А люди хотят совсем немного: эффективности работы власти и уважительного к себе отношения… На минувшей неделе экономике России был нанесен тяжелый удар. Решение стран ОПЕК не снижать объемы добычи нефти продолжило рушить мировые цены на черное золото. Вместе с ними продолжил резкое падение и российский рубль. При этом обвал рубля еще рано считать завершенным. Судя по всему, нам предстоит пережить период дешевой нефти в 15 лет. Главное последствие для российской экономики — слабеющий рубль, поскольку правительству теперь придется удерживать расползающиеся по швам бюджеты всех уровней. Любопытно, что именно сейчас проходит формирование и утверждение бюджетов всех уровней, которые жестко привязаны к стоимости нефти и доллару. К чему следует готовиться? Девальвация плюс инфляция Предновогодние новости принесли одну хорошую и одну плохую. Хорошая: масштабная безработица стране, судя по всему, пока не грозит, в значительной степени «благодаря» демографическим трудностям. Плохая: нижегородцам следует забыть об индексации зарплат. Нас ждет падение доходов в реальном выражении с учетом обвала рубля и галопирующих темпов инфляции. В этой связи повышение окладов в рамках «майских указов» Путина в будущем году может быть приостановлено. Дело в том, что сия миссия возложена на плечи региональных властей, а помогают им дотациями из федерального бюджета. Но объем на эти нужды в 2015 г. заметно сокращен. По идее, регионы должны сами изыскать недостающие средства, но в ухудшающихся экономических условиях сделать это будет не так-то просто. Учитывая высокую степень зависимости экономики и потребительского сектора от импорта, нет сомнений в том, что уровень жизни населения продолжит падать. На днях вице-премьер правительства РФ Ольга Голодец отметила, что в последнее время в России увеличилось число бедных людей. По словам чиновника, каждый девятый россиянин находится в черте бедности, причем большинство малообеспеченных семей имеют несовершеннолетних детей. Всего Голодец насчитала 15,7 миллиона бедных россиян (от 11 до 13 процентов), причем даже работающих. Между тем, по данным Росстата, малоимущим в России и вовсе является каждый третий гражданин. «Догоним и перегоним?» Разговоры об импортозамещении в большей степени так и остаются разговорами. Перехватить инициативу, как это было после девальвации 1998 г., российская промышленность уже не в состоянии. В отличие от тех лет, у нас просто не осталось резервов. Создание новых промышленных мощностей требует времени и инвестиций. Всё это прекрасно понимают и участники финансовых рынков, энергично распродающие рубль и российские активы. Отток капитала из России в нынешнем году увеличится по сравнению с прошлым годом на 5,4 млрд долл. и составил 14,6 млрд. Несложно представить, насколько негативно последние тенденции отразятся на социально-экономическом положении, в частности, Нижегородской области. А инфляция, судя по всему, ожидается серьезная. Дорожать будет всё. Причем не только товары, привезенные из-за рубежа. Импортозамещение, конечно, штука красивая. Но далеко не всегда и не везде возможная. Наши промышленные предприятия (включая оборонные) стали крайне зависимы от поставок импортных комплектующих. К примеру, в 2010 году ГАЗ начал оснащать малотоннажные коммерческие автомобили дизельными двигателями Gummins (США), свернув собственное производство двигателей, которое уже не восстановишь. Кроме того, отечественные производители любят повышать цены даже без всяких на то объективных причин. Остановить этот процесс в условиях лавинообразной инфляции невозможно. Главные налогоплательщики региона – Выксунский металлургический завод, Лукойл и пр. тоже оказались в сложном положении из-за внешнеэкономических войн. В частности ОАО «ВМЗ» оказался из-за закрытия проекта «Южный поток» на грани остановки производства. Секвестировать бюджетные расходы все равно придется. За счет чего это будет делаться? В современных внешнеполитических условиях никто не будет урезать оборонные расходы. Вряд ли правительство рискнет «срезать» пенсии, социальные пособия, зарплаты бюджетникам. Значит, будут сокращаться траты на развитие систем здравоохранения, образования и культуры. Не поторопились с Карцевским? 