Чиновники министерства экологии, защищая популяции мифических животных, не дают жить в человеческих условиях вполне реальным людям – жителям сел Пустынь, Наумовка и деревни Меньшиково Арзамасского района Люди издавна селились в этих живописных местах Арзамасского района. Село Пустынь, к примеру, было основано еще в 17 веке. Его жители занимались рыбной ловлей, сельским хозяйством, изготавливали мочало. В 20-30 годы прошлого века здесь появились колхоз «Двигатель революции» с крупными посевными и пастбищными полями, леспромхоз и рыболовецкая артель. И вот в 1984 году с целью сохранения и увеличения численности редких зверюшек выхухолей решением Горьковского облисполкома на этой территории сроком на 10 лет был создан государственный биологический заказник площадью 6,2 тысячи гектаров. Подразумевалось, что за десятилетие популяция занесенных в Красную книгу животных окрепнет и ее существованию ничто не будет угрожать. Однако решение облисполкома работало только на бумаге. За все время в Пустынском заказнике не проводилось никаких экологических мероприятий. Не появилось ни своей администрации, ни егерской службы. Разве что построили мосты, соединяющие берега местных озер по направлению к деревне Меньшиково и селу Наумовка. Правда, в результате это только нарушило хрупкий баланс сосуществования человека и природы, поскольку мосты мешают попаданию проточной воды в местные водоемы. Зимой вода промерзает до грунта и не снабжает кислородом озера Большое и Глубокое. В итоге, как и следовало ожидать, создание заказника не спасло здешних выхухолей и бобров от вымирания. Сейчас вероятность увидеть в Пустыни этого зверька столь же велика, как встретить там снежного человека. Зато для местного населения в результате вышеупомянутых «природоохранных мероприятий» наступили тяжкие времена. На территории заказника были введены ограничения на посещение леса, использование лесных и речных природных ресурсов, запрещалось строительство и отвод под него земель. Самое любопытное, что колхоз при всем этом продолжал существовать! Развалился он только в постсоветское время. Труженики села получили земельные паи, которыми каждый распорядился по собственному усмотрению. Кто-то землю продал. А многие продолжили обрабатывать участки и с нетерпением дожидались, когда истечет срок существования заказника и можно будет развивать свои хозяйства на легальных основаниях, без опаски войти в противоречие с законом. Хотя после распада СССР принятые советской властью решения и так утратили силу. Ведь Россия живет уже по другим законам. И вот 26 мая 1993 года постановлением главы администрации Арзамасского района были утверждены проекты распределения земель колхоза «Двигатель революции». Согласно им земли выделялись без указания каких-либо ограничений и обременений. Но радость селян оказалась преждевременной. Хотя ни на деле, ни даже на бумаге заказника уже два года как не было, 2 июля 1996 года тогдашний губернатор Нижегородской области Борис Немцов подписывает распоряжение о продлении срока действия Пустынского госзаказника. Причем бессрочно. Логически объяснить это решение, как и многие другие действия Бориса Ефимовича, не представляется возможным. Он, напомним, и ветку метро в верхнюю часть Нижнего Новгорода проводить не хотел, и АЭС в регионе строить не желал. И все ради экологической безопасности. Впрочем, все это лирика. А суровая правда жизни в том, что, подписывая июльское распоряжение 1996 года, Борис Немцов превысил свои полномочия. Ведь на тот момент принимать такие решения входило в компетенцию не губернатора, а Законодательного собрания Нижегородской области. Причем необходимо было согласование границ заказника с районной и поселковой администрацией. С тех пор региональный парламент трижды (!) принимал решение об организации Пустынского заказника. Но ни одно из них так и не было доведено до логического конца исполнительной властью. Тем не менее жители сразу трех населенных пунктов продолжают жить здесь как в сумеречной зоне. Они даже дома свои перестроить не могут. Потому как в любой момент к ним может заявиться делегация из регионального минэкологии и сказать: «Ни-изя! Тут государственный заказник!» «А баба Яга – против!» Местные крестьяне не против соседства с выхухолями и не желают зла здешней фауне. Но в 21 веке прозябать, как неандертальцы, тоже мало кому хочется. Увы, пока приходится. К примеру, в прошлом году по программе строительства и модернизации газовых сетей и баз газового хозяйства ООО «Нижегородобл-газ» и по инвестиционной программе ОАО «Газпром» была предусмотрена разработка проектно-сметной документации на строительство межпоселкового газопровода высокого давления до поселка Пошатово, сел Пустынь, Наумовка и деревни Меньшиково с началом строительства в наступившем году и вводом в эксплуатацию через год. Но на пути голубого топлива встало непреодолимое препятствие в лице бюрократов из правительства Нижегородской области. Региональное министерство экологии и природных ресурсов наотрез отказалось согласовывать проектирование и строительство газопровода, поскольку тот проходит по землям «Пустынского государственного заказника областного значения». Мол, это противоречит режиму охраны особо охраняемой природной территории! Никакого эффекта на чиновников не произвели даже многочисленные обращения главы администрации Арзамасского муниципального района Василия Демина к министру экологии и природных ресурсов Нижегородской области Николаю Небову, где «сити-менеджер» подчеркивает «большую социальную значимость для Арзамасского района обеспечения природным газом вышеназванных населенных пунктов». В результате газовая магистраль оборвалась, не дойдя всего 250 метров до села Пустынь. Как говорится, «око видит, да зуб неймет». Это переполнило чашу терпения местных жителей. Они написали коллективную жалобу прокурору Нижегородской области. В ней, цитируем, говорится: «Законно или нет существование природного заказника – это не должно ставить в зависимость реализацию нашего права на достойную жизнь. Многие из нас родились и выросли в с. Пустынь, многие хотят продолжать жить в домах родителей. Мы никогда не знали о каких-то запретах, распространявшихся на наше село. В случае, если дословно исполнять требования законов о «Пустынском заказнике», то получается, что наше село должно жить как в 19 веке – ни электричества, ни воды подвести нельзя. А с природным газом вообще парадокс – с одной стороны, требования заказника по его охране и запрет строительства на его землях (то есть газопровод до нашего села построить нельзя, как говорят в министерстве экологии), а с другой стороны, чтобы нам жить в своем селе – то как при царе Горохе, должны дома топить дровами. А где, спрашивается, нам брать эти дрова? Сельский житель всегда обходится в своей жизни тем, что дает ему природа, то есть за дровами селяне пойдут в лес. Но лес-то у нас под охраной. Как же нам жить в таких условиях, почему об этом никто не думает. При этом следует отметить, что Президентом и Правительством РФ неоднократно озвучивалась приоритетность развития села в России, создаются федеральные целевые программы по его развитию. Как же так? Получается, что в развитии наших сел, существующих здесь несколько столетий, никто не заинтересован, сельский житель-труженик никому не нужен? Или чиновники в областной администрации не хотят исполнять Указы Президента РФ, Постановления Правительства РФ, указы и распоряжения губернатора Нижегородской области и самовольно лишают нас права на достойную жизнь? Вот и получается, что о природе у нас думает каждый, а о человеке никто». Авторы петиции просили прокуратуру Нижегородской области проверить законность отказов министерства экологии и природных ресурсов по согласованию разработки проекта газопровода высокого давления до с. Пустынь. Проверить законность вынесения распоряжения администрации Нижегородской области от 02.07.1996 №866-р (которое опубликовано не было и до жителей села Пустынь Арзамасского района не доводилось). Однако областная прокуратура не увидела оснований для принятия мер прокурорского реагирования. Впоследствии доводы авторов письма нашли свое подтверждение в судебном акте Нижегородского областного суда. А в СМИ, имеющих контракт с областной администрацией, которой такое решение не понравилось, появились полубредовые публикации о том, как местные жители мешают размножению выхухолей. Статьи фактически призывали к беззаконию и анархии. Относительно природного газа вообще выходит интересно. Если следовать логике чиновников министерства экологии, то труба с газом может подойти к границе «заказника», от которой до села Пустынь всего 250 метров через овраг, в котором не живут ни глухари, ни бобры, ни другие животные, охраняемые государством. Хочется спросить этих чиновников – а вы были