К 9 Мая волонтеры восстановили памятник героям Великой Отечественной войны в Шахунском районе. Обелиск, увенчанный красной звездой, стоял посреди густой лесной чащи. По сути, он символизирует последнюю память об уже несуществующем селе Шорино. Сейчас проехать в эти глухие безлюдные места можно только на таежном внедорожнике. Но несколько десятков лет назад тут кипела жизнь. Село Шорино, названное, как ни странно, «в честь» местного воришки Шоры, кравшего скот по всему уезду, появилось еще в позапрошлом столетии. В советские годы в Шоринский сельсовет входило 12 деревень, там проживали более тысячи человек. Были школа, библиотека, почтовое отделение, клуб, лесосека. Когда началась Великая Отечественная, на фронт из Шорина ушли 139 человек, в 1945-м вернулась только треть из них… Воевать шоринцы уходили от белого остроконечного памятника (только тогда на нем была не звезда, а крест), и установлен он был в честь погибших в годы Первой мировой. Много позднее его переделали и переименовали в честь героев Победы над фашизмом. Когда село Шорино окончательно покинули люди и оно заросло лесом, об уникальном мемориале позабыли. Вспомнили о нем только в 2017 году благодаря усилиям волонтерского объединения «Команда доброй воли» Шахунского агропромышленного техникума. Памятник тогда пребывал в удручающем состоянии и представлял собой просто каменную плиту без таблички и каких-либо знаков. Но по старым архивным фотографиям и воспоминаниям людей, когда-то живших в Шорине, удалось восстановить его. В октябре прошлого года на частные пожертвования спонсоров начались реставрационные работы, и этой весной обелиск обрел уже третье по счету рождение! Его открытие вряд ли можно назвать торжественным. Здесь не было оркестра, юнармейцев с гвоздиками и районных властей. Но для шоринцев, приехавших вспомнить свое прошлое и своих предков, это был настоящий праздник. Один из них – Владимир Кузнецов. Восстановленный мемориал увековечил память его деда – Ивана Смирнова. Иван Яковлевич, кстати, воевал дважды. Первый раз на фронт его призвали в 1914 году. Из родного села он уходил под музыку «Прощание славянки», а в 1941 году – под голос Левитана. «С бородой тогда он был. Говорят: дед, ты куда пошел, такой старый? Старых-то не берут. А он еще молодой был, просто борода большая», – вспоминает Владимир Кузнецов. Его односельчанин Владимир Смирнов уехал из Шорина, когда ему исполнилось 12 лет, а сейчас уже 72 года. На фронтах Великой Отечественной войны сражался его отец – Василий Смирнов. Был награжден орденом Славы III степени, медалью «За отвагу». «Для деревни неважно, родной или неродной, всей гурьбой встречали с войны тех, кто возвращался. Он был пулеметчик-минометчик. То есть не в тылу отсиживался, а на передовой воевал», – с гордостью вспоминает об отце Владимир Смирнов. Вот так восстановленный мемориал объединяет бывших жителей заброшенного села. Сколько еще заброшенных памятников не пришедшим с войны нижегородцам в нашей области, точно не скажет никто. Но учитывая, сколько деревень в регионе утратило существование за последние годы, очевидно: таковых должно быть немало. Кстати, для «Команды доброй воли» памятник в Шорине стал уже четвертым найденным и восстановленным мемориалом! Благодаря усилиям энтузиастов эта память возрождается. Муниципальная власть даже за памятниками в действующих населенных пунктах смотрит «из-под палки». Вспоминается, как несколько лет назад мы обнаружили мемориальный комплекс, поросший бурьяном, прямо в центре Дзержинска! А уж если селение формально исчезло с карт, то и всё, что там было, чиновников более не интересует. Хорошо еще, что есть пока граждане, считающие, что оставлять памятники в запущении недопустимо, даже если сёл, где они стоят, давно нет. Ведь для людей, которые там жили, и для потомков это единственная память о прошлом и связь с их корнями. Ефим БРИККЕНГОЛЬЦ