Полтора миллиарда рублей, выделенных на развитие сельского хозяйства в течение пяти лет, в Перевозском районе бесследно растворились… Стало известно, что две недели назад заместитель главы по вопросам управления муниципальным имуществом и земельными ресурсами администрации Перевозского района 58-летний Сергей Резниченко покончил жизнь самоубийством. Накануне ноябрьских праздников, в четверг, высокопоставленный чиновник не появился на работе. Несколько часов спустя его обнаружили дома повешенным... Делом уже занялся Следственный комитет. Официальная версия суицида на момент написания статьи не названа. По городу Перевозу упорно распространяется информация, что Резниченко свел счеты с жизнью, потому что крупно проигрался в карты. Однако знающие его люди не могут это подтвердить. Они говорят, что Сергей Александрович был человеком ответственным, порядочным, что называется, советской закалки. Из-за разных пустяков в петлю бы не полез. Скорее всего, самоубийство Резниченко связано с его профессиональной деятельностью. Это мрачное событие натолкнуло журналистов «ЛС» на мысль: что же такое творится в Перевозском районе, если руководитель блока муниципального имущества, проработавший там 4 года, решился на столь отчаянный поступок? Мы провели журналистское расследование на эту тему и выяснили немало неожиданного, а подчас даже тревожного. Район с высокими возможностями Потенциал Перевозского района вполне позволяет ему занимать в Нижегородской области лидирующие позиции по части социально-экономического развития. Здесь достойные природные условия для ведения сельского хозяйства – проходит полоска черноземной зоны. Лет двадцать назад район действительно значился в лидерах. Сейчас же, даже по изрядно «причесанным» официальным данным, в статистике болтается где-то в серединке. Хотя в реальности ситуация еще более удручающая, чем обозначена в статистической отчетности правительства области. Почему же Перевоз валится в крутое пике? В районе сформировано устойчивое мнение, что корень проблем кроется в слабости и высокой коррумпированности муниципального руководства. Не в лучшем свете предстает фигура главы администрации Перевозского района Юрия Ошарина. Районом он руководит уже 13 лет. Что называется, человек «крученый» — все ходы и выходы знает. В 2003 и 2007 годах избирался главой местного самоуправления, а 26 декабря 2012-го депутаты Земского собрания утвердили его сити-менеджером. Всякий раз, претендуя на руководящую должность в районе, Ошарин щедро раздавал избирателям разнообразные обещания. Однако, как показала практика, в большинстве случаев за этими красивыми посулами не следовало реальных дел! Вот несколько наиболее ярких примеров. В 2004 году Ошарин впервые пообещал, что в районе будет построен кирпичный завод. В 2007-м заявлял, что кирпичный завод уже строится. Правда, через год сам себя опроверг, сказав, что это предприятие только будет строиться. С 2004 года минуло 12 лет, а кирпичного завода в Перевозе как не было, так и нет. Опять же только на бумаге остались планы пустить в эксплуатацию предприятие по переработке рапса и завод по изготовлению деталей для малоэтажного строительства. За время пребывания Ошарина у власти в Перевозском районе закрылась почти половина школ. Серьезные проблемы наметились в системе местного здравоохранения. В райцентре какие-то источники дохода имеются главным образом у бюджетников (работников еще не закрывшихся муниципальных структур, а также пенсионеров) – другой работы здесь почти не осталось. В окрестных деревнях и селах жизнь еще тяжелее. Между тем, повторимся, потенциал у Перевозского района очень хороший. Точки роста налицо. Только за счет АПК можно было повысить качество жизни населения в разы (в сельской местности народ зарабатывал бы на жизнь сельхозпроизводством, а в городе – переработкой). Но этого не происходит. Что крайне удивительно, поскольку областное правительство не скупясь закачивает средства в сельское хозяйство района. Только с 2009 по 2013 год местным сельхозпредприятиям было предоставлено субсидий почти на миллиард рублей. Это три годовых бюджета Перевозского района! Таких средств хватило бы, чтобы с нуля основать крупнейший в регионе агрохолдинг, кормящий весь район и половину области. Но такового в этих краях не было, да и вряд ли появится. Огромные вложения, по сути, растворились в воздухе. От них нет абсолютно никакого эффекта! Куда же делись колоссальные средства? Согласно документам, они действительно разошлись на поддержку местных сельхозпредприятий. Но проблема в том, что и сельхозпредприятия эти в большинстве случаев… миражи. Этакий аналог городских фирм-однодневок, открываемых исключительно для увода и обналички бюджетных денег. Чтобы доступно раскрыть схему, придется сделать небольшое отступление. Фактически добрая половина хозяйств в Перевозском районе принадлежит фермерам езидского происхождения. Езиды – это курдская этноконфессиональная группа. В России их диаспоры официально зарегистрированы в Екатеринбурге, Иркутске, Самарской области. Сургуте, Туле, Ульяновской области, Ярославле и Нижегородской