30 ноября в нескольких крупных городах России прошли акции протеста «За достойную медицину», которые организовали профсоюзные активисты и работники медицинской сферы. Участники требовали повышения зарплат медработникам, выступали против сокращения коечного фонда в стационарах. В конце октября появилась информация о том, что в столице готовятся закрыть 28 медучреждений, оставить без работы около семи тысяч медработников. Однако вскоре мэрия поспешила сообщить, что ликвидировать больницы никто не собирается — мол, речь об оптимизации системы медпомощи. Зеркально все это скоро придет и в регионы. Думается, Нижегородская область будет затронута в этой связи максимально. В «Российской газете» на этой неделе опубликованы результаты исследования, проведенного департаментом социологии Финансового университета при правительстве РФ. Так вот, согласно социологическим выкладкам, Нижний Новгород занял предпоследнее место в рейтинге 37 крупных городов страны с населением более 500 тысяч жителей по уровню медицинского обслуживания. И это при том, что в областном центре дела в здравоохранении куда качественнее, нежели в районах! Столь удручающие показатели – это итог реформы здравоохранения, проводимой в Нижегородской области за последние два года. Свелась она по большей части к сокращению расходов на медицину. А вылилась в ликвидацию ряда лечебных учреждений. Наиболее резонансным выглядел скандал с закрытием стационара в поселке Сява Шахунского района. Под сокращение попали 17 мед-работников. При этом жители пятитысячного поселка жаловались, что круглосуточную медпомощь им приходится получать только в райцентре, до которого 60 километров по ухабам. Тяжелых больных можно не довезти. Судя по всему, неблагодарную миссию «плохого полицейского», который отвечал за непопулярные решения, решено было взвалить на министра Александра Карцевского. Вероятно, в связи с этим он и был этой осенью удален с должности министра здравоохранения региона. Как говорится, «мавр сделал свое дело, мавр может уходить». Собрав весь негатив. Но, похоже, с отставкой Карцевского губернатор поторопился. По нашим данным, нижегородскую медицину ждут куда более тяжелые времена. Во-первых, скоро из больниц исчезнут дорогие импортные препараты. Их просто не на что будет приобретать (в аптеках они останутся, но по баснословным ценам). Во-вторых, прекратится закупка импортного оборудования в стационары. Тех же томографов, например. Получается, пациентов нечем будет лечить? В-третьих, вероятно, предстоит новый виток сокращений «неэффективных» медицинских учреждений, как в Москве, так и в регионах. Причем больнее всего так называемая «оптимизация расходов» ударит по районным больничным учреждениям и их филиалам в сельской местности (а народ там и так обделен качеством жизни). Учитывая, что нынешний министр здравоохранения Нижегородской области Геннадий Кузнецов сам в прошлом сельский врач (Починковский район), непонятно, как он будет смотреть в глаза бывшим коллегам, подписывая распоряжения об урезании финансирования и пр. Может, зря все-таки удалили Карцевского? Надо было завершить смутные времена? Любопытно, что ситуацию со здравоохранением активно используют политические силы. Против реформы выступили политики, а не врачи. На проводимых в Москве акциях фактически не было медиков, а пришли преимущественно представители политических партий. При этом на митинг собрался практически весь спектр политических сил — от КПРФ, игравшей на акции первую скрипку, до… активистов движения сексуальных меньшинств. А если серьезно, то среди сокращаемых московских врачей, как поется в песне, «на четверть бывший наш народ»! То бишь нижегородцы. Предложение к Шанцеву: а давайте сработаем на ситуацию — вернем врачей-нижегородцев из Москвы, предложив им в регионе нормальные условия труда! Финансирование по остаточному принципу В сфере образования все несколько проще. Здесь уже несколько лет практикуются так называемое «слияние кафедр» (проще говоря, их сокращение) и ликвидация неэффективных вузов. А в школах и детсадах ремонт и переоборудование проводят за счет родителей. Сейчас эти процессы только усилятся. Культура же у нас всегда финансировалась по остаточному принципу. Надо полагать, что те учреждения, где научились выживать за счет