В Государственной думе заинтересовались состоянием дел в Театре оперы и балета им. А. С. Пушкина. Накануне открытия нового театрального сезона творческий и системный кризис в Нижегородском театре оперы и балета уже стал предметом обсуждения в Государственной думе России! В частности, происходящими там событиями озаботилась председатель комитета по культуры Елена Ямпольская. Произошло это по итогам наших публикаций и по итогам обращения к народным избранникам авторитетных деятелей театрального искусства, остро переживающих за судьбу некогда одной из лучших сценических площадок. «Что за комиссия, Создатель»? Эти уважаемые люди, среди которых есть и настоящие корифеи сцены, считают, что художественное руководство театра ведет его в тупик, и что оно не способно вдохновить коллектив на необходимые прорывы. И просто не понимают, по каким критериям Алексей Трифонов был отобран для назначения художественным руководителем театра Оперы и балеты. Обычно, такие назначения происходят по итогам обсуждений кандидатур на заседаниях комиссии, состоящей из набора компетентных специалистов. Но пока не понятно, что за комиссия обсуждала данную кандидатуру, и кто в нее входил, кроме представителей МБУК «Нижегородский камерный театр оперы и музыкальной комедии имени В. Т.Степанова». Коллектив которого, слишком молод и не набрал еще той художественной высоты, чтобы рекомендовать кого-либо на пост художественного руководителя в театр академической оперы и балета. Однако доподлинно известно, что ни из Большого, ни из Мариинского театров положительных отзывов в адрес худрука не прозвучало. Да и кто сказал бы за г-на Трифонова хорошие слова, если за ним «полуразваленный» театр в Перми? Впрочем, то, как и за какие заслуги А. Трифонов назначался на должность худрука – уже часть истории. Еще хуже, что он до сих пор не сыскал уважения в творческом коллективе. Между тем театр, в котором артисты не воспринимают худрука – в творческом кризисе. В тех театрах, которые хоть чего-то добиваются, труппа худрука буквально боготворит. Только тогда он имеет моральное право диктовать зрителю свое видение театрального искусства. А если артисты видят в худруке дилетанта с дурным вкусом, как они могут доверять его творческим решениям? А без доверия не будет и вдохновения. Потому что невозможно вдохновенно сыграть, спеть или станцевать, если считаешь, что на самом деле доносишь полную ерунду. Это неуважение к зрителю! Примеры? Пожалуйста. Когда Трифонова представляли нижегородцам, было заявлено, что он пришел, чтобы привнести в наш театр нечто новое и самобытное. И чего, спрашивается, он привнес? Пока можно с уверенностью сказать только то, что вошло в практику Нижегородского театра Оперы и балета регулярное исполнение спектаклей на иностранном языке. Но хорошо ли это? Да, сегодня наблюдается тенденция петь на языке оригинала. Когда в зале иностранцы – это допустимо. Но город, который 50 лет был закрыт для иностранцев, сегодня не готов слушать оперу на непонятном ему языке. Часть зрителей, уходящих в антракте со спектаклей, выражают билетерам свое недовольство, по поводу непонятного языка, на котором, неизвестно для кого играется опера! Приходится либо смотреть на сцену, либо, задрав голову, читать текст бегущей строки на табло. Видимо, практика исполнения опер на иностранном языке с бегущим подстрочником признана положительной (и этом при том, что в стране просматривается как раз противоположная тенденция – даже дублирование информации в транспорте на английском собрались отменить). Стало известно, что в предстоящем сезоне хотят ставить оперу «Похищение из сераля» Моцарта на немецком языке. Где музыка, конечно, изящная, но исполнение на немецком угробит все лучшее, что могло бы в этой постановке быть. Знаменитый режиссер, художественный руководитель, народный артист СССР Борис Покровский, с которым связаны ярчайшие страницы истории Горьковского театра оперы и балета, считал неуважением к зрителю и обвинял сторонников, поющих на непонятном публике языке, в мещанстве. Да и на Западе далеко не все театры ставят оперу на языке оригинала. Небезызвестный в Нижнем Новгороде режиссер Вадим Милков-Товстоногов ставил в Вене оперу «Нос» Шостаковича на немецком языке, «Дон Карлоса» Верди в Финляндии на финском языке, а в Венгрии «Князя Игоря» на венгерском языке. На последних гастролях в Петербурге лондонской городской оперы произведения Верди исполнялись по-английски. Да и потом, многие считают, что сегодня петь на английском или итальянском языках не патриотично, это все равно, что делать непонятной реверанс нашим врагам – странам НАТО. Куда исчезли лучшие спектакли? Еще один вопрос, который взволновал театральную общественность, а теперь заинтересовал и председателя комитета по культуры в Госдуме Елену Ямпольскую, касался причин исключения из репертуара оперного театра нескольких спектаклей, в том числе оперы «Иван Сусанин» М. И. Глинки. По официальной версии, такое решение было принято по результатам заседания художественного совета театра: исключенные постановки представлялись на сцене театра уже долгое время, в связи с чем возникла необходимость в их обновлении. Однако те, кто изнутри знает происходящее в Оперном, сильно сомневаются в том, что постановки здесь снимает худсовет. Давно говорят, что Трифонов все вопросы решает единолично, без худсовета, превратив Оперный в свой собственный «крепостной театр». Возвращаясь к роли личности в театре, заметим, что любой творческий коллектив, нуждается в ярком лидере, таком как Юрий Григорович, Леонид Якобсон, Игорь Моисеев в балете, Борис Покровский, Алексей Тихомиров, Эмиль Пасынков, Максим Михайлов в опере или Юрий Симонов, Юрий Темирканов, Валерий Гергиев в сфере музыки. В Нижегородском театре оперы таких лидеров сейчас нет и близко. Их подменил действующий худрук, который, как говорят эксперты, ни в театре, ни в музыке, да и в балете тоже, ничего не понимает (историк по образованию). Но мало того, помимо чудовищного вкуса и полного отсутствия музыкального слуха, он абсолютно не умеет планировать жизнь театра и определять план эксплуатации текущего репертуара. Два года назад в Оперном была возобновлена опера Петра Ильича Чайковского «Чародейка», сюжет которой, кстати, развивается на Стрелке, в месте соединения Волги и Оки (Нижегородская ярмарка). Спектакль высоко оценили критики, а зрители им просто восторгались. «Прекрасный вечер 23 апреля, и этот вечер сделала «Чародейка». Я не пожалел, что взял билет почти в последний момент. Прекрасно было все! И сценография, и солисты, и оркестр. Общее впечатление – полный восторг, потому что это наисложнейший и редкий спектакль. Потрясающие, яркие танцевальные сцены оправданы и являются полноценными сюжетными арками. В восторге от Екатерины Ясинской (кума) и Максима Сударева (князь). Все было на уровне триумфа!!!» – поделился в соцсетях эмоциями один из них – Сергей Зиновьев. Казалось, уж после такого-то приема хоть раз в месяц опера должна идти, понятно, что она будет востребована зрителем. Но ничего подобного. У Трифонова свое видение ситуации и перспектив спектаклей. «Чародейка» прошла два раза, затем через год еще один раз и теперь будет исполнена только весной! Как говорится, хорошего помаленьку? Такая же картина наблюдается и с оперой «Мадам Баттерфляй». Уж эта опера могла бы идти чуть ли не раз в неделю, поскольку во всём мире собирает аншлаги. Но если, неисполнение «Чародейки», наверное, можно объяснить плохо скрываемой ненавистью Трифонова к русской культуре и музыке в частности, то неисполнение оперы «Мадам Баттерфляй» невозможно объяснить никакими причинами. Ни объективными, ни даже субъективными. Просто прихоть худрука… Вместо оперы – балет? И вот начинается новый театральный сезон. Уже озвучено, что ждет нижегородского зрителя и туристов, которых в нашем городе все больше, в сентябре. Оказывается, зрителей Оперного ждет сюрприз. Правда, увы, не из числа приятных. Во всём мире театры оперы и балета открывают сезон оперным спектаклем, поскольку театр называется оперы и балета, а не балета и оперы. Так вот, в этом году Нижегородский театр откроется балетом «Спартак». Очевидно, г-н Трифонов полагает, что опера им уже уничтожена окончательно, а теперь можно взяться за балет. Великий Юрий Григорович (балетмейстер Большого тетра) мог бы открывать новый театральный сезон «Спартаком». Но, тем не менее, открывал «Иван Сусаниным» (опера). Впрочем, даже если не торопиться с выводами и не начинать дискуссий о художественных достоинствах спектакля, которого публика еще не видела, то просмотр афиши театра настраивает на минорный лад. Никаких прорывов по части оперных постановок в репертуаре не запланировано. Зрителям предложат все те же оперы, что успели приесться еще в прошлом сезоне «Кармен», «Ханума» и так далее. Очевидно, творческий потенциал художественного руководства театра иссякает? Поэтому и приходится начинать сезон с балета? Упущенные возможности А ведь сентябрь, наряду с декабрем, пожалуй, самый кассовый месяц для театров. Еще не все туристы разъехались из города, а нижегородские театралы за время летних каникул соскучились по любимому театру. Какая-то яркая премьера, особенно в духе времени, наверняка собрала бы аншлаги. Но ничего этого нет. Открытие очередного театрального сезона сразу начинается с упущенных возможностей. Непонятно, сколько в оперном театре может продолжаться эта «трифоновщина». Уже Госдуме приходится разбирать тему! Может, хоть это станет спусковым крючком для кадровых выводов о «верхушке» театра? А театральные деятели тем временем уже даже не представляют, куда им обращаться, чтобы спасти любимый театр.