«Война 2014 года» – классическая война 20-21 веков, продиктованная интересами монополий. Когда-нибудь придет время, и Россия будет просить за это прощения… В последние месяцы мы наблюдаем всплеск патриотизма и даже милитаризма в России. Этому способствовали как невоенные (Олимпиада в Сочи, мирный захват Крыма), так и военные («скрытая война» с Украиной) события. В краткосрочной перспективе это выглядит как блестящий путинский блицкриг. Но в среднесрочной и долгосрочной перспективе все представляется не столь однозначно. Среди «пассивов» – не внеблоковая, а откровенно враждебная Украина, а также негативное отношение к России со стороны так называемого Запада. В любом случае мы дорого заплатим за все происходящее в рублях и валюте, но не следует забывать и о политической ответственности за происходящее на Украине, за те жертвы, которые несет там народ. Война с «украинской угрозой» С моей точки зрения, вышеупомянутые события не могли произойти в отношениях между Россией и Украиной в 90-е годы. Тогда у власти в новообразованных государствах находились представители советской номенклатуры. В России Борис Ельцин, на Украине сначала Леонид Кравчук, потом Леонид Кучма. Им и в голову не могло прийти, что Россия и Украина способны находиться в состоянии «тайной войны». Совершенно иная ситуация возникла после того, как к власти пришли политики нового поколения: Владимир Путин и Дмитрий Медведев – с одной стороны, Виктор Ющенко и Виктор Янукович – с другой. И дело тут не столько в Украине, сколько в России. При Ельцине в ходу был термин «семибанкирщина». При Путине впору говорить о какой-нибудь «семигенеральщине». Соответственно, изменился и менталитет российской элиты. Почему между двумя «соседями» возникло поле напряженности? Дело в том, что с позиций путинского руководства Украина начала генерировать «негативные тренды», которые в той или иной степени могли дестабилизировать политическую ситуацию в России. Сначала в 2003 году речь шла об «оранжевой революции», то бишь нам поступил сигнал о демократизации. В 2013—2014 годах на Украине происходила, по одним оценкам, антиянуковичская, по другим – антиолигархическая революция. И тот, и другой аспект России явно не нравился. Здесь надо вспомнить, что Владимир Путин с 2003 года активно поддерживал и даже продвигал фигуру Виктора Януковича. Когда шла борьба за власть между Януковичем и Ющенко, Путин поторопился поздравить первого с победой. Потом пришлось отгребать назад. Сейчас, как известно, Янукович находится на территории России в качестве «президента Украины в изгнании». Между тем украинский народ, после того как были открыты для посещения некоторые резиденции Виктора Януковича, более не хочет такого президента. В политическом плане экс-президент Украины был аналогом российских президентов. Что не мешало ему вести комбинированную политику в отношении газонефтяного «соседа». Осенью и зимой он вел пророссийскую политику, а весной и летом – антироссийскую. В чем же общность «Вовы» и «Вити»? Оба боролись против одних олигархов, чтобы появились другие. И Россия, и Украина во многом схожи: там были, есть и, видимо, будут неопределенное время олигархические режимы. Несмотря на антиолигархическую риторику Путина, ельцинских олигархов сменили путинские (Тимченко, братья Ротенберги и т.д.). В Киеве одних олигархов (Ринат Ахметов, сын Януковича) тоже сменили другие (Коломойский и прочие). Противоречия между Россией и Украиной нужно искать не в той плоскости, что, мол, Россия спасает русское население юго-востока Украины от фашистско-олигархического режима западенского толка. Путин не хочет того, чтобы Украина и дальше генерировала политические, я бы сказал, ценностные угрозы российскому режиму. Такова, на мой взгляд, магистральная линия в отношениях двух «соседей», которые, как в бытовых конфликтах, вдруг начали «воевать». Путинская Россия терпела януковичскую Украину, но не хочет более терпеть прозападную, ющенко-порошенковскую. Киев в глазах Москвы стал каналом, через который зараза, оранжевая или иная, проникает в «процветающую» Россию. Этот канал и «перекрывается». Мы тоже хотели в НАТО Российскую элиту крайне тревожит