Скандалы, связанные с махинациями вокруг земельных участков или объектов недвижимости, на них расположенных, для Кстовского района, увы, стали обычным делом.Самый яркий и нашумевший пример – возбуждение уголовного дела в отношении теперь уже бывшего районного главы Олега Молькова. Его в 2010 году обвинили в превышении служебных полномочий и заведомом нарушении закона о продаже муниципального имущества при передаче 70 муниципальных объектов в собственность по заниженной цене. Эта история в Кстовском районе до сих пор время от времени вспоминается. Нет особого смысла в сотый раз ее пересказывать. Хочется только обратить внимание всего на один нюанс: долгое время в районе ходили разговоры, что схему «прихватизации», из-за которой районному бюджету был нанесен ущерб на сумму 141 миллион рублей, придумал не сам Мольков, а его заместитель по правовым вопросам Эдуард Салахутдинов. Однако последний уволился еще до возбуждения дела и остался за рамками следствия. А, как известно, не пойман – не вор. Тем не менее мы узнали еще об одном деле, позволяющем допустить, что разговоры о причастности Салахутдинова к авантюре мольковских времен не так уж и безосновательны. Правда, эта история не завершилась в зале суда. И даже обошлась без предъявления обвинений подозреваемым. Поэтому широкой публике она мало известна, хотя и заслуживает самого пристального внимания. Но обо всем по порядку. Итак, с весны 2012 года Эдуард Салахутдинов стал уже не чьим-то там замом, а человеком с правом финансовой подписи, а именно – главой администрации города Кстово. А еще через некоторое время изданными им распоряжениями заинтересовались не где-нибудь, а в УФСБ по Нижегородской области. Речь идет о предоставлении в собственность земельных участков, расположенных на улице Береговой в райцентре Кстово. Причем по заниженной выкупной цене. Выяснилась и суть этой неприглядной истории. Еще в 2012 году в администрацию Кстова было направлено несколько обращений от местных инвалидов с просьбой помочь в выделении земли для индивидуального жилищного строительства. Эдуард Салахутдинов нездоровых людей вроде как пожалел и распорядился осуществить их чаяния. Вообще-то землю на Береговой изначально планировалось использовать для среднеэтажного и малоэтажного строительства. Но инвалиды у нас обслуживаются вне очереди, и ради них градостроительные планы спешно изменили. Впрочем, дело не в этом. Решением Салахутдинова девятерым инвалидам: Н. А. Комлеву, Л. В. Скоморохину, Л. М. Соломке, Н. Д. Войноловичу, Н. Ю. Мордавченкову, В. П. Ларенышевой, В. А. Петрову, П. П. Николаеву и Б. И. Ханталину – были выделены на Береговой земельные участки площадью от 1343 до 1500 квадратных метров. Их приобретали по цене от 17 с половиной до 19 с половиной тысяч рублей. И все бы хорошо, да только цена участков рассчитывалась в соответствии с Законом Нижегородской области от 29.06.2012 «О порядке определения цены и порядке оплаты земельных участков, находящихся в собственности Нижегородской области или государственная собственность на которые не разграничена, при продаже их собственникам зданий, сооружений, расположенных на этих земельных участках». То есть даже в названии правового акта сразу указывается, что речь идет об областных или федеральных землях, на которых уже присутствуют объекты, принадлежащие желающим приобрести участок. В нашем случае все было с точностью до наоборот. Земля находилась в собственности муниципалитета и хоть какая-то недвижимость на ней отсутствовала. Значит, стоимость нужно было рассчитывать совсем по другим принципам. За чей счет «банкет»? Здесь стоит пояснить, что вышеуказанный закон – это вообще-то льгота, предусмотренная, чтоб упростить жизнь владельцам недвижимости. Потому и цена участка такая невысокая. Кстовские инвалиды, осчастливленные главой администрации, приобретали участок «в чистом поле», так что, при всем к ним уважении, к подобной категории не относились и на «скидку» права не имели. А значит, имелись все основания говорить о совершении Эдуардом Салахутдиновым преступления, предусмотренного ч.1 ст. 293 УК РФ – «Халатность, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение должностным лицом своих обязанностей вследствие недобросовестного или небрежного отношения к службе, если это повлекло причинение крупного ущерба или существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства». Как известно, Салахутдинов начинал свою карьеру с работы в правоохранительных органах. Он дипломированный юрист и в тонкостях законодательства, тем паче земельного, разбирается прекрасно. Так что версию, будто глава администрации просто не ведал что творит, можно сразу же отмести. Теперь уже нет нужды гадать, почему Салахутдинов пошел на нарушение Уголовного кодекса: из жалости к инвалидам или ожидая от них материальной благодарности за «демпинг», т.е. отката. Но даже если Эдуардом Ильгизовичем двигали исключительно благородные мотивы, то почему он взялся облагодетельствовать инвалидов за казенный счет? Хочешь быть меценатом – плати из собственного кармана, а не ущемляй интересы муниципалитета. Тем паче «втихую». А главное – закон есть закон, и любой чиновник обязан его исполнять. Высококвалифицированный юрист Салахутдинов не мог не знать данной прописной истины. Впрочем, не будем отвлекаться на нравоучения, а вернемся к сути проблемы. Поскольку проведенная сотрудниками УФСБ проверка законности принятых Салахутдиновым решений показала, что признаки состава преступления налицо, а объяснения, данные главой администрации, оказались неубедительными, 10 декабря 2014 года материалы проверки поступили в Следственное управление Следственного комитета РФ по Нижегородской области. Лейтенанту юстиции Нестерову буквально одного дня хватило, чтобы понять: Салахутдинов виноват в том, в чем его обвиняют. Теоретически главе Кстовской городской администрации грозило не самое смехотворное наказание: он мог даже отправиться под арест на срок до трех месяцев. Однако подобные преступления имеют очень короткий «срок давности». И если со дня совершения преступления истекло два года, человек освобождается от уголовной ответственности. Так получилось, что в ноябре 2014 года как раз исполнилось два года с тех пор, как Салахутдинов подписал распоряжение о выделении земли. Поэтому от ответственности он ушел, в возбуждении уголовного дела было отказано. Но это не дает Салахутдинову права говорить о полной невиновности. Как юрист он хорошо знает, что «протяжка» дела по времени – это не реабилитирующее обстоятельство. Кстати, высокий кстовский чиновник при желании мог не согласиться с такой формулировкой закрытия дела, настоять, чтобы оно дошло до суда, и там, после рассмотрения по существу, «обелить честное имя». Но почему-то предпочел этого не делать. Значит, понимал, что действительно нарушал закон? Району нужна сильная власть Резюмируя все вышесказанное, отметим, что с землей в Кстовском районе ловчат многие. На одном только Салахутдинове свет клином не сошелся. Судя по всему, земли на берегу Волги, в зоне расширения Нижнего Новгорода, прекрасно подходят для жилой и коттеджной застройки. А значит, они очень ликвидны и представляют собой довольно лакомые куски. При этом в Кстовском районе давно уже нет никакого порядка, отсутствуют контроль и финансовая дисциплина. Все это вкупе создает благодатную почву для махинаций с землей. И это еще одна причина того, что здесь остро назрела необходимость в появлении сильной централизованной власти. Судя по всему, точку в материале ставить нельзя. Логичнее написать: