Страшна российская пьянка, бессмысленная и беспощадная. И опять закончилась она трупом На сей раз история приключилась в селе с нерадостным названием Чмутово в Павловском районе. Там в частном доме на две семьи жила супружеская пара Анны и Леонида К., а через стенку — подруга Анны и любовница Леонида Наталья Р. Вот так вот все было у этих селян запутано. Впрочем, сами они никакой путаницы не усматривали. Анна была совершенно не против того, что ее муженек время от времени проминает соседскую кровать. Все ж таки подруга! Вот и в этот вечер супруги пригласили Наталью вместе попить водки и пообщаться на произвольные темы. Процесс затянулся далеко за полночь. Анну, правда, из-за стола к этому времени прогнали: нарезавшись, она впала в полный неадекват — плакала, уверяла, что видит сидящими с ними за столом давно умерших родственников, потом вдруг схватилась за нож и набросилась с ним на Леонида. Померещилось ей, будто не муж это, а самый натуральный черт в его обличье. В общем, притомила Анна собутыльников своими странностями. Те вздохнули с облегчением, когда она все-таки дочикиляла до кровати, хряпнулась на нее и захрапела. Меж тем Леонид начал жаловаться любовнице, что ее подруга и по совместительству его жена совсем в последнее время берега потеряла. Каждый день до таких вот чертей напивается. Намедни вообще в кровать к нему с топором залезла. Сказала, будто кто-то ночью их убивать придет, вот топором обороняться и будет. Так и не сомкнул Леонид глаз всю ночь: боялся, что Аня опять что-то попутает и приголубит родного мужа топориком. Из всего рассказанного Леня сделал небанальный вывод: Аньку надо бы саму прибить, пока она бед не натворила. К такому повороту событий Наталья была не готова и начала убеждать в том, что есть менее радикальные способы воздействия на жену-выпивоху. Клиники там какие-то, реабилитационные центры. На крайняк можно просто пару раз морду набить или из дома выгнать. Но уже через несколько минут Наталья поменяла свою миротворческую позицию на прямо противоположную. Дело в том, что ее новая, купленная в райцентре на рынке замшевая куртка была опрометчиво положена на кровать, на которой выводила носом рулады хозяйка. И ладно бы та просто слегка помяла модную вещицу своим филеем. В спящей Анне взыграли естественные потребности, и она, даже не просыпаясь, опорожнилась по-большому и по-маленькому одновременно. Уловив характерный запах, любовники пошли посмотреть на его источник. Ну и убедились в том, что кровать, а самое главное, куртка изгвазданы до непотребного состояния. Разъяренный Леонид кинулся душить спящую жену. Но никакого результата, кроме того, что сам поскользнулся, упал и перемазался в дерьме, это не принесло. Наталья решила, что к вопросу убиения зловонной подруги надо подойти обстоятельней. Пока Леонид бегал в баню обмываться, она сходила к себе домой и принесла кусок веревки. Обмотала вокруг шеи Анны, потянула за один конец, велев Леониду тянуть за другой. Увы, техническое новаторство не помогло. Капроновая веревка не в силах была пережать мощную выю безмятежно храпевшей Анны и только врезалась в руки душителям, что вносило в процесс определенный дискомфорт. Наконец Леонида осенило. Он сбегал на кухню за ножом и ударил им жену в область сердца. Убить не убил, но разбудил. Осознав себя измазанной дерьмом и мочой, с болтающейся на шее веревкой и с дыркой под левой грудью, Анна заподозрила, что муж и подруга затеяли что-то нехорошее. На всякий случай она закричала и втетерила Леониду в глаз. Отлетев в угол, он там и затих, сделав вид, что его нет дома. Тем временем на Анну сзади набросилась коварная подружка. Повалила слабеющую от потери крови хозяйку на пол, запихала ей в рот полотенце и скомандовала, чтобы дезертировавший было Леонид добивал жену. Тот послушался и еще раз ударил Анну ножом в сердце. На этот раз вышло удачнее: женщина захрипела, забилась в агонии и затихла. Убедившись, что дело сделано, полюбовники вернулись к столу. И тут выяснилось, что выпить за упокой души-то и нечего! Поэтому Леонид дал Наталье денег и велел где угодно достать выпить. «Где угодно» оказалось домом местной фельдшерицы. У нее Наталья прикупила разведенного спирта. А заодно попросила оказать одну пустяшную услугу. Сказала, что, мол, только что с Ленькой зарезали его жену, но сомневается: верно ли, что совсем зарезали? Если не совсем, то Анька, как оклемается, таких люлей им навешает, что даже представить жутко. Так вот, не сходит ли уважаемый фельдшер посмотреть на труп Анны и не скажет ли авторитетно, мертв этот труп или его еще надо ножиком потыкать для гарантии? Сельский лекарь от такой просьбы впала в ступор. Но посмотреть пошла. Пришли, смотрит — действительно труп. В чем разволновавшуюся Наталью и уверила. Подумала было, что сейчас и ее тут рядом уложат. Как свидетеля. Обошлось. Поблагодарив превратившуюся от страха в соляной столп фельдшера, Наталья настойчиво указала ей на дверь. Дескать, ночь на дворе, пора нам с Леней спать ложиться. Короче, выбежав опрометью из нехорошего дома и чуток придя в себя, фельдшер позвонила в полицию, и приехавшая опергруппа выспаться убийцам так и не дала.