то, что ранее при Ющенко, а сейчас при Порошенко Украина безоглядно дрейфует в сторону Европы и США. Нам объясняют, что НАТО вновь продвигается на Восток, что Америка напрямую руководит Украиной, что МВФ и Мировой банк определяют так называемую экономическую политику Киева. Мол, Россию это не может устроить. Звучит очень солидно и серьезно. Но ведь в 90-е годы мы тоже находились под мощным влиянием МВФ и Мирового банка. Россия не раз намекала на то, что мы готовы даже вступить в НАТО. По большому счету, путинская политика до последнего времени, несмотря на риторику президента («мюнхенская речь» Владимира Путина), была вполне прозападной. Почему же «Юпитеру» можно, а «быку» нельзя? А может быть, дело в том, что Россия никак не может избавиться от комплекса «старшего брата» в отношении Украины? Как только Москва стала посильнее, этот имперский комплекс сразу трансформировался в комплекс «крестного отца»? Конечно, Россию не может не тревожить, что Украина перестанет быть «буферным государством», а НАТО де-факто продвинется к границам нашей страны. Довод о том, что в Черном море будет хозяйничать американский флот, производил впечатление. За что боролись в Великую Отечественную войну? Поэтому Россия «аннексировала» Крым (его Украина держала, как оказалось, очень слабо). Это еще можно понять. Но как при этом объяснить потакание созданию ДНР и ЛНР, Малороссии, планам похода на Киев? Тут есть вопросы. Классическая война 21 века Нам часто говорят о том, что Украина в экономическом плане несостоятельна. С 1991 года Киев держался на льготных ценах на российский газ. В совокупности за 20 с гаком лет мы вроде как профинансировали экономику «соседа» на десятки миллиардов долларов. Мол, без этого допинга украинская экономика давно бы пошла на дно. Полагаю, что в этом есть доля истины. Но более точную оценку должны давать экономисты. Известное тэтчеровское определение гласит: Россия – это Верхняя Вольта с ракетами. Тут, кстати, имелся в виду еще Советский Союз. Украина с экономической точки зрения – это та же Россия, но без газа и нефти. Вот и вся разница. В технологическом плане мы вряд ли опередили Украину после 1991 года кардинальным образом. А в советское время она мало в чем уступала России как в промышленной сфере, так и в сельском хозяйстве. Напомню, что и в ВПК, и в других отраслях Днепропетровск, Харьков были очень крупными центрами союзного значения. Поэтому у нас вряд ли должно быть чувство превосходства над Киевом. Без Украины мы сейчас не можем делать многое. Например, в авиастроении, в том числе военном. В то же время фактом является то, что Россия субсидировала по газу Украину не за красивые глаза. Видимо, за ее внеблоковость, за нейтралитет Киева в военно-политическом отношении. В этом плане Виктор Янукович, похоже, давал некие гарантии. И Владимир Путин в конце 2013 года чуть ли не мгновенно «подарил» тогдашнему президенту Украины 3 миллиарда долларов. А вообще Киеву был обещан, если не ошибаюсь, пакет финансовой помощи в 15 миллиардов долларов. Вряд ли МВФ, Мировой банк и государства-«локомотивы» европейской экономики за 2014 год суммарно оказали Украине помощь в виде кредитов больше, чем Москва за пять минут в конце прошлого года. Но Украине Порошенко и К° не нужны российские деньги. Новое руководство соседней страны не хочет иметь с Путиным ничего общего, кроме как оставаться «транзитной страной» для перекачки российского газа в Европу. А для России Украина в качестве «транзитной страны» представляется крайне ненадежным партнером. Чуть ли не десять лет подряд окончание каждого года сопровождается «долговым скандалом» или «ценовым конфликтом» Москвы и Киева. Так было, помнится, и при «прозападных», и при «пророссийских» президентах Украины. Очевидно, что нам как воздух необходимо до постройки «Южного потока» такое украинское руководство, которое гарантировало бы бесперебойную подачу «синего топлива» нашим европейским партнерам. Иначе перспективы «Газпрома», нашего «национального достояния», будут мрачноватыми. Так что война, как это ни парадоксально, идет в том числе и в интересах «Газпрома», а может быть, именно в его интересах. Получается, что это