В небольшом городе Бор кипят такие страсти, что никаких Шекспиров на них не напасешься В Борском горсуде готовятся к слушанию два очень похожих друг на друга дела про любовные треугольники. Случай первый. В частной избушке на улице Калинина почти 20 лет в относительном ладу и согласии прожили 46-летний Павел и 55-летняя Елена П. Уж дети подросли, того гляди внуки пойдут. Казалось бы, какие тут африканские страсти?! Ан нет, бурлят еще гормоны у провинциальных ветеранов сексуального фронта! Что интересно, гульнуть налево сподобился не Павел, который был все-таки моложе супружницы почти на 10 лет. Это Елена сочла, что муж уже поизносился и ей более не к лицу, и нашла себе милого друга 35 лет от роду. Когда порочная связь стала достоянием мужа и любопытствующей общественности, Елена отрицать ее не стала. Резонно заметила лишь, что она же не ревнует Пашу к водке, ведь каждый почти день – новая возлюбленная бутылка! Оплачиваемая, между прочим, из ее кошелька. Рогоносец признал этот аргумент убедительным и больше с частнособственническими инстинктами не возбухал. До тех пор, пока его заместитель по постельному режиму не перебрался к ним жить. Натурально, со всем своим скарбом. Больше того, Елена сообщила, что намерена с Павлом развестись, а с новым другом, соответственно, расписаться. Что быстренько и проделала. А поскольку бывшему мужу идти было некуда, суд отписал ему отдельную комнату в некогда общем доме и сколько-то там соток приусадебного участка для выращивания плодово-овощных культур и всяческих корнеплодов. Однако Павел предпочитал на этой своей земле выращивать исключительно морозостойкий бурьян и фантастически быстро растущие сорта сорняков. Эта бездумная селекционная работа раздражала бывшую супругу, простецкие помидоры и огурцы которой массово геноцидились прущими с сопредельной территории элитными сорняками Павла. Вдобавок после Нового года возненавидевшие друг друга экс-семейственники затеяли гражданскую тяжбу на предмет пары совместно нажитых шкафов, сервантов и еще каких-то допотопных «мебелей». Выносимые мировыми судьями решения не устраивали то одну, то другую сторону. Несчастные служители Фемиды уже буквально вздрагивали, видя бредущих в их канцелярию Павла или Елену с очередной кляузой в руке. И даже как-то облегченно вздохнули, когда ситуация разрешилась. Не самым, правда, гуманным образом. Вот как это приключилось. Тем злополучным вечером Павел вместе с новым возлюбленным супруги пил водку и жаловался тому на жизнь. (Парадоксально, но со своим преемником он довольно быстро заприятельствовал, одновременно ведя холодную войну и позиционные скандалы с бывшей супругой.) Тут очень некстати домой вернулась Елена. Которая повелела немедленно освобождать ее суверенный стол от чуждых ему водки и закуски Павла. Да и самого владельца снеди попросила освободить помещение кухни, в котором она собралась спокойно поужинать. У мужичка после этих слов в голове, что называется, перемкнуло, и, схватив кухонный нож, он два раза воткнул его в живот и в грудь Елене. Хотел и третий раз ударить упавшую на колени женщину, но до сих пор находившийся на кухне новый муж Елены, отойдя от первоначального шока и непонимания происходящего, бросился на Павла, разоружил его, затем вызвал медиков и полицию. Так что не скоро теперь Елена с Павлом возобновят свои судебные тяжбы. Ведь обвиняют мужика в нанесении тяжких телесных и покушении на убийство. А это реальный и не маленький срок. Теперь о втором случае. Завязка сюжета произошла аж восемь лет назад. Там же, на Бору, в распивочной на улице Ленина топил свое горе на дне пластикового стакашка с водкой 51-летний Владимир Е. Горе заключалось в том, что некоторое время назад от него ушла сожительница, его ровесница Лариса В., с которой они частенько посещали это и похожие заведения. В общем, стоял Владимир, погруженный в скорбь и ностальгию. И тут – о чудо! – в «капельницу» зашла ОНА! Та самая Лариса! Правда, не одна, а с каким-то гражданином. Игнорируя последнего, покинутый влюбленный подошел к даме своего сердца и настойчиво предложил возобновить их пылкую страсть и совместный быт. Лариса, как оказалось, встрече была вовсе не рада (интересно, а на фига она тогда поперлась в этот рассадник культурного досуга, почти наверняка зная, что наткнется там на своего «бывшего»?). В емкой и нецензурной форме дама сообщила Владимиру, что возврату к прошлому быть не может. И вообще, у нее, мол, новая личная жизнь. Которая вот рядом стоит. Знакомьтесь, мальчики! Меж тем «новая личная жизнь» Ларисы начала выказывать свое недоумение и недовольство. Дескать, а это что еще за корнеплод с бугра? Не пошел бы ты, мужик, отсюда насовсем?! Очень Владимир расстроился. Так, что на глазах завсегдатаев рюмочной и барменши начал в своего полового конкурента тыкать складным ножиком. 18 отверстий в нем в общей сложности проделал. Когда тот, заливаясь кровью, рухнул на пол, Владимир бросил рядом с телом нож и убежал. Он был уверен, что убил Ларисиного хахаля насовсем (эвона сколько кровищи было!), оттого ни дома, ни у родственников, ни у друзей так и не появился. Однако ж друг неверной сожительницы, благодаря своему везению и усилиям врачей, выжил. На вспыльчивого ревнивца завели уголовное дело. Но поскольку найти его не представлялось возможным, оное дело приостановили, а самого Владимира объявили в федеральный розыск. Он же настолько не хотел на зону, что предпочел пойти в бомжи. Целых 8 лет бродяжничал. Правда, не покидая пределов области. То на игумновской свалке жил, то в заброшенных и полуразвалившихся дачных домиках. Зачем ему были эти «приключения Гекльберри Финна», ни разу не понятно. Ведь на зоне, поди, столько ж и отсидел бы. Только с крышей над головой, матрасом под боком и трехразовой кормежкой. Короче, прихватили «бегунка» почти случайно. С компанией таких же клошаров обустроился Владимир на ночлег в предназначенном к сносу доме на улице Марата в областном центре. Бухнули какой-то гадости. И тут один из бомжей от избытка чувств затянул сиплым голоском что-то из «блатняка». В хмельном Владимире вдруг проснулся суровый музыкальный критик, который и побудил его излупить фальшивящего солиста. Последний, с окровавленной рожей и криками: «Спасите, помогите!», выбежал на свежий воздух. Рядом как раз патруль случился. Всех бомжар на всякий случай повязали и свезли в отдел. Там у Владимира пальчики откатали, и выяснилось, что вот это дурно пахнущее чмо в обносках – особо опасный преступник, проходящий по линии федерального розыска за нанесение тяжких телесных и покушение на убийство. В общем, канавинские копы передали его борским коллегам. Скоро суд будет. И по всему выходит, что все свои 8 лет бомжачьей жизни немолодой уже Владимир просто спустил в унитаз. Ведь срок за ту давнюю поножовщину в рюмочной отсидеть все равно придется.