Законодательно подтверждено, что в Нижегородской области числятся заброшенными 40 процентов пахотных земель! 16 июня состоялось заседание комитета по АПК Законодательного собрания Нижегородской области. Обсуждалась реализация областного закона «Об осуществлении оборота земель сельскохозяйственного назначения». При этом были озвучены просто убийственные цифры: оказывается, в регионе осваивается только 60 процентов площадей, отведенных под пашни. В принципе, «ЛС» еще полгода назад поставила в известность читателей, что 40 процентов пахотных земель в нашем регионе не осваиваются, продолжая зарастать бурьяном. Когда мы обнародовали эти цифры, из министерства сельского хозяйства Нижегородской области в наш адрес посыпались гневные упреки. Дескать, только и делаете, что очерняете действительность, господа журналисты. Теперь эти данные оказались официально подтверждены на самом высоком уровне – в нижегородском областном законодательном собрании. Бесхозные земли — голодные люди Конечно, 40 процентов заброшенной пашни – это, что называется, средняя температура по больнице. Где-то, например в Сеченовском, Большеболдинском или Починковском районах, засеяно фактически всё, что только можно засеять. Поскольку там черноземная зона, более-менее вменяемое руководство, а развитием сельского хозяйства до недавнего времени… занималось подразделение «Газпрома» – «Газпромтрансгаз Нижний Новгород». Есть более «гиблые» места, вроде не к ночи помянутого Гагинского района, где в силу ряда обстоятельств не обрабатывается примерно половина пахотных земель. А есть и районы с полностью потерянным сельским хозяйством. Показатели, безусловно, удручающие. Особо тяжкое впечатление они производят, если вдуматься, что за данными сухими цифрами стоят живые люди, судьбы их семей. Что такое 800 тысяч гектаров необрабатываемой пашни? Это тысячи крестьян, оставшиеся незанятыми. И даже без возможности альтернативного выживания. Известно, что многие селяне выживают за счет личных подворий. При этом часть сельских жителей передала свои паи в ближайшие СПК в надежде бесплатно получать натуральную продукцию сельхозпроизводства (сахар, мука, растительное масло, комбикорма). А когда сельхозпредприятия не работают, то и паи остаются невостребованными. В такой ситуации отпадает смысл держать домашнюю скотину и птицу. Другой работы (кроме занятости в СПК) в сельской местности зачастую нет никакой. Многие бывшие колхозники даже на биржу труда встать не могут. По той причине, что являются собственниками паев (акционерами). Получается, за ними числятся акции СПК (которые были выданы за паи). Правда, зачастую они этих ценных бумаг даже в глаза не видели. Передали их в пользование и не могут концы найти. При этом акции земельных фондов давно заложены и перезаложены в третьи и четвертые банки. Между тем главы районных администраций только рады такому раскладу и даже сами порой (как Савкин в Гагино) требуют от органов соцзащиты не ставить на учет безработных, чтобы не ухудшать статистику муниципалитета. Чтобы доложить наверх: безработица в районе минимальная! Есть смысл поразмышлять: почему в нашем регионе фактически половина земель числится как заброшенная? Почему земли никто не обрабатывает? Парадоксально, но те же главы районов заинтересованы скорее разорять сельхозпредприятия, нежели им помогать. Потому что руководители успешных сельхозпредприятий могут выступить на выборах (и как правило, выступают) политическими конкурентами руководителей администраций. А последние всячески стараются вытоптать всю конкурентную среду района. Пример. В том же Гагинском районе глава администрации Савкин без устали уничтожал СПК «Ломакино», возглавляемое его политическим оппонентом Николаем Агаповым. «Благодаря» позиции местной власти успешное предприятие не сумело выбить из областного бюджета 9 миллионов рублей на развитие производственной базы, влезло в долги, начало сдавать в аренду активы. Элитное стадо коров численностью 350 голов, приносившее прибыль в полтора миллиона рублей и дававшее работу жителям населенного пункта, было пущено под нож. В итоге десятки людей в населенном пункте Ломакино остались без работы. Такая порочная практика (гнобить политических конкурентов из числа руководителей успешных хозяйств) процветает во многих районах Нижегородской области. Что в такой ситуации остается делать селянам? Да ничего. Собирать нехитрые пожитки, менять место жительства. Народ, в особенности молодежь, массово уезжает из глубинки в крупные города (преимущественно в Москву), пополняя и без того переполненную армию низкоквалифицированных рабочих. В итоге в Нижегородской области вымирают целые деревни! Кстати, «ЛС» в будущем планирует посвятить этой теме журнал, а может, даже книгу. С рабочим названием «Населенные пункты Нижегородской области, которых больше не существует». Кто виноват, что делать? Согласимся, процесс урбанизации по естественным причинам происходит повсеместно. Но это оправданно, если людей вытесняет высокопроизводительная техника. Руководителям предприятий АПК выгоднее потратиться на современное оборудование, в разы увеличивающее эффективность производства, чем содержать работников. Но ведь в Нижегородской области ничего подобного не наблюдается! У нижегородских аграриев только 40 процентов тракторов и 52 процента комбайнов не превысили срок допустимой амортизации, то есть моложе 10 лет. Темпы обновления парка сельхозтехники фактически нулевые. Соответственно, отток населения из сел в города с прогрессом никак не связан, а происходит именно из-за сокращения посевных площадей и падения объемов сельхозпроизводства. В регионе, кстати, всего за 5 лет произошло сокращение на 53,7 тысячи гектаров. Что соответствует посевным площадям консолидированных Лысковского, Спасского и Пильнинского районов. При этом регресс налицо не только в растениеводстве. На 49700 голов за 5 лет сократилось поголовье КРС, уменьшаются объемы производства молока. Какое уж тут импортозамещение! На прилавках наших магазинов продукцию местных сельхозпроизводителей вытесняют продовольственные товары не только зарубежных конкурентов, но даже провиант, произведенный в соседних республиках (в Мордовии, Чувашии, Марий Эл). И это неудивительно. В соседних национальных республиках с сельским хозяйством все более-менее в порядке. Хотя природные условия примерно те же. Значит, проблема не в каких-то объективных причинах, а в крайне непрофессиональном, даже бездарном руководстве отраслью. Причем вирус слабоумия, поразивший региональное министерство сельского хозяйства, оказался крайне заразной штукой. Философия Шарикова на заседании ЗСНО Вернемся к вышеупомянутому заседанию комитета по АПК Законодательного собрания. Когда там стали решать, что же делать с 40 процентами заброшенных пашен, с удивительной инициативой выступил руководитель Торгово-промышленной палаты Дмитрий Краснов. «На данный момент огромное количество полей, которые, как мы полагаем, можно обрабатывать, таковыми на самом деле не являются. Деревья на них растут уже по 10 лет, и нужен совершенно другой способ рекультивации. Особенно много таких участков на севере области. Их можно отдать людям, которые выращивают лес», — заявил он. Вообще замечательное предложение! Ярко выраженные шариковские идеи в нижегородском звучании. Только вот известно ли господину чиновнику, что качественный лес, необходимый под сруб, произрастает на таких землях лет по 30-50? А что же все это время делать селянам? В спячку, что ли, уйти? Так что, при всем уважении к господину Краснову, с тем же успехом он мог предложить закатать бесхозные поля в бетон, открыть там платные автопарковки или построить на необрабатываемых полях нижегородский космодром. Любопытно, что желающих покорить целину найдется немало. Тому же бизнесмену Андрею Климентьеву объемы только дай! Вот только главы районов всеми силами противятся приходу в свои вотчины крупных инвесторов. Потому что те категорически не собираются играть «в подкидного» взятками с районными чиновниками. И вот на этом фоне стало известно, что в 2015 году Нижегородская область получит из федерального бюджета свыше 470 миллионов рублей в качестве субсидий на развитие растениеводства, переработки и реализации продукции растениеводства. Впечатляющая новость! Нет никаких сомнений, что почти полмиллиарда целковых будут «успешно» освоены. Только будет ли от этого прок крестьянам (а неконкретным чиновникам минсельхоза)? По бумагам финансирование сельского хозяйства у нас и так год от года увеличивается. С 2009 года оно поднялось на 2 миллиарда рублей! Однако эффекта СПК и крестьяне не ощущают никакого. Кстати, месяц назад прокуратура выявила многочисленные нарушения при предоставлении мер государственной поддержки сельхозпроизводителям Нижегородской области. В частности, Выксунская городская прокуратура в ходе проверки правомерности использования сельскохозяйственной организацией средств субсидий на возмещение части затрат на 1 литр реализованного молока выявила факты завышения фактического объема реализованной продукции с целью неправомерного получения мер государственной поддержки. Вот и федеральные сотни миллионов рублей, скорее всего, тоже будут потрачены бездарно. Их даже не в землю закопают, а по ветру развеют. Или набьют ими чьи-то бездонные карманы. Так что же делать в такой ситуации? «ЛС» предлагает следующий порядок действий. В первую очередь, необходимо срочно менять нынешнего министра Алексея Морозова на более молодого, энергичного, а главное, более сведущего в делах сельского хозяйства управленца. При этом для самого Морозова (если уж он так ценен для нижегородского агропрома) стоит предусмотреть иное профессиональное применение. А именно – через год (в сентябре 2016 года) делегировать в Законодательное собрание и определить председателем аграрного комитета. Николай Шкилев, безусловно, многое сделал для развития АПК региона. Но ему уже 67 лет. Пора подыскать этому заслуженному человеку более спокойную и одновременно почетную должность. Морозов же на его месте, возможно, будет смотреться органично, сможет давать своему преемнику в министерском кресле ценные советы, делиться богатым опытом и даже вполне грамотно критиковать местный агропром. Думается, губернатору Шанцеву самое время задуматься о возможности кадровых перемен. Иначе сельские жители могут не понять, потому что совсем уже поздно будет…