самоокупаемости, сохранятся. Вряд ли проблемы возникнут, скажем, у нижегородского цирка или театра комедии. Тем же, у кого руководство не любит думать о завтрашнем дне (тот же, кукольный театр), наверное, придется закрываться. Либо учиться жить по средствам. Экономика должна быть экономной? Судя по всему, бюджет Нижегородской области на 2015 год неоднократно будет подвергнут корректировке. Его придется менять исходя из экономической ситуации, что называется, «на коленке». В этой ситуации возрастает роль вице-губернатора Владимира Иванова, которому придется проводить перерасчеты в духе времени. Но не все будет зависеть только от него. Необходимо усиливать некоторые отраслевые министерства. В частности, минсельхоз. Министр Морозов привык работать в «благодатные годы». Да и то он, что греха таить, плоховато справлялся с работой. Получалось у него разве только родственников хорошей зарплатой обеспечивать за пристраивания на госслужбу. Есть серьезные сомнения, что Морозов справится с обязанностями «кризисного министра». Единственный плюс, который мы можем получить в связи с введением режима чрезвычайной экономии, – проткнуть «мыльные пузыри». Прекратится финансирование «мертворожденных», никому не нужных проектов. Правда, при условии, что там не будут завязаны чьи-то коррупционные интересы. Губернатор Шанцев весьма своевременно дал старт на урезание чрезмерных расходов, сократив количество своих замов с 7 до 4. Но, увы, его пример не стал заразительным. Пока нет сведений, что намечено урезание расходов на госаппарат в министерствах, департаментах и администрациях районов. Более того! В то время, когда все затягивают пояса, правительство Нижегородской области, на содержание собственного чиновничьего аппарата на следующий год затребовало на 1,5 миллиарда больше, чем в 2014 году! Получается, что чиновники только «простых смертных» готовят к лишениям. А сами затягивать пояса не собираются. Впрочем, не будем им завидовать. Ведь этим господам придется в сегодняшних непростых условиях обеспечивать реализацию «майских указов» президента. Хотя в районных администрациях уже идут на попятную. Объясняют, что эти указы носят рекомендательный характер… Резюмируя все вышесказанное, остается внести еще одно рацпредложение по части оптимизации расходов: стоит подумать, не отменить ли так называемые «всенародные» выборы губернаторов. Все равно ведь они у нас бутафорские, хотя и очень затратные. Нет ни конкуренции, ни дискуссий. Опасных кандидатов «партия власти» срезает еще на стадии регистрации. Для этого существует муниципальный фильтр. Так что либо выборы надо проводить вообще без всяких фильтров и использования административного ресурса, либо вовсе их отменить, заменив на утверждение губернаторов региональными парламентами. Так будет и честнее и экономнее. Критику заводят в тишь кабинетов Что нас ждет теперь? В правительстве призывают не вешать нос. Мол, потери нефтедолларов при продаже углеводородов компенсирует девальвация рубля. Но ведь у министров работа такая – успокаивать население. В реальности, даже если удастся сохранить доходную часть бюджета на обещанном уровне, это мало что даст: инфляция все равно заставит пересмотреть бюджетные расходы. Всю эту тревожную ситуацию уже почувствовали наверху. Не случайно в эти дни в администрации президента прошел семинар для вице-губернаторов по внутренней политике. Глава ведомства Сергей Иванов призвал местные власти внимательнее относиться к проблемам граждан! Чтобы сохранить стабильность в стране в условиях внешних вызовов, органам власти необходимо выстраивать более эффективный контакт с гражданским обществом, не доводить ситуацию до массовых протестов! — Лучше слушать критику в тиши кабинета, чем на площади перед ним, — пояснил руководитель администрации президента. Сверху от местной власти решительно потребовали внимательнее прислушиваться к проблемам граждан, постоянно разговаривать с ними, чтобы не доводить дело до стихийных митингов и манифестаций. К слову, и у общества назрели большие потребности диалога с властью. И чтобы не возникали Болотные площади, надо свое-временно реагировать на возникающие претензии людей. А люди от власти хотят совсем немного: эффективности работы и уважительного к себе отношения…