Странная и запутанная история случилась с бывшим замначем следственной части ГУ МВД по ПФО Николаем Мамчуром в Якутии. Его там местные полисвумен обвинили, ни больше ни меньше, в секс-терроризме! Якобы кого-то изнасиловал, а кого-то только пытался… Свою карьеру Мамчур начинал следователем в Советском районе Нижнего Новгорода. Пареньком он был дотошным, и, как правило, все его дела доходили до суда. С годами рос профессионализм. Хваткого следака приметило начальство, и попер у Николая карьерный рост. Впрочем, причину его взлета объясняют и по-другому. Злые языки говорят, что сажал Мамчур всякую шелупонь без гроша в кармане и блата за душой. Зато умел на лету схватывать намеки отцов-командиров и заваливать дела, по какому-то недоразумению заведенные на «хороших людей». Так или иначе, стал Мамчур начальником следствия Советского околотка, потом замначем, а вскоре занял кабинет в окружном управлении МВД. И были все предпосылки, что не за горами тот день, когда Николай поменяет на своих погонах три алюминиевых полковничьих звезды на одну вышитую – генеральскую, став самым главным следователем Приволжья. Однако случилась какая-то старательно до сих пор скрываемая от общественности фигня, после которой Москва (а касательно персон уровня Мамчура принимают решения именно там) сделала вывод, что гнать Николая из органов будет перебором, а вот якутская ссылка – то, что доктор прописал. Формально же перевод некогда перспективного нижегородского полковника в тундру, куда Макару лень было оленей гонять, обозвали укреплением местных кадров. Мамчур прекрасно понимал, что новая его должность, по сути, является карьерным тупиком. Возможно, от этой беспросветности и начал гражданин начальник чудить. Сначала всё выглядело безобидно и где-то даже вызывало сочувствие. Например, частенько, завершив все свои рабочие дела, Николай запирался у себя в кабинете и в одно лицо до упаду вкушал что-нибудь нажористое. Внимания на это особо не обращали, благо на результаты раскрываемости якутского следственного управления это никак не влияло. Но однажды случилось такое, что проще детально представить себе квадратный круг в сферическом вакууме, нежели предположить, что заслуженный и уважаемый человек окажется вдруг мерзавцем. А произошло следующее. Теплой весенней ночкой господин полковник опять общался тет-а-тет с бутылочкой в своем кабинете. И вдруг стало ему грустно и одиноко. Обычно в таких случаях мужики едут к жене или к любовнице. На крайняк сауну с девочками организовать можно, и грусть-тоску как рукой снимет. Но Николай простых путей не искал. Потыкал он в кнопочки коммутатора и вызвал к себе 24-летнюю девушку М. Интересно то, что М. была не просто эффектной дамой, а еще и сержантом комендантской роты местного управления МВД. В обязанности там входят ночные дежурства, пропускной режим, «подай, принеси, ничего не трогай». В общем, можно сказать, люди незаменимые. Полуночному вызову к заместителю начальника следственного управления М. слегка удивилась, тем более что напрямую ему не подчинялась. Но в кабинет все-таки поднялась: мало ли какие срочные поручения возникли? Или сердце у офицера от напряженной работы и отдыха прихватило, или в ресторацию за лечебным вискариком неотложно сгонять надо. Но все предположения оказались неверными. Для начала Мамчур предложил даме кофию. Та не посмела отказаться. Но дальнейшее поведение господина полковника повергло сержанта в ступор. Он вдруг шустро снял штаны с труселями и пошел на опасное сближение своим хозяйством с лицом поперхнувшейся от непредсказуемости событий женщины. Та попробовала воззвать к офицерской чести и совести. Мол, она, будучи замужней, не может себе такого баловства позволить, да и Мамчур человек женатый. Полковник вместо ответа схватил М. за волосы и потянул ее голову сами понимаете куда для приступления к немедленному оральному соитию. Сержанту пришлось довольно неделикатно отпихнуть