Истинное положение дел в сельском хозяйстве Нижегородской области является тайной за семью печатями. Негативные моменты в его «развитии» тщательно скрываются. Но дело не в том, что аграрная сфера является «священной коровой». Руководству министерства сельского хозяйства крайне невыгодно признавать, что эта отрасль в Нижегородской области остается «черной дырой». Если же вскрыть то, что реально происходит в АПК нашего субъекта Федерации, то неизбежно во весь рост встанет вопрос контроля в субсидировании нижегородского сельского хозяйства. Чиновники и часть аграрной элиты лишатся огромных коррупционных доходов? В распоряжении «ЛС» оказались документы, в которых приведен анализ деятельности АПК Нижегородской области за 2009—2013 годы. Из них следует, что за эти годы совокупная поддержка из бюджета всех уровней агропромышленного комплекса составила 25 миллиардов 287 миллионов рублей. Согласитесь, что это фантастическая цифра. В последние годы, а именно с 2011-го, поддержка сельского хозяйства находится на уровне 5,6 миллиарда в год. Тем не менее АПК по всем азимутам имеет тенденцию к снижению производственных показателей. Говоря о негативных трендах, нельзя сразу же не отметить такой комплексный индикатор, как уменьшение посевных площадей. Анализ структуры посевных площадей за последние пять лет показывает, что площадь под зерновыми и зернобобовыми культурами снизилась на 8,1 процента (это минус 47,7 тысячи гектаров), под кормовыми культурами – на 6,5 процента (минус 3,8 тысячи га), под картофелем и овощами – на 3,6 процента (минус 2,6 тысячи га). В 2013 году произошло снижение производства зерна, картофеля и овощей. Во всех категориях хозяйств в 2013 году собрано 918,6 тысячи тонн зерна (98,4 процента от уровня 2012 года), картофеля – 829,3 тысячи тонн (94,5 процента), овощей открытого и защищенного грунта – 358,2 тысячи тонн (99,9 процента), сахарной свеклы – 280,7 тысячи тонн (96,4 процента). Понижательный тренд характерен не только для растениеводства, но и для животноводства. Это выражается в снижении поголовья скота. На 1 января 2014 года в хозяйствах всех категорий поголовье крупного рогатого скота составило 299,6 тыс. голов (96,4 процента к соответствующему периоду 2013 года), в том числе коров – 130,6 тыс. голов (97 процентов). О кризисе в АПК Нижегородской области свидетельствует и еще один комплексный индикатор. Идет сокращение сельхозорганизаций и фермерских хозяйств. Из-за ежегодного снижения их числа происходит сокращение рабочих мест. Население вынуждено заниматься ведением личного подсобного хозяйства. В итоге, многие селяне начинают, откровенно говоря, вести асоциальный образ жизни либо уезжают на заработки в города, в том числе за пределы Нижегородской области. Но даже если они работают на своем подворье, то не являются хозяйствующими единицами, не платят налоги. А это ведет к снижению поступления налогов и, как следствие, к общей деградации сел и деревень. Проблемой животноводства является его нерентабельность по отдельным направлениям. Те, кто работает в этих сферах АПК, фактически обречены на получение отрицательного финансового результата. Уровень рентабельности в целом по животноводству составил минус 0,7 процента. Прибыльным является производство молока – 12,7 процента (плюс 8,4 процента к уровню 2012 года), яйца – 20,5 процента (+14,4 процента), мяса птицы – 3,8 процента (минус 6,9 процента). Производство мяса КРС и свиней остается убыточным: минус 42,8 процента и минус 18,7 процента соответственно. Вместе с тем, из областного бюджета в 2013 году были выделены субсидии на поддержку животноводства – 1 миллиард 461 миллион рублей, из федерального бюджета – субсидии на 1 килограмм реализованного товарного молока – 310 миллионов рублей. Это означает, что субсидии все-таки держат на плаву экономику производства молока, но по мясу не дают нужного эффекта. Отдельного внимания заслуживает тема накопленной кредиторской задолженности у сельскохозяйственных организаций. Есть данные, что на начало 2014 года общая сумма задолженности составила фантастические 34,1 миллиарда рублей, что на 1,2 миллиарда больше, чем в прошлом году. Наибольший удельный вес приходится на долгосрочные кредиты и займы – 47,2 процента, кратко-срочные кредиты и займы занимают 24,7 процента, задолженность поставщикам – 14,9 процента. Все это показывает, что, несмотря на выделение огромных средств на поддержку АПК, сельское хозяйство продолжает «падение». Возникает вопрос: если средств на поддержку все-таки не хватает, надо больше «заливать» сельхозорганизации деньгами или сколько денег в АПК ни загружай, негативные тенденции сохранятся? С моей точки зрения, проблема состоит в том, что дальнейшее увеличение господдержки будет еще менее эффективным. Тут есть две причины. Во-первых, дееспособных сельскохозяйственных организаций, готовых рационально использовать господдержку, очень мало. Все они или почти все субсидии уже получают. Во-вторых, средства поддержки даже в нынешних размерах используются неэффективно. Например, наши источники считают, что приписки по молоку могут составлять до 8,6 процента. По мясу еще больше. А за приписанное молоко, за виртуальные головы КРС хозяйства получают дотации из областного и федерального бюджетов. Это, по сути дела, прямые хищения бюджетных средств, которыми кормятся как руководители отдельных хозяйств, так и чиновники областного и районного уровня. Создается впечатление, что есть негласно установленный уровень воровства бюджетных средств в АПК: вот эти пресловутые 10 процентов. Это по сговору элит? А сколько крадут реально? Если выделять господдержку не на уровне 5,6 миллиарда, а в 2 раза больше, хищения бюджетных средств, увы и ах, увеличатся не пропорционально, а раза в 3-4. Может быть и больше. Системность кризиса в АПК подтверждается тем, что параллельно с падением в сферах растениеводства и животноводства рецессия по 2013 году наблюдается и у предприятий переработки Нижегородской области. Я бы не сказал, что тут работает «принцип домино», когда переработка «дрейфует» вниз вслед за сельхозпроизводителем. Практика показывает, что переработчики в любой ситуации по максимуму душат производителя и за счет этого остаются в плюсе. Но сейчас и переработчики не чувствуют себя комфортно. Проявляется это примерно так же, как и в сельхозпроизводстве. Вроде бы предприятия пищевой и перерабатывающей промышленности получают льготные кредиты на миллиарды рублей (в 2013 году речь идет о 3,4 миллиарда) для закупки сельскохозяйственного сырья и модернизации производства. Кроме того, в развитие переработки инвестировано почти 2 миллиарда, но даже при таких серьезных вложениях и заметной закредитованности наблюдается снижение производства основных видов пищевой продукции. Справедливости ради скажем, что больше выпускает нижегородский переработчик колбасы, цельномолочной продукции, но меньше масла, сыров, муки, круп, сахарного песка. Вроде бы запускаются новые производства: современный комплекс по обработке молока — ООО «Маслосырзавод Воротынский», линия фасовки продукции в упаковке пюр-пак на Городецком молочном заводе, на ООО «Мясомолочный комбинат Володарский» пущена в эксплуатацию линия по производству ржаной муки и отрубей, внедрено современное оборудование и завершено строительство цеха распределительного холодильника на ОАО «Дзержинский мясокомбинат». Но интегральный результат отнюдь не впечатляет. Вот, например, проведена модернизация производственных мощностей на ОАО «Сергачский сахарный завод». А где в торговле сахар, хотя мы всюду слышим призыв «Покупай нижегородское»? Когда речь идет об общеобластных показателях, то порой не видно, где же корень зла. Всё становится понятнее, когда мы начинаем рассматривать ситуацию в АПК порайонно. Выясняется, что норма коррупции примерно в 10 процентов в сельскохозяйственной отрасли при распределении средств господдержки определяется не ради красного словца. Видно, что администрации районов, министерство сельского хозяйства и продовольственных ресурсов и Нижегородстат дают разные цифры по многим показателям в АПК. Например, ведомства дают существенно различающиеся цифры по поголовью крупного рогатого скота, в том числе коров. «Ошибки» и «погрешности» в расчетах как раз составляют приблизительно 10 процентов. Разнобой есть и по надоям молока в данных, которые предоставляют местные власти, областные ведомства, федеральная структура. Особенно тревожная ситуация складывается в так называемых аграрных районах юга области, где наиболее плодородные почвы. Выясняется, что в целом ряде районов расплодились фермерские хозяйства, которые возглавляют представители езидской национальности. Никто не спорит о том, что это знатные скотоводы, но к ним много претензий со стороны правоохранительных органов. По статистике ряда районов в езидских хозяйствах числится около 40-50 процентов КРС от всего поголовья на этих территориях. Многие не уверены, что какая-то часть скота из этих фермерских хозяйств существует в реальности. Однако на него ежегодно получают миллионы рублей из средств по господдержке. По нашей информации, никто диаспоры толком не проверяет и не контролирует. Якобы не желают вносить в вопросы сельского хозяйства «национальную тематику». Поэтому все, вплоть до министерства внутренней региональной и муниципальной политики, дают оценки успокоительного характера. Более того, даже есть какие-то запреты тщательно «отмониторить» езидов. Видимо, тут тоже скрыта коррупционная составляющая в животноводстве, от которой кормятся чиновники снизу доверху. В советские времена на сельское хозяйство отправляли тех руководителей, которых, как говорится, не жалко. Помнится, с этого началась опала члена Политбюро ЦК КПСС Егора Лигачева. Потом, уже в демократические времена, вице-президента Александра Руцкого спровадили курировать капиталистическое сельское хозяйство. Понятно, что глубинно эта традиция «расстрельной должности» жива и сейчас. Поэтому вряд ли стоит вопрос о том, чтобы заменить министра Алексея Морозова на его должности. Я лично знаю нескольких человек, которые рассказывали, что им в свое время предлагался пост министра АПК, и все они отказывались от этой тяжелой ноши. А Морозова, похоже, хоть гони — он будет упираться, не желая уходить со своего места. Но, может быть, пора его поблагодарить за работу и провести замену. Причем не только первого лица, но и его замов, чтобы пришла новая, более эффективная команда аграрников. Говорят, что в жизни все зависит от того, через какие очки ты на нее смотришь. Морозов и Ко смотрят на АПК через розовые очки. А тут надо не умиляться батонами на деревьях, а пахать, как простому крестьянину. Вот этого и не хватило Алексею Морозову.