Жителей поселка убивать нельзя. А вот кастрировать – нужно. Так решил Сосновский районный суд. Туда с иском на поселковую администрацию обратилась местная жительница Н. У нее вот какая беда приключилась. Посреди ночи стая бездомных псин в клочья разодрала одну из стен ее частнособственной теплицы. Причем сделала это не просто из хулиганских побуждений. Дело в том, что именно в теплице Н. зачем-то держала десять индюков, четырех цесарок и трех петухов. Весь этот птичий зоопарк бессовестные собакины умертвили и сожрали прямо на месте. Помешать их бесчинству Н. побоялась, опасаясь сама стать очередной строчкой в меню запоздалого ужина четвероногих недругов человека. Зато утром пошла в суд и накатала иск на администрацию, которая, понимаешь, позволяет такой разгул и беспредел на вверенной территории. В оконцовке иска Н. просила суд обязать администрацию поселка выплатить ей стоимость съеденного псами птичьего поголовья, а также возместить моральные терзания, кои пенсионерка оценила в 10000 рублей. Это было не заседание суда. Это была песня. Особенно впечатлило соло представителя администрации. Во-первых, он резонно заметил, что точных данных о количестве съеденных птиц, за исключением слов истицы, у суда нет. Откуда ж знать, что сожрано именно десять индюков, четыре цесарки и три петуха? Вдруг они попросту разбежались, будучи в состоянии аффекта? Во-вторых, полномочия администрации в соответствии с законодательством сводятся лишь к тому, чтобы отлавливать, стерилизовать и выпускать обратно на волю собак, которых представитель ответчика остроумно назвал «естественными обитателями поселка». Как вы, гражданка Н., можете доказать, что псы, совершившие налет на вашу теплицу, были не кастрированы? В-третьих, умерщвлять положено заразных и больных животных. В нашем же случае песики были просто голодные. Что болезнью вовсе не является. Как и следовало ожидать, в иске Н. изрядно повеселившимся судьей было отказано.