в селе, жизнь которого вам видится через бумаги? Думаю, что из окна кабинетов не видно, как живут в селе, как людям нужен природный газ, как выглядят эти непреодолимые 250 метров в драгоценном «заказнике». В то же время южная граница все еще проектируемого заказника проходит строго по южному берегу Пустынских озер по урезу воды. То есть человек, отойдя на 50 метров от границы водоема, может вести любую разрешенную деятельность. Так, например, с южной стороны озера Большое находятся земельные паи селян, зарегистрированные в установленном порядке и не подлежащие какому-либо оспариванию. К тому же земельные паи были поставлены на кадастровый учет. Уж если вводить в заказник Пустынские озера, то делать это так, чтобы исключить любое возможное негативное воздействие на них. Между тем, эти самые жители Пустыни и Меньшиково продолжают настаивать, что имеют законное право жить в человеческих условиях, и приводят веские аргументы в пользу своей позиции. Часть из них мы уже обозначили – созданный в СССР заказник к 1994 году перестал существовать. Администрация области не имела права единолично продлевать его агонию. С местными властями никто и ничего не согласовывал. А Законодательное собрание Нижегородской области только планировало его открытие. А вот самый главный козырь, который, по идее, должен закончить все юридические споры вокруг заказника. В 2010 году инвестсовет при губернаторе Нижегородской области одобрил расширение села Пустынь с возможностью нового строительства. О том, что в «особо охраняемой зоне» строить ничего нельзя, никто тогда даже не вспомнил. При этом следует отметить, что законное строительство новых жилых домов — это более «экологичное» решение, поскольку оно позволит «окультурить» отдых приезжающих горожан и удовлетворит их тягу к природе. Позднее прокуратура в суде попыталась признать незаконным разрешение на строительство в границах заказника. Но 25 декабря прошлого года областной суд требования прокуратуры отверг, признав законным выданное разрешение на строительство. Основанием для вынесения такого вердикта послужило то, что в рамках судебного разбирательства выяснилось, что у так называемого Пустынского заказника нет паспорта и он до сих пор отсутствует на кадастровом учете. Пустынский заказник как юридическое лицо не создан, как того требовал Федеральный закон №33-ФЗ от 14.03.1995 г. «Об особо охраняемых природных территориях». А раз так, то заказник не существует ни де-факто, ни даже де-юре, «особо охраняемой зоны» нет и в помине ни в одном регистрационном органе! Решение суда вступило в законную силу. И его исполнение обязательно для всех. В том числе и для регионального министерства экологии и природопользования. Или для него закон не писан?! НО не тут-то было Теперь, по идее, областные чиновники должны признать, что хотели, но не смогли защитить природу Пустыни. Поскольку так и не удосужились воссоздать заказник, ушедший в небытие в 1994 году. От биологической станции, построенной в восьмидесятые для исследования редких животных, остались если не руины, то одряхлевшие бараки. О какой охране фауны тут вообще может идти речь? Далее им остается либо согласиться, что никакие ограничения и обременения на этой территории не действуют, и согласовать строительство газопровода, как и реализацию любых других проектов, направленных на улучшение качества жизни местных селян. Либо все же найти в себе политическую волю должным образом оформить организацию заказника, так, чтобы все это стало законным. А местных жителей либо куда-то переселять (что вряд ли возможно без их согласия), либо выплачивать им компенсацию за причиняемые неудобства. Правда, опять-таки, маловероятно, что в областном бюджете заложены на это деньги. Однако чиновники пошли третьим путем! Они предпочитают делать вид, что ничего не случилось, и продолжают гнуть свою линию. Почему? Лень? Бюрократическая волокита? Отсутствие денег для постановки заказника на кадастровый учет? Вместе с тем, местные жители подозревают, что истинная причина в другом. Не исключено, что имеет место тонкий расчет: в условиях юридической путаницы («мутной воды») люди потянутся к чиновникам с поклоном для разрешения нормальной жизни на данной территории. Или есть надежда на то, что село само вымрет в условиях пещерной жизни. Может, пора призвать зарвавшихся чиновников к ответственности за злостное бездействие? Ефим БРИККЕНГОЛЬЦ