Читинка несколько дней дежурила на заправке, чтобы помочь другим Бензиновый кризис застал Екатерину Шевелёву, инструктора из автошколы ДОСААФ из Читы, как и всех, врасплох. Но у дочери автомобилистов, прививших ей чувство взаимовыручки и уважения к другим водителям, не было времени на сомнения и неопределенность — она не стала просто стоять в очереди в ожидании топлива, а начала помогать остальным. Как и почему она несколько дней дежурила на заправке до того, как это стало мейнстримом? Подробности — в материале CHITA.RU. В прошлый четверг, когда Екатерина поняла, что у нее уже осталось совсем мало бензина, она объехала несколько заправок и даже безрезультатно постояла в одной из очередей. В 9 вечера добралась до заправки у дома. Машин было много. Думаю: «Ну что? Бензин мне надо». Поставила машину, подошла. Мне говорят: «Записывайтесь в очередь». У них был блокнотик. Я была 81-я. В блокнот записывали номер машины и порядковый номер. Рассказывали, кто стоит перед и после тебя, как в любой очереди. Руководил всем процессом мужчина по имени Алексей. «В 11 вечера я говорю: „Ребята, ничего, если я отъеду сейчас полью теплицы, животных покормлю?“ Они говорят: „Да, давайте“. — „А кто здесь останется?“ Они говорят: „Мы пока остаемся“. Тогда говорю: „Ладно, я приеду и вас сменю. Приеду ночевать“. И как-то само собой всё получилось», — рассказала героиня. В полночь компания поставила стулья на въезде на заправку: «Мы не преграждали дорогу, просто всем, кто подъезжал, объясняли, что в очереди 200 человек уже, что, возможно, не хватит бензина. Мы же не знали, сколько топлива — ни разу не сталкивались с этим». Кто-то разворачивался и уезжал, но чаще просили всё равно их записать. В итоге в списке было 250 машин, но «регулировщики» организовали всё так, чтобы дорога за заправкой была свободна для других автомобилей. У сотрудников АЗС они уточнили, как себя вести, чтобы их не выгнали. Нам сказали: «Никаких костров, никаких хождений в пьяном виде, никаких драк». Мы говорим: «Мы этого не допустим». Ночью развлекались тем, что включали музыку, расставляли столики, была даже газовая горелка с чайником и кальян. Атмосфера была очень дружественная. Омрачало только то, что в первые дни не работали туалеты на заправке — их закрыли. Потом, когда в очереди пожаловались сотруднику администрации, который проверял ситуацию на колонке, туалеты вдруг заработали, и можно было купить кофе. В 7 утра на заправке провели перекличку, выстроили машины как можно ближе друг к другу. Подъезд был к шести колонкам с двух сторон. За первые полчаса удалось заправить почти 100 машин, всех в очереди — к 10 утра. «Мы работали слаженно: называли очередь, быстро подъезжали. Тех, кто вклинивался в очередь, отпинывали, чтобы ждали своего времени. Те, кто в первой очереди заправился, отогнали машины и вернулись к нам помогать», — вспоминает женщина. После того, как все заправились, начали записываться на новую очередь на следующий день: «Те, кто был в этот день, уехали, а я осталась. Мне 15 литров для большой машины — ни о чем. На следующий день я приехала, попробовала найти знакомых, а никого нет. Но я знала схему, поняла, как это работает. Мне осталось только найти единомышленников». В обед следующего дня Екатерина была уже 134-я: «Увидела, что начинается коллапс: машины поставили где попало. Поскольку я преподаватель ПДД, быстренько подошла ко всем, обсудила. Мужики сначала на меня ерепенились, а потом поняли, что больше никто этого не сделает». Я их собрала, говорю: «Если мы хотим заправиться, я знаю схему, с удовольствием помогу. Мне сегодня тоже надо пятнашку. Я не в первой очереди, но, если вы там и захотите помочь после того, как заправитесь, будет шикарно». За четыре дня Екатерина вместе с помощниками отработала схему: дежурили на заправке по несколько часов и сменяли друг друга — записывали автомобили, пропускали вперед пенсионеров и инвалидов. Во второй день записались около 300 машин, не хватило бензина около 80 из них. Их перенесли на следующий день, но часть из них не приехали, поэтому делать так перестали — оставили только живую очередь. Екатерина сейчас готовится сдавать экзамены на три новые категории, поэтому график на работе стал посвободнее: «Я взяла выходные, потому что стоило отъехать, сразу