15-летний юноша Игорь Ш. умудрился собрать целый букет вполне «взрослых» статей: изнасилование, грабежи, разбои, угон автомобиля Редкостную, несмотря на малый возраст, мразоту по целому букету статей осудил Дзержинский городской суд. 15-летний школяр Игорь Ш. умудрился собрать целый букет вполне «взрослых» статей: изнасилование, грабежи, разбои, угон автомобиля. Вообще-то с Игорьком уже несколько лет назад все было понятно. В школу он приходил преимущественно для того, чтобы отжимать мелочь и мобильники у пацанов послабее. Поскольку 12-13-летних мальцов у нас, к великому сожалению тамошнего участкового и инспекторов ИДН, сажать за столь мелкие шалости нельзя, то Игоря перевели из обычной в коррекционную школу. В коллективе себе подобных парнишка быстро освоился и обрел авторитет не только у сверстников, но даже у товарищей из старших классов. Особенно дружен был с 17-летним Леонидом Д. Именно с ним Игорек пришел в гости к 30-летней Анне О. в квартиру дома на улице Октябрьской. Сия гражданочка была нравов простых и, как пишут в полицейских протоколах, «вела асоциальный образ жизни». Вот к этой асоциальной даме и пришли школяры с парой бутылок разведенного спирта. Спирту Анна возрадовалась и распила его с малолетними гостями, выставив на стол немудреную закуску. Захмелевший Игорь возжелал секса по-взрослому, без трусов. Хозяйка подняла пацанчика на смех и высказалась в том ключе, что Игорю надо бы года три еще писюн растить, а потом уж обращаться с разными шалостями. Школьник счел себя несправедливо обиженным, достал из кармана сделанную из отвертки заточку и приставил ее к горлу Анны. Той пришлось покориться. Удовлетворив похоть, Игорь предложил старшему товарищу тоже позабавиться с перепуганной женщиной. Леонид отказался: то ли побрезговал неопрятной опойкой, то ли мозгов у него было чуть больше. Решив, что делать в гостях больше нечего, молодые люди покинули квартиру Анны, прихватив с собой в качестве сувениров мобильник женщины и DVD-плейер. Спустя пару недель Игорь разобидел маму одноклассника. Нет, насиловать ее он не стал. Просто, будучи в гостях у приятеля, свистнул ключи от машины родительницы. И той же ночью на пару с верным Леонидом угнал «паркетник» марки «Ниссан Жук». Утром следующего дня лихие ребятишки позвонили по одному из телефонов, кои пишутся в развешанных по всему городу объявлениях о моментальной покупке автомобилей. К чести автобарыг стоит сказать, что ни на одной автоскупке не рискнули покупать машинешку без документов у парочки сопляков. Правда, по сему подозрительному моменту и в полицию никто не позвонил. Меж тем «Ниссан» уже был в розыске, а его владелица уверенно назвала копам основного и единственного подозреваемого — непутевого одноклассника сына. Авто на-шли: малолетки бросили так и не проданный «Жук» на пустыре в районе улицы Ясной. Сами же были таковы. Догадываясь, что полицейским не терпится пообщаться с ними, помнящий болючие подзатыльники участкового Игорь решил удариться в бега. С ним отправился и подельничек. Поскольку любимая российскими жуликами и прочим «несогласным» отребьем Англия или, на худой конец, ОАЭ — это черт знает где (географическими познаниями ученики коррекционной школы не блистали), то конечным пунктом своей эмиграции беглые школяры избрали Дзержинск. Во-первых, потому что там жили какие-никакие приятели. Во-вторых, и в-главных, денег на дорогу хватило только дотуда. Остановились дружбаны у выпускника той же «школы дураков» Алексея О. Тот, окончив одиннадцатилетку в Нижнем Новгороде, попытался жить как все нормальные люди. Устроился работать в одну из контор жилищно-коммунальной сферы города Дзержинска, получил во временное пользование комнату в общаге на проспекте Циолковского и поступил в местный колледж (так нынче ПТУ зовутся). Не то что бы Алексей был рад появлению Игорька с «оруженосцем», но гнать бывших одношкольников не стал. То ли в силу дружеских чувств, то ли прекрасно понимая, что за отказ предоставить кров может получить от отвязного Гоши порицание заточкой под ребра. В общаге гости показали ее обитателям и кузькину мать, и вообще всех кузькиных родственников. Особенно не сложились отношения с 46-летним работягой Анатолием Г., который искренне не понимал, отчего какие-то молокососы жрут продукты из его кастрюлек (кухня в общежитии общая) и сдают в ломбард его случайно забытый на кухне телефон. Игорек оппонировал тем, что пельмени сожрали, потому что хотели есть, а телефон уволокли, потому что очень хотелось выпить. И вообще, дядя, у тебя еще есть и пельмени, и еще один телефон. Иди отседова, пока и их не отобрали! Дядя пошел. Но пообещал наутро сходить в полицию, чтобы там с пришлыми оглоедами разобрались по всей строгости. Как уже говорилось, к разговорам с копами у нижегородских беглецов была жуткая идиосинкразия. Поэтому они догнали Анатолия на пороге его комнаты, затолкали вовнутрь и изрядно побили. Затем Игорь достал любимую заточку и пообещал прирезать «пожилого» слесаря как бродячего музыканта, если тот сей же секунд не отдаст свой второй телефон и наличность, а также не пообещает не ябедничать полиции. Анатолий безоговорочно капитулировал, согласился со всеми условиями и в качестве репараций выдал мобильник, 800 рублей денег и серебряную цепочку со своей шеи. В тот момент, когда Игорь с Леонидом покидали жилище обобранного и избитого пролетария, из соседней комнаты вышел 20-летний Павел Н. Он считал себя самым крутым парнягой на этаже, поэтому смело поинтересовался: какого болта тут происходит и что за шум и вопли за стенкой во втором часу ночи?! Малолетние нижегородские гоблины моментально доказали Паше, что ни фига он тут не крутой, испинав его прямо в коридоре. Затем так же отобрали мобильный телефон, наказав молчать в тряпочку о случившемся. Однако юные разбойники прекрасно понимали, что обеты молчания потерпевших, взятые с помощью заточки, крайне ненадежны.Тем более что после всех этих криков и стука падающих на пол тел, шкафчиков и иных предметов скудного интерьера просыпаться начало уже все общежитие. А одной заточки против разбуженного рабочего класса явно недостаточно. Просто задавят, как сусликов. Поэтому Игорь с товарищем быстренько потерялись в ночи, не зайдя даже попрощаться с гостеприимным, на свою голову, другом. Задержали их ближе к утру на автовокзале, где молодые люди дожидались первого транспорта «докуда-нибудь». Странно, но вынесенный судом приговор оказался довольно мягким. Младшенький беспредельщик, на правах массовика-затейника всех описанных художеств, получил 5 лет и 8 месяцев воспитательной колонии. Его старший подельник, Леонид, — 3 года и 1 месяц в колонии общего режима.