сначала полковничьи причиндалы, потом самого еле стоящего на ногах хозяина кабинета и выбежать вон. Уже со своего поста М. начала названивать личному начальнику и его заму. Те спросонья ничего не поняли. После третьего или пятого сбивчивого пересказа истории поняли, но не поверили. Однако ж приехали поинтересоваться, чего такого забористого их сержант на посту покурила. Но М. оказалась в полном адеквате, если не считать нервной трясучки. Вместе с ней начальник комендантской службы МВД Якутии и его заместитель поднялись в кабинет Мамчура. И застали бесштанного Николая мирно посапывающим на диванчике. Добудившись господина полковника, делегация ничего разумного от него не услышала, кроме стандартных обещаний всех уволить и посадить. Уже утром М. написала заявление о попытке изнасилования в Следственный комитет. Разумеется, тайной для сослуживцев и особенно сослуживиц это не осталось. И тут случилось неожиданное. В СК в этот же день явилась еще одна девушка-сержант комендантской роты. 22-летняя Т. рассказала под протокол, что полковник Мамчур уже несколько раз принуждал ее к вступлению в сексуальную связь. Отказать ему она боялась, так как Николай угрожал увольнением с работы. Еще, мол, наркотики у тебя до кучи найдут. Пожаловаться своему начальству или в управление собственной безопасности она стеснялась, так как считала, что Мамчур обязательно выкрутится и тогда стопудово устроит ей нескучную жизнь. (М-да, показательно мнение молоденькой полицейской о собственной структуре.) Короче говоря, в СК на заместителя начальника следственного управления завели уголовное дело по двум эпизодам – об изнасиловании неоднократно состоявшемся и одном незавершенном. Впрочем, дело завели на уже бывшего замнача следствия. Когда изумленному шефу МВД Якутии доложили о проказах его подчиненного, тот сначала рвался его самолично загрызть, но потом ограничился приказом об увольнении. Поросенка тамошнему генералу следователь-насильник подложил крайне упитанного. Дело в том, что аккурат сейчас в Якутии работает инспекторская проверка из Москвы. Недочетов в работе, а то и откровенных косяков столичные инспектора накопали изрядно. Но начальствующий полицейский чин, насильно трахающий в своем служебном кабинете молоденьких сержантов, – это вообще кино и немцы. Узнав о том, чего отчебучил муженек и что это у него за «ответственная сверхурочная работа», после которой он заявляется домой под утро и в лоскуты пьяный, супружница Николая засобиралась к маме в Нижний Новгород. Сам же Мамчур, поняв, что всё серьезней некуда, залез в ванну и перерезал себе вены. Но кровью истечь не успел. Родственники не дали. Теперь Николай в крайне тяжелом положении находится в реанимации. Что будет дальше, «будем посмотреть». Некоторую странность всей этой истории придают два момента. Во-первых, то, что заместитель начальника якутского следствия – злостный половой разбойник, выяснилось именно во время инспекторской проверки. Ни раньше, ни позже. (Хотя каких совпадений в жизни не бывает!) Во-вторых, подавляющее число нижегородских полицейских, когда-то работавших с Николаем Мамчуром, а также коллеги-журналисты уверенно говорят, что Николай Федорович не мог такого совершить. Не такой, мол, человек. Будто бы очень может быть, что подцепил он на серьезный крючок кого-то из якутских «хозяев жизни», вот и организовали полковнику подлянку с фейковыми изнасилованиями и подставными потерпевшими. К тому же М., будучи «Мисс МВД Якутии», якобы ведет богемный образ жизни и даже крутит шашни то с местными преступными авторитетами, то с якутским олигархатом. Правда, имен этих авторитетов и барыг никто толком назвать не может. Остается верить, что следствие во всем разберется, тем паче дело на контроле в Москве. И если имеет место быть подстава любящего выпить, но в целом честного офицера, – есть надежда, что для столичных кабинетов у недоброжелателей Мамчура конвертики тонковаты.