области. По удивительному стечению обстоятельств, самая мощная езидская община в нашем регионе обосновывается как раз в Перевозском районе. Но суть, впрочем, не в этом, а в том, что районная администрация, которая адресно распределяет бюджетные средства, поступающие из области и федерального центра на поддержку сельского хозяйства, почему-то отдает предпочтение именно хозяйствам этих более чем странных фермеров. Побывав в Перевозском районе, мы собственными глазами увидели, что представляют собой «фермы». Это нечто иногда огороженное, а порой даже не огороженное плетенным из ивы забором, за которым разбросаны какие-то невнятного происхождения кучи мусора и сгнившие, разваливающиеся постройки а-ля домик дядюшки Тыквы – того и гляди они сложатся от первого же порыва ветра. В разгар рабочего дня там абсолютно безлюдно. В полном смысле слова. По крайней мере, на так называемых фермах мы вообще не заметили ни одной души, ни одного животного. Ясно как божий день, что все эти фермы – фикция, «потемкинские деревни». Но это еще полбеды. Оказывается, с 2009 по 2013 год в Перевозском районе на бумаге было создано около 50 крестьянско-фермерских хозяйств. И столько же было закрыто! Вырисовывается следующая типовая схема. Некий предприниматель регистрирует КФХ. На его развитие выделяются государственные субсидии. Сначала 300 или 500 тысяч рублей, потом полтора миллиона. Причем деньги эти невозвратные. За их расходование надо, по идее, только отчитываться, а отдавать их никто не требует. «Поработав» непродолжительное время, хозяйство благополучно ликвидируется. Хозяин говорит – мол, пытался, но бизнес не пошел, я разорился. Удивительно, но никаких вопросов к таким горе-фермерам у муниципальных властей почему-то не возникает. Хотя они обязаны поинтересоваться, на что конкретно были потрачены бюджетные средства. На месте только что почившего в бозе сельхозпредприятия тут же возникает новое КФХ. И афера прокручивается по второму кругу, затем по третьему, четвертому, пятому… Главное, чтобы хозяева у КФХ были разные. Но семьи местных фермеров, о которых говорилось выше, традиционно многочисленны, родственников у всех очень много, так что число таких каруселей может закручиваться практически до бесконечности. При этом стада КРС, под которые выделяется господдержка, либо передаются «по наследству», либо вообще являются виртуальными. Кому я должен – всем прощаю Схожим образом так называемые фермеры берут льготные кредиты в банках, гарантом которых выступает районная администрация. Именно с кредитованием связан занятный эпизод, который даже уже освещался на одном из нижегородских телеканалов. Некий господин по фамилии Бшарян (главой езидской диаспоры в Перевозе тоже по странному стечению обстоятельств является некто Княз Бшарян), скупив паи у жителей села Большие Кемары, стал владельцем ООО «Кемары». После чего практически в ультимативной форме предложил нанятым работникам сельхозпредприятия взять в бутурлинском филиале Российского сельскохозяйственного банка кредиты из расчета один миллион рублей на душу! Говорил, что у него там всё схвачено и деньги работающим выдадут без проблем. А целковые для расчета с банком он пообещал людям выплачивать лично. 39 человек согласились на эти условия, и кредиты действительно были получены. С людьми в Бутурлино ездил кассир ООО «Кемары», которому «заемщики» тут же передавали все полученные в банке деньги. Однако со второй частью обещаний наметились проблемы. Группа заемщиков, официально числящихся должниками, уже три года не может получить с хозяина деньги, чтобы начать расплачиваться с банком. «Руководитель попросил меня помочь предприятию. Кредит оформили на меня, но денег я даже не видела, только расписалась. Хозяин по кредиту сначала платил, а потом перестал. У меня описали всё имущество, вплоть до люстры. Даже детям стыжусь об этом рассказывать!» – сокрушается ветеринарный врач ООО «Кемары» Тамара Матвеева. Она зарабатывает 10 тысяч рублей в месяц, а отдавать ей теперь больше полумиллиона. Интересно, что люди получили целевые кредиты как начинающие фермеры – на развитие подсобного хозяйства, то есть проценты за них благополучно закрывает облправительство. Но все деньги, причем без обременения, получил хозяин сельхозпредприятия – и не хочет их отдавать. Между прочим, чтобы банк дал такой кредит, нужна справка из администрации района. И там «фермерам-банкротам» эти справки охотно выдавали. А потом бросили людей в беде... Работает московский СОБР! 22 июля надолго запомнится жителям Перевоза. Многие тогда подумали, что в районном центре разворачивается войсковая операция! В 7 утра на улицах города появились бронированные внедорожники московского СОБРа. Была оцеплена улица Кирова, где компактно сосредоточены особняки местных воротил сельскохозяйственного бизнеса, а также находится здание администрации Перевозского района. Выяснилось, что столичные спецподразделения обеспечивают прикрытие оперативных мероприятий, проводимых в рамках расследования уголовного дела по нецелевому использованию субсидий на поддержку сельхозпроизводителей и кредитