В академическом театре оперы и балета им. А. С. Пушкина появился «кубофутуристический» занавес. 26 октября 2025 года Нижегородский академический театр оперы и балета им. А. С. Пушкина представил зрителям новый уникальный занавес, созданный по картине «Красочная музыкальная композиция №1» нижегородского художника-авангардиста Михаила Матюшина. Художественного руководителя театра Алексея Трифонова разноцветный занавес искренне восхищает. Но некоторые зрители, увидев его, испытали настоящий культурный шок! Событие напомнило инцидент полувековой давности. В 70-е годы прошлого века в лондонском театре «Янг-Вик» был создан некий перфоманс, который назывался «Враг или друг наш зритель?». Группа советских режиссеров – членов лаборатории, возглавляемой Георгием Товстоноговым, оказавшаяся в Англии по линии Всесоюзного театрального общества, которое ныне называется Союз театральных деятелей, изъявила желание попасть на это зрелище. Режиссеры, работающие по законам русского психологического театра, были крайне удивлены, что может возникнуть сомнение: враг или друг наш зритель? Конечно же друг! – так считали русские деятели театрального искусства. Но вот в Великобритании у кого-то возникло сомнение на этот счет. Естественно, все известные режиссеры – члены лаборатории Товстоногова, пошли в «Янг-Вик». И, о ужас! Зрители были оглушены мощностью динамиков по децибелам, «порнографические мальчики и девочки учинили содомский разврат в повальном грехе! Затем эти «артисты» ринулись в зал и стали кидаться на изумленных зрителей, хватая их за все приличные и не очень места. Вскоре в зал повалил зловонный дым, в клубах которого несчастные зрители, расталкивая друг друга, пытались выбраться из зала, где творился этот ужас, не имеющий ничего общего с искусством. «Нам дали пощечину!» – пояснил коллегам Георгий Товстоногов. Но получила ее и английская публика, которая, впрочем, от этого, видимо, получала удовольствие, поскольку безобразие в «Янг-Вик» продолжалось еще целый сезон. И вот по прошествии 50 лет, сакраментальный вопрос «враг или друг наш зритель?», видимо, заинтересовал художественное руководство Нижегородского театра оперы и балета им. А. С. Пушкина. В свое время великий Станиславский произнес: «Театр начинается с вешалки». Алексею Трифонову, который руководит академической оперой, видимо, постулат показался неубедительным. И он решил: мой театр начнется с занавеса! И вот тут начался ужас, который в Англии уже пережили полвека назад. Представьте себе попугая Киргуду, внезапно растерявшего всё свое оперение, как в опере «Тоска» Скарпио говорит: «В испуге птичка крылья растеряла». Так вот, перья разлетелись, но тут же оказались склеены птичьим пометом того же попугая. Вот вам и пощечина по лицу пришедшему в театр зрителю! Кстати, авантюра с занавесом, оказывается, имеет свою детективную предысторию. Создан он по мотивам оперы Михаила Матюшина «Победа над солнцем». В 1918 году возникло общество кубофутуристов, отрицающих академическое и традиционное искусство, в первую очередь – самого Пушкина, которого кубофутуристы «скинули с парохода современности»! В середине XIX Аполлон Григорьев писал: «Пушкин наше всё!» И наш президент в пушкинские дни ежегодно повторяет эту фразу. Но худрук театра Трифонов с таким тезисом согласиться, видимо, не может. Поскольку в академическом театре имени Пушкина он вывесил чудовищный футуристический занавес. И как теперь играть «Бориса Годунова», «Евгения Онегина» или «Пиковую даму» с таким занавесом? И где был художественный совет, который принимал проект занавеса? И какое отношение Матюшин вообще имеет к нижегородской опере? Главный инструмент в его опере – расстроенный рояль! Неужели в Нижнем Новгороде не было композиторов поприличнее? Конечно же были! Был Балакирев, был Мокроусов с его замечательной опереттой «Роза ветров», был Касьянов с его знаменитыми операми «Фома Гордеев», «Степан Разин». Есть замечательный композитор Павел Аедоницкий, но г-н Трифонов почему-то их произведения не ставит, зато ориентируется на авангард Матюшина, который даже похоронен не здесь, а в Ленинградской области в селе Мартышкино. Трифонов пытается всех убедить, что новый занавес прекрасно сочетается с музыкой и визуальной стороной жизни театра. С этим трудно спорить, потому, что идиотизм, происходящий на сцене, когда Кармен оживает, а вместо Ленского убивают кого-то другого, является подтверждением позиции худрука нашего Оперного. В этом смысле футуристический занавес – абсолютно на месте. Но он никак не гармонирует с архитектурой здания, выстроенного в стиле сталинского ампира. Получается, дурновкусие худрука завоевало сценическую кафедру, ведь театр – это кафедра, с которой всегда должен демонстрироваться самый лучший вкус. Не позор ли это для города? Те люди, которые уничтожали Пушкина, теперь стали лицом театра носящего его имя!