О чем писала нижегородская пресса в апреле 1963 года «Центр города – площадь Минина и Пожарского, улицы Фигнер, Горького, Краснофлотская, Нижневолжская набережная… Они напоминают горные кручи Кавказа. Машины, кренясь во все стороны, с трудом пробираются сквозь снежные завалы. А пассажирам, словно вновь ожившим героям суриковской картины «Переход Суворова через Альпы», приходится преодолевать ледовые кручи на остановках… Сормовское и Автозаводское шоссе, улица Коминтерна, Березовская улица, дороги в поселке Станкозавода во многих местах не очищены от льда, на них образовались рытвины и колдобины, по которым нелегко пройти и трактору. Во многих местах, особенно на улице Коминтерна, проезжая часть настолько сжата сугробами, что двум машинам нельзя разойтись. И повсюду – огромные лужи». («Горьковский рабочий», апрель 1963 года.) ЖИТЕЛЕЙ МОБИЛИЗОВАЛИ НА УБОРКУ СНЕГА Зима 1962 – 1963 годов в Горьком выдалась очень затяжной и суровой. Первые морозы ударили в наших краях уже в середине октября, затем были очень холодный январь (в течение 18 дней температура опускалась ниже -20 градусов) и чуть менее холодный февраль. Уставшие от холодов и снегопадов горьковчане с нетерпением ждали весны, однако март 63-го выдался еще суровее, чем предыдущий месяц! Достаточно сказать, что 19 – 21 марта в городе фиксировались 25-градусные морозы. И ни одного дня с плюсовой температурой, что для наших краев большая редкость. Впрочем, начало тогдашнего апреля тоже не порадовало людей теплом. Так, в ночь на День дурака (то есть на 1-е число) в Горьком было минус 19! И только 14 апреля наконец наступила по-настоящему теплая погода. В общем, та «аномальная» зима длилась полгода, за это время не было ни одной оттепели, а улицы и дворы были буквально завалены непролазными сугробами. Начальник управления благоустройства горисполкома Мартынов винил во всем стихию. Мол, никогда еще не было такой снежной и холодной зимы, площади, подлежащие уборке, просто огромны, а техники не хватает. Примерно к середине зимы природа окончательно победила коммунальщиков, после чего уборка города была фактически запущена до весны. «Служба благоустройства до сих пор не является подлинным хозяином улиц и площадей города, работает нерасторопно, не сосредотачивает свои силы на основных транспортных магистралях города, а разбрасывает людей и технику по второстепенным объектам», – писала по этому поводу пресса. Долгожданное потепление привело к новым проблемам. Наваленные вдоль дорог снежные горы начали быстро таять, после чего улицы превратились в сплошные каналы. Автомобили, автобусы буквально тонули в них. Например, 12 апреля неожиданный потоп случился на улице Старая Канава (Сормовский район). У ехавшего по ней троллейбуса 7-го маршрута сперва залило двигатель, затем вода хлынула прямо в салон. Открыв вручную двери, пассажиры в панике прыгали в «канал», а потом по пояс в воде пробирались к «берегу». При этом, пытаясь забраться на скользкие сугробы, некоторые срывались и сползали обратно, становясь уже полностью сырыми. Те же, кто остался в салоне, взобрались на сиденья и стали ждать спасения. «В тот же день неоднократно нарушался график движения на одном из самых больших в городе маршрутов: площадь Минина и Пожарского – Щербинки, – рассказывала заметка «Автобус едет по воде» в «Горьковском рабочем». – На Арзамасском шоссе (ныне проспект Гагарина. – Прим. авт.) не сделано ни одной водоотводной канавы. Частые транспортные «пробки», возникающие возле макаронной фабрики и молочного завода, парализуют работу семи автобусных маршрутов. В запущенном состоянии находятся дороги в Ленинском и Автозаводском районах. Вчера было прекращено движение автобуса № 29». В некоторых местах автобусам приходилось ездить по трамвайным путям. Так было, в частности, на новой улице Бекетова, по которой уже в середине зимы можно было проехать только по центру, там, где лежали рельсы. Когда же лед между ними растаял, автобусы и вовсе стали передвигаться по шпалам. Одним словом, к середине апреля в Горьком возник настоящий дорожно-коммунальный коллапс. Чтобы справиться с ситуацией, власти вынуждены были далеко не в первый и не в последний раз прибегнуть к массовой мобилизации горьковчан. Был срочно сформирован городской штаб благоустройства, который привлек к работам сотрудников крупных предприятий, учреждений, студентов всех вузов и школьников. Мероприятие стартовало утром 13 апреля и продолжилось на следующий день. Тысячи горьковчан с ломами и лопатами вышли на улицы, площади и во дворы. Для расчистки сугробов, погрузки и вывоза снега и льда была привлечена вся доступная техника, мобилизовали даже бульдозеры и трактора со строек. Чиновники и партийные деятели тоже не остались в стороне. Например, секретарь Приокского райкома КПСС Ярославский по колено в грязи лично убирал снег на Арзамасском шоссе, увлекая своим примером трудящихся. На очистку выходили директора заводов, НИИ и учебных заведений. Однако проделанного объема работ все равно оказалось недостаточно. В итоге объявленный субботник и воскресник был продлен до декадника. «В минувшие дни массовой уборки хорошо поработали на своих территориях жители домоуправлений № 6 Приокского района и № 2 Канавинского района, – рассказывали журналисты. – Они вывезли много снега с дворов, где имеются подвальные помещения. В домоуправлении № 6 работали 8 автомашин 4-го автохозяйства. За 6 с лишним часов с их помощью был вывезен снег из 12 намеченных дворов. Работа жителей была организована в три смены. Машины почти не простаивали». Массовая уборка города продолжалась вплоть до 25 апреля. Однако не стоит думать, что той поздней весной все горьковчане в едином порыве убирали снег. Отмечались многочисленные факты игнорирования организациями и предприятиями призывов городского штаба. В Автозаводском и Сормовском районах мероприятие и вовсе саботировали, в том числе сами жители, а многие школьники попросту сбегали с тяжелых работ. И народ, в общем-то, можно было понять. К чему тратить столько сил и ресурсов на уборку снега, который скоро и так растает? А потопы на улицах можно просто потерпеть. Начальство же так торопилось навести порядок в Горьком прежде всего ради грядущего Первомая. Что мы, дескать, демонстрацию в воде и грязи будем проводить? ПРОЕКТ ПЛОЩАДИ УРИЦКОГО И ГОГОЛЕВСКОГО ПРОСПЕКТА 60 лет назад горьковчанам был представлен проект застройки «северо-запада Советского района», сделанный молодыми архитекторами «Гипрогорьковстроя» И. Хайруллиным, В. Баулиной, В. Балахиной, В. Байдановой и О. Гавриловым. Речь шла о довольно большом жилом массиве, расположенном в границах Зеленского съезда, будущей набережной Федоровского, Похвалинского съезда, улиц Воробьева (ныне Малая Покровская) и Краснофлотской (Ильинская). Напомним, что Нижегородского района тогда еще не существовало (был образован в 1970 году), вся эта территория входила в состав Советского. Поскольку же она, во-первых, была исторической, во-вторых, находилась на откосе и представляла собой «лицо города» со стороны Волги, то к ее, как сейчас говорят, реновации подошли с особым вниманием. Решили создать там образцово-показательный социалистический микрорайон нового типа, который позднее прозвали «горьковскими Черемушками». Как известно, Черемушки – район на юго-западе Москвы, с 1956 года позиционировавшийся в СССР не иначе как образцовый район массового жилищного строительства. Именно там появились первые в Советском Союзе хрущевки. «Когда смотришь на макет зарождающегося нового жилого массива, первое, что бросается в глаза, – это чудесный силуэт панорамы верхней части города, открывающейся со стороны Окского моста и реки, – читаем в «Горьковском рабочем». – Хорошо просматривается ансамбль жилых корпусов с разной этажностью и протяженностью. Здесь и пятиэтажные длинные дома – шести- и восьмисекционные, и высотные башни – девятиэтажные. Особенно живописная картина предстанет перед горьковчанами в вечерние часы, когда в витринах магазинов и на плоских крышах зданий зажгутся огни разноцветных реклам. Вдоль откоса протянется широкий бульвар с цветниками, зелеными насаждениями, удобными садовыми скамейками, павильонами, торговыми палатками, площадками для игр. Это будет совершенно новый жилой массив, разделенный на три микрорайона. Проектом предусматривается снос ветхих домишек, сохранятся лишь капитальные, каменные здания, которые могут еще послужить людям и органически войдут в ансамбль». Основной магистралью «горьковских Черемушек» должны были стать улицы Урицкого (ныне Сергиевская) и Гоголя. Проект предусматривал снос всех старых домов на них (включая храм Сергия Радонежского) и расширение проезжей части до 30 метров (шести полос движения) с переименованием дороги в проспект. При этом на пересечении указанных улиц хотели создать новую площадь с кинотеатром, торговым центром, магазинами-автоматами и комбинатом бытовых услуг. Это место (рабочее название – площадь Урицкого) должно было стать центром нового массива. А на перекрестке улиц Урицкого и Краснофлотской (напротив Домика Каширина) мог появиться первый в нашем городе небоскреб – в 20 этажей! По замыслу упомянутых архитекторов, высотка должна была венчать всю композицию нового района, так чтобы ее было видно и с площади Минина, и с площади Лядова, и с других обзорных точек города. Дома, выходящие фасадами на откос, хотели отделать керамическим камнем и глазурованным кирпичом. КАК СТРОИЛИ РЕЧНОЙ ВОКЗАЛ Ну а пока горьковчане мечтали о новом микрорайоне, который возвысится над откосом, внизу, под ним, никак не могли достроить новый речной вокзал. Все еще помнят историю с пресловутым синим забором на Нижне-Волжской набережной, который на протяжении целых десяти лет (с 2008 по 2018 год) закрывал нижегородцам доступ к одной из главных прогулочных зон города. Но мало кто помнит, что подобное уже было в том месте. Возведение здания нового речного вокзала по проекту архитектора М. И. Чурилина стартовало весной 1957 года. Согласно первоначальным планам, оно должно было завершиться спустя пару лет. Однако потом возникли различные проблемы. Во-первых, сам проект оказался чрезмерно амбициозным и дорогостоящим, поэтому его пришлось несколько раз переделывать на ходу в сторону упрощения, в том числе снося часть уже возведенных конструкций. Во-вторых, подрядчики столкнулись с нехваткой стройматериалов, техники и рабочей силы, постоянно не укладывались в сметы и сроки. В результате организации несколько раз менялись, а работы неоднократно замораживались. Длинный деревянный забор (он тоже был синего цвета), протянувшийся вдоль набережной, за это время несколько раз успел сгнить и упасть, на месте ветхих секций ставили новые. «С начала строительства нового вокзала минуло шесть лет, – писал «Горьковский рабочий». – За это время много воды утекло, здесь сменилось несколько подрядных организаций, а стройка все еще не завершена. В прошлом году генподрядчик – строительно-монтажный трест № 3 «Нагорный» – из 180 тысяч рублей сумел освоить только 102 тыс., и это помешало развертыванию работ в зимних условиях. Стройку пришлось законсервировать. Так было потеряно еще несколько месяцев». Проект предусматривал использование очень большого количества алюминия, а также огромных витражных стекол. Но одно дело – красиво нарисовать, другое – сделать. Оказалось, что фонды алюминия являются очень ограниченными, а витражи изготавливает всего один завод и на них большая очередь со всей страны. В результате речной вокзал был открыт только в 1964 году, а забор на набережной простоял почти восемь лет, немного не дотянув до рекорда синего забора, убранного в 2018-м. Что же касается «горьковских Черемушек», то, как это часто бывало, проект реализовали с большими изменениями (в сторону упрощения) и далеко не полностью. Улицы Гоголя и Сергиевская, которые должны были стать продолжением Октябрьского бульвара и дублером Нижне-Волжской набережной, так и не были реконструированы (развалюхи торчат там по сей день), от проекта новой площади тоже отказались, как и от небоскреба на Краснофлотской. Сам откос получился немного не таким, как планировалось. В общем, вышло как обычно – ни то ни се…