Ради чего нижегородских медиков принесли в жертву? Первое, что бросается в глаза, когда оглядываешься на дни борьбы с пандемией коронавируса в Нижегородской области, – это чудовищная заболеваемость и смертность от COVID-19 медицинских работников. На время написания данного материала в «списке памяти» погибших медиков числились 24 нижегородца. При этом серьезные потери система здравоохранения нашего региона понесла в первые месяцы пандемии. Страшные потери К середине сентября 2020 года ковид унес жизни 10 нижегородских медиков, тогда как всего в России на тот момент умерли 258 медицинских работников, заболевших коронавирусом. Так что по этой печальной статистике мы находились среди «лидеров». Разумеется, главной причиной высокой смертности всегда является высокая заболеваемость. По итогам первой волны пандемии, коронавирусом на Нижегородчине заразились более 180 человек, работающих в системе здравоохранения, – один из самых высоких показателей в стране (входим в десятку). Причем в основном люди в белых халатах подхватывали смертоносную инфекцию на своем рабочем месте. С чем же это связано? Конечно, свою роль сыграли слабая информированность и неготовность наших медиков к пандемии. Но не только. Была еще одна причина, о которой в региональном минздраве прекрасно знают, но вслух предпочитают не говорить. Нюансы тестирования Те, кому довелось сдавать тест на ковид в своей районной поликлинике или больнице, думают, что там же и определяли, заражен пациент или нет. И наверное, удивлялись: почему вроде бы не самая сложная процедура затягивается на несколько дней, а то и недель? Однако в действительности в больницах и поликлиниках у граждан брали только анализы, так называемый мазок из носоглотки, а сами исследования проводились в других учреждениях. Дело в том, что с самого начала пандемии региональный Минздрав определил несколько организаций, в которых сосредоточили все лаборатории, для проведения исследования на коронавирус. Наибольшее число тестов исследуется в Центре гигиены и эпидемиологии, Приволжском исследовательском медицинском университете и ГБУЗ Нижегородской области «НОЦ СПИД». Именно СПИД-центр на первых порах стал базовой площадкой по исследованию таких тестов. Объяснялось это тем, что там специализируются на обработке анализов (не только на ВИЧ, но и на другие инфекционные заболевания), а значит, эффективно справятся и с новой ответственной задачей. Однако реальных предпосылок так рассуждать не было, скорее даже наоборот! Отрицательный опыт Еще задолго до начала пандемии нижегородцы жаловались на работу НОЦ СПИД по приему и исследованию крови на выявление ВИЧ-инфекции. В «Жалобной книге» NN.RU граждане возмущались тем, что результатов анализов приходится дожидаться несколько дней и нередко они оказываются ошибочными! Появились даже подозрения, что медучреждение накачивалось деньгами за счет, например, проведения дополнительных анализов, которые пациентам приходилось делать из-за неточных диагнозов, а на учет ставили неинфицированных людей. Кроме того, выяснилась еще одна интересная деталь. Для экономии реагентов в СПИД-центре вместе исследовались анализы 15 человек. И если хоть один из них инфицирован и проба оказалась положительной, то потом всех этих людей заставляли повторно сдавать кровь. Это, во-первых, приводило к тому, что люди теряли время и портили нервы, поскольку им приходилось несколько дней, пока не будет поставлен окончательный диагноз, испытывать острейший стресс. А во-вторых, опять налицо перерасход бюджетных средств. То есть хотя у СПИД-центра и имелся опыт в лабораторном исследовании анализов, назвать его положительным не поворачивается язык! Куда утекали бюджетные деньги? Сомнительно, что в региональном минздраве об этом ничего не знали. А уж главный врач ГБУЗ «НОЦ СПИД» Соломон Апоян, при котором и расцвела подобная порочная практика, точно был в курсе происходящего. Если бы он руководствовался клятвой Гиппократа и старейшим принципом медицинской этики – «Не навреди», то сразу предостерег бы правительственных чиновников от авантюрной затеи загнать все анализы на ковид в его центр: мол, ребята, опомнитесь, мы же не справимся! Однако, видимо, им руководили несколько иные мотивы. Речь идет о распределении средств, выделяемых Территориальным фондом обязательного медицинского страхования (ТФОМС) на борьбу с пандемией коронавируса. Суть в том, что львиную долю этих денег получает не организация, которая принимает анализы, а лаборатория, которая их исследует, поскольку это самая затратная и трудоемкая часть тестирования. И несложно представить, как за последний год НОЦ СПИД озолотился на таком тестировании. Мало того, главврач Апоян дошел до того, что стал требовать с медучреждений, для которых проводились исследования, которые предоставили ему технику и специалистов, выплачивая зарплату и неся иные затраты, плату за расходники для анализов, а деньги из ТФОМС полностью должны были идти в «карман» НОЦ СПИД! В частности, по нашей информации, такие требования выдвигались к областной больнице имени Семашко. Однако там Апояна быстро осадили, заявив, что НОЦ СПИД и так за эту работу получает средства ТФОМС, а исследовать анализы на своей аппаратуре и со своими специалистами они могли бы и сами. Когда промедление смерти подобно И действительно, во многих больницах и поликлиниках региона исследовать взятые у пациентов пробы умеют уж точно не хуже, чем в СПИД-центре. По мнению ряда экспертов, эффективнее было распределить по ним бюджетное финансирование и доверить им полный цикл тестирования на ковид. Но этого не произошло – вопрос замкнули на НОЦ СПИД, зависимыми от которого стали почти все наши медучреждения. В результате значительно выросло время от забора мазка до определения диагноза. Ведь материал для исследований надо доставить в лабораторию, где тот еще и «в очереди постоит», пока у перегруженных работой специалистов из НОЦ СПИД до него дойдут руки! Между тем в начале пандемии, когда еще не были заданы сроки и правила карантина, пациентов, у которых не был диагностирован ковид, принимали в общем порядке. То есть у человека взяли мазок, отправили на исследование. Результата еще нет, а пациенту срочно требуются какие-либо медосмотры или операция. Все это в таком случае производилось без принятия необходимых мер предосторожности, а потом оказывалось, что человек заражен! От него заражались контактировавшие с ним медики, которые затем заражали коллег и пациентов. Вот и весь секрет зловещей вышеприведенной статистики по смертности медиков! Кто бенефециар? Но ради чего же были принесены эти жертвы? Чтобы накачать НОЦ СПИД бюджетными деньгами? Тогда встает другой вопрос: если таким образом реализовывался чей-то коварный замысел, то какой в нем был смысл? Ведь СПИД-центр не частная лавочка, где хозяин расходует деньги по своему усмотрению, а госучреждение, где все финансовые действия подотчетны, строго регламентированы. Для чего же идти на ухищрения, если невозможно получить доступ к «отжатым» средствам? Странные госзакупки И тут стоит обратить внимание на госзакупки, производимые данной организацией. Проанализировав таковые за период с 2017 по 2021 год включительно, мы выяснили, что за это время ГБУЗНО «НОЦ СПИД» произвело аж 18 закупок у единственного поставщика (исполнителя-подрядчика). В основном данные закупки были связаны с заказами на разного рода рекламную и просветительскую деятельность: в период с назначения Апояна главным врачом СПИД-центра по настоящее время медучреждением было закуплено рекламных услуг на общую сумму 42 миллиона 46 тысяч 145,60 руб. (в год по 12 миллионов 937 тысяч 275,6 руб. только на рекламу!). В основном закупки дробятся до 1 млн. Ведь если больше миллиона, все конкурсы готовит департамент правительства области, а там практически не смухлюешь. Также удалось установить, что значительную часть таких заказов получили ООО «Мастерс», Рекламное агентство «Мост» и рекламное агентство «Река». Причем интересно, что ООО «Мастерс» ранее специализировалось на розничной торговле молоком, кефиром, куриными яйцами и бытовой мелочовкой. И вдруг в 2017 году СПИД-центр заключает с ним контракты на выполнение работ, которые ну никак не вяжутся со спецификой этой фирмы! Например, на проведение... научно-исследовательской работы в области медицины. Как вам такое нравится? Продавцы кефира неожиданно переквалифицировались на глубокие медицинские научные исследования! Также ООО «Мастерс» на деньги СПИД-центра занималось изготовлением и поставкой брошюр, организацией и проведением профилактических акций в трудовых коллективах, лагерях и даже… обучением волонтерских команд! Хотя сложно представить, кого, чему и зачем могли учить на таких курсах. Стоит еще отметить, что директором ООО «Мастерс» является Дмитрий Тортев, который приходится сыном главврачу Сергачской ЦРБ, и по этой линии он мог быть знаком с Соломоном Апояном. В свою очередь, директорами фирм «Мост» и «Река» являются известные представители армянской диаспоры в Нижнем Новгороде – Артур Амбарцумян, Хачатур Арутюнян. Отношение к ней имеет и главврач СПИД-центра. А раз столь внушительные суммы оборачиваются (да еще и какими-то кривыми способами) внутри сплоченной группы хорошо знакомых людей, невольно задаешься вопросом: не присутствуют ли здесь пресловутые «откаты и распилы»? Что если по этой схеме из ГБУЗНО «НОЦ СПИД» и выводятся деньги, заработанные на борьбе с пандемией ковида? Схема, конечно, представляется очень сложной и даже глобальной. Вряд ли ее придумал сам Апоян и едва ли он является ее конечным бенефециаром. Очевидно, тут задействованы более влиятельные фигуры, но это уже тема для отдельного расследования. Почему молчит ОНФ? Кстати, часто подобными расследованиями занимается Общероссийский народный фронт. Однако в данном случае маловероятно, что там всерьез возьмутся за расчистку выше обозначенных авгиевых конюшен. Ведь Соломон Апоян сам является… сопредседателем регионального штаба ОНФ в Нижегородской области! Правда, эксперты отмечают, что на данном поприще он себя проявил разве что тем, что завел в ОНФ и продвигал в председатели региональной организации Андрея Нестеренко, который несколько лет назад руководил ГКУ НО «ЦМИ». В те годы вокруг государственного учреждения тоже проворачивались сомнительные, если не сказать коррупционные, схемы. Так, Центром медицинской инспекции была произведена закупка услуг по предоставлению в аренду помещения, находящегося по адресу Нижний Новгород, ул. Нестерова, д. 7. Анализ этой закупки позволяет сделать вывод, что с 2012 по 2017 год данное помещение арендовалось по завышенной цене на бесконкурсной основе. Не правда ли, это напоминает «чудеса», творящиеся в СПИД-центре? Как говорят, рыбак рыбака видит издалека… Зачем Апояну пиар? При этом заметно, что, несмотря на множество имеющихся к нему нелицеприятных вопросов, Соломон Апоян в последнее время изрядно нарастил публичную активность. И даже взял на работу штатного пиарщика в лице Дмитрия Сухотерина, известного своей статьей «Зачем Путину лифчик, а России – Крым». Он же активно критиковал губернатора Нижегородской области на «МБХ медиа» (информационный ресурс, принадлежащий Ходорковскому и признанный судом нежелательным на территории Нижегородской области) в статье «Я артист, не могу сидеть в бункере». Кстати, интересно: господин Апоян ничего об этом не знал или придерживается тех же убеждений? Еще интереснее, зачем Апояну сейчас понадобился пиар. Может быть, это связано с тем, что скоро начнутся праймериз в «Единой России» и он намерен поучаствовать в предстоящих выборах? Если так, то тех, кто отвечает за формирование в нашем регионе партсписков партии власти, хочется предостеречь от необдуманных действий и напомнить об ответственности за попадание туда людей с неоднозначной, а тем более с подмоченной репутацией. Ефим БРИККЕНГОЛЬЦ