классическая война 20-21 веков, которая диктуется монополиями. Это очень похоже на президента России Владимира Путина, который весьма чувствителен к глобальным интересам суперкорпораций. Видимо, он считает, что Россия без «Газпрома» вряд ли будет считаться сверхдержавой. В чем-то он прав. В любом случае, давайте говорить обо всем этом открыто. Хотят ли русские войны? Мы видим, что геополитический вопрос (НАТО и Украина против России), политический (экспорт революций из Киева в Москву) и экономический (интересы «Газпрома») разбавляются русским вопросом. Периодически комментаторы вопрошают: хотят ли русские жить в сегодняшней Украине? Речь даже не о том, что сейчас «страна в огне». Обычно делается такой осторожный, взвешенный вывод: русские, может быть, и не хотят в Россию, но они просто не верят в Украину, сомневаются в ее благополучном будущем. А как настроено в отношении Украины огромное и весьма влиятельное «украинское лобби»? С моей точки зрения, это и есть «партия войны», находящаяся в Москве. Я не считаю русских «партией войны» на Украине. Не только в Киеве, но и в Донецке с Луганском. Создается впечатление, что лидерами ДНР и ЛНР являются лица с русскими фамилиями. Это борьба двух украинских «партий войны», но русские тоже принимают участие в вооруженном конфликте – в силу сложившихся обстоятельств. Каких-то причин, что у русских нет другого выхода, кроме войны, я лично не знаю. Возможно, что они есть, а может быть, их нет. Три тысячи погибших – зря! Если говорить о военной составляющей, то без ФСБ и ГРУ было понятно, что украинская армия находится в полуразложившемся состоянии. Самые мотивированные подразделения у них – это аналоги отрядов батьки Махно. Регулярная армия не вполне боеспособна в плане морально-психологическом, да и обучена не лучшим образом. Для тех, кто служил в Советской армии, это звучит даже дико. Украинцев там было очень много, причем прапорщиков – три четверти, если не больше. Но фактом является то, что были надежды на успешный поход на Киев с захватом руководителей «правящей хунты». Не случайно на это намекали и полевые командиры ополченцев, и даже президент Путин в разговоре с главой Европейской комиссии Баррозу. Похоже, эта идея проникла глубоко в подкорку российской элиты. А чему удивляться? Нынешние киевские войска слабее даже российских подразделений, которые бледно выглядели в 2008 году в конфликте между Грузией и Южной Осетией. Однако ситуация такова, что она не имеет военного решения. Скорее всего, российское политическое руководство, не посоветовавшись с военными, не учло того, что Украина будет защищаться, пусть и голыми руками. По последним данным, в военном конфликте на Украине погибли примерно три тысячи человек. Кто за это ответит? Ради чего всё это происходило и, наверняка, будет происходить дальше? Я не знаю того, что имеет такую цену. Ни геополитический, ни политический, ни экономический, ни надуманный русский вопросы — не имеют. Я убежден, что придет время, когда Россия будет просить прощения за «тайную войну 2014 года». Это всё амбиции политиков. Говорят, что в 1968 году, перед вводом армейских частей в Чехословакию, генеральный секретарь ЦК КПСС Леонид Брежнев в узком кругу объяснил свое решение так: если я потеряю Прагу, то как я останусь руководителем партии? Примерно такая же логика у нынешнего российского руководства: если мы отдадим Киев Обаме, то как мы останется властителями в Москве? За «пражскую весну» мы покаялись, а что будет за Донецк и Луганск? Или мы стали как американцы, которые никогда не каются, а всё объясняют борьбой за демократию? Но ведь у нас, в отличие от США, нет демократии. Киеву нравится только российский газ, но не сама Россия. У экс-президента Леонида Кучмы даже книжка такая вышла: «Украина – это не Россия». И что теперь? Воевать до последнего жителя Донецка и Луганска? Нет. Чем бы весь этот ужас ни закончился, какими бы победами он ни ознаменовался, Россия тут проиграла. Это факт, от которого никуда не уйти. Три тысячи человек погибли, увы, зря! И в этом заключается самое страшное. Одна слезинка ребенка, по Достоевскому, перевешивает всё. А тут море слез, в том числе детских...