всё не работало. Произошло что-то. Я говорю: „Вы держите оборону“. А мне: „Нет, как ты, не умеет никто“». Конфликты чаще всего происходили из-за того, что кто-то пытался заехать к колонкам первым. Тех, кто пытался заправиться второй раз, замечали и разворачивали. Заправляться в канистры было строго запрещено. «Регулировщики» говорили: «Ваша канистра будет нашим последним шансом». Встречались те, кто приезжал к очереди продавать свой бензин: пара, которой нужно было уехать в район после командировки, купила 20 литров по тысяче рублей за литр. После второго дежурства Екатерина поспала два часа и утром вернулась на АЗС: «Я была с квадратной головой, но тем не менее поработать удалось. Провели перекличку, уехала на занятие, взяла кофе и ночью дежурила. Квадратная голова до сих пор, честно говоря». Среди водителей были те, кто хотел оставить машину и уйти. Тогда их просто записывали в очередь. Тех же, кто соглашался остаться подежурить ночью, немного продвигали вперед: «Я не записываю своих родственников. Отработал — получи маленький бонус. Тем, кто уезжал, я говорила: „Ты уехал на пятнадцати литрах, но ты же вернешься“. И вот те, кто сначала воспринимал в штыки, сейчас подъезжают, говорят: „О, знакомые люди, я готов помочь“. Вот это слышать уже прекрасно. Мне это уже греет душу». Ребята знали, что я лишнего не пропущу и пробку на дороге не создам. Неочевидной проблемой стало то, что некоторые водители не могли поставить автомобиль в очередь так, чтобы он никому не мешал и мог быстро заехать на АЗС: «Я им говорила: „Вы, наверное, всё-таки придете ко мне на курсы обучения, научу вас правильно ставить машины“. Они говорят: „Катя, мы с тобой не спорим. Наверное, придем“. Я выруливала пробки, расчищала дорогу перед заправкой». «Я говорила: „Если вы сработаете по моей схеме, однозначно заправитесь“. Сама не заправлюсь, но вас заправлю. Сначала все реагировали с доверием, а потом поняли, что я любого поставлю на место», — рассказала женщина. В последний день Катерина пришла без машины, потому что была немного заправлена, но хотела помочь другим. На вопрос о том, зачем ей было это нужно, ведь она могла бы заправиться и уехать, как остальные водители, Екатерина немного теряется: «Честно говоря, не знаю. Такая просто есть: если нужна кому-то помощь, я готова ее оказать. В гаражном кооперативе у нас есть пригорок, на который заднеприводному автомобилю в ледовую корочку заехать очень трудно. Хоть бы один там остановился и помог. Я взяла лопату и начала кидать песок. Всем стало хорошо ездить. Потом мужикам сказала закидывать по три лопаты». Я столкнулась с тем, что не каждый мужчина готов взять и кинуть пару лопат песка. И поняла, что в очереди стоят люди, которые просто ждут, чтобы ими стали управлять. Я подошла, пару речей сказала, говорю: «Готовы?» Они говорят: «Ну не знаем, как пойдет». Я говорю: «Пойдет хорошо, мне только нужна помощь». Единомышленников нашла, и мы до сих пор держимся. Инструктор рассказала, что учит своих учеников всегда помогать на дороге другим водителям: «Говорю им: „Если увижу, что вы проехали мимо, больше уважать не буду“». На убеждения читинки повлияло воспитание: «Оба моих родителя — профессиональные водители. У них есть все категории абсолютно. Я с двух лет за рулем, поэтому знаю, что это такое. И они меня научили уважать других водителей, уважать свою машину, любить». При этом она никому не рассказывала в очереди, что инструктор и преподаватель: «Я просто встала и начала рулить. Потому что не было другого человека. Был бы, может быть, кто-нибудь, я бы просто присоединилась и также послушно выполняла его команды. Но не было второго такого». Сплоченные очередью на АЗС водители создали чат в MAX, для того чтобы следить, когда появится бензин: «Чтобы не стоять там в такую жару. Будет бензин, маякну, что очередь начинается. Кто по факту приехал, тех запишу». На других заправках Екатерина пока помогать не планирует: «У меня нет столько сил, чтобы на несколько разрываться. Поэтому мы держимся нашего костяка. Кто-то пытался прорваться на мое место. Я говорила: „С удовольствием, только если ты вырулишь“». Сейчас Екатерина по минимуму использует машину, иногда ездит на велосипеде. А еще ее начали узнавать на улице те, с кем ее свела очередь на заправке.