, но Ольге Нестеровой через суд удалось добиться результата. Возможно, свою роль сыграл тот факт, что на момент приватизации водокачка уже находилась на балансе не муниципалитета, а ООО «Водоканал Кстовского района» — де юре частного предприятия, оказавшегося ввиду нечистоплотных манипуляций высшего менеджмента на грани банкротства. Приватизация обернулась «прихватизацией»? Однако это еще не самое интересное. Что такое коллективная собственность на селе известно еще по созданию СПК на базе колхозов, когда бывшие колхозники получали паи и становились совладельцами создаваемых предприятий. Однако, как показала практика, все эти кооперативы очень быстро превращались в фикцию, у СПК появлялись реальные хозяева, которые диктуют пайщикам свою волю и те всецело от них зависят. Нечто подобное, только в более странной, если не сказать извращенной, форме произошло и в Анкудиновке с водокачкой. По закону, любые решения, связанные с данным объектом, могут приниматься только на общем собрании собственников. То есть всех жителей деревни, скидывавшихся на приватизацию. Но их больше сотни человек (129), причем среди них есть люди, которые хоть и прописаны в Анкудиновке, но почти никогда там не бывают – живут в других городах и даже регионах. Разумеется, процесс управления «общедолевой» водокачкой в таких условиях затрудняется, если вообще возможен. Однако «вакуума власти» в данном случае не возникло, поскольку его благополучно заполнила… все та же г-жа Нестерова! Староста или Медной горы хозяйка? В итоге эта непритязательная дама провозгласила себя… старостой деревни, организовала правление деревни и на этом основании взяла на себя управление системой водоснабжения, начала распоряжаться финансами, собираемыми с селян за ее функционирование. Вообще-то, даже приватизация водокачки — это что-то новое в российском законодательстве. Сельские старосты существовали еще до революции 1917 года, после — на оккупированных гитлеровцами территориях. Но в 2014-15 годах, когда развивались вышеприведенные события, такого понятия в табели о рангах органов местного самоуправления просто не существовало! С тем же успехом г-жа Нестерова, или кто угодно другой, мог назвать себя хоть Медной горы хозяйкой! Закон о сельских старостах был принят только в 2018 году. Но в соответствии с ним сельский староста – это всего лишь представитель селения для контроля и предотвращения всевозможных ситуаций на территории своего селения. Он не имеет права подменять собой местные органы власти, его деятельность осуществляется безвозмездно, если иное не прописано в уставе. Представитель сотрудничает со всеми органами власти, выполняет их постановления. То есть прав у старосты меньше, чем даже у управдома. И уж тем более он не может распоряжаться коллективной частной собственностью односельчан. Но это по закону. А по факту Нестерова сразу развернула гиперактивную деятельность… Цифры с потолка В помещении единственного местного магазинчика она начала проводить собрания ей же подобранного «сельского актива» в составе пары десятков человек. Людей проверенных и доверенных. Первым делом на одном из таких заседаний был назначен размер платы за организацию водоснабжения. За свои старания Нестерова попросила по 5 тысяч рублей «с двора». Откуда и почему взялась такая неимоверная цифра, непонятно. Никаких смет и калькуляций анкудиновцам никто не предоставлял. Так что, возможно, «тариф» определялся примерно так: потребуешь с селян больше, могут взбунтоваться, платить не станут. А требовать меньше – себя не уважать, обидно же терять деньги, которые сами в карман лезут! Организация сбора взносов также заслуживает отдельного повествования: местные жители просто приходят в магазин и отдают деньги … продавщице. Та что-то помечает в своей тетрадке, а после передает собранную наличность Нестеровой. Каким образом расходуются собранные средства – тоже интересный вопрос. Надо признать, что эксплуатация скважины вкупе с передающими сетями процесс довольно хлопотный и затратный. К тому же, напомним, это объект социальной и стратегической значимости! На охрану, освещение, безаварийную эксплуатацию тратятся немалые деньги. Но все это не о деревне Анкудиновка. Здесь водокачка передана в эксплуатацию не какой-нибудь специализированной организации, а… обычному местному жителю, которому все скидываются по 4 тысячи рублей в месяц! Кстати, интересно: а у этой гражданки вообще есть лицензия на добычу воды из недр (эксплуатацию скважины)? Сильно в этом сомневаемся. А раз так, то речь вообще идет о незаконной организации работы по водоснабжению. Кстати, как показала одна из проверок, вода в скважине не надлежащего качества. Зато стоят такие услуги предельно дешево, поэтому не ясно, на что тратятся остальные собранные с селян деньги и сколько из них г-жа Нестерова оставляет себе. При этом почти каждый год, а то и чаще, с анкудиновцев сбирают по 5-6 тысяч рублей то на ремонт скважины, то на ремонт колодцев, то заявляют, что водонапорная башня того и гляди упадет и на ее ремонт нужно 1 миллион 200 тысяч рублей! То есть надо собрать по 12 тысяч рублей с человека (потом ставки повысили до 15 тысяч). При этом опять-таки никто никаких смет не предоставляет. Зато в местном магазинчике на самом видном месте вывешивается «позорный список» тех, кто не платит за воду… Кроме того, по словам анкудиновцев, таким же образом с них собирают деньги за захоронение на местном кладбище. С кого взимают по 5 тысяч, с кого другую сумму. За что и на каком основании – не понятно. Таким образом, по приблизительным подсчетам, за 5 с лишним лет Нестерова собрала с анкудиновцев порядка 6 миллионов рублей! А ведь это в основном пенсионеры, которым каждую копейку считать приходится. Безмолвие властей Разумеется, далеко не всех в деревне устраивают такие порядки. Нашлись люди, взбунтовавшиеся против установившейся в Анкудиновке власти, которую местный житель Александр Лебедев называет «махновщиной». Вместе с единомышленниками (всего подписались 18 человек) он подписал заявление в полицию о мошеннических действиях. Однако уголовного дела в итоге так и не возбудили. Попытки обратить внимание официальной местной власти на творящийся в деревне беспредел также успехов не принесли. В афонинском сельсовете в происходящем и вовсе не видят ничего дурного. Там удивляются: а чего, мол, граждане возмущаются? Это же теперь ваше имущество, вот и распоряжайтесь в полном объеме, как хотите. А Нестерова – молодец! Деловая женщина с активной гражданской позицией, помогает вам организоваться, раз сами не в состоянии. В общем, по факту получилось, что в отдельно взятой деревеньке власть захватили какие-то непонятные люди, сами придумали законы, по которым заставляют жить односельчан, и собирают с них деньги. Причем снова – столько, сколько захотят! И никому: ни в сельской, ни в районной администрации, ни в полиции до этого нет никакого дела! Александр Лебедев уже даже думает в ФСБ обратиться, может хоть там обратят внимание на то, что деревня Анкудиновка безо всякого референдума практически отделилась от Российской Федерации? С беспределом пора заканчивать! Тем временем аппетит приходит во время еды, и некоторое время назад Ольга Нестерова решила приватизировать еще и водопровод, некогда построенный «Атомстроем» для своих садоводов. Рядом несколько садовых товариществ: «Радуга» и «Ленинец-6», которые вроде как тоже «участники процесса». Однако данная затея ей все же не удалась. Причем отказали ей на основании, по которому должны были отказать еще 6 лет назад: водоснабжение — это зона ответственности муниципалитета. Частники могут эксплуатировать, но уж никак не приватизировать скважины! Поэтому сейчас противостоящие Нестеровой жители деревни Анкудиновка добиваются деприватизации водокачки и передачи ее муниципалитету. Они обратились в газету «Ленинская смена» в надежде, что журналисты смогут помочь людям в их неравной борьбе с произволом. Некоторые граждане на полном серьезе считают, что в деревне орудует ОПГ! Это все вызывает здесь заметное социальное напряжение. Однако пресса может только предать общественной огласке данную некрасивую историю, довести ее до правительства области. Чтобы навести в сельском поселении порядок потребуется другой, более серьезный, регулятор. И все же мы надеемся, что по итогам данной публикации таковой все же найдется, и поэтому берем тему на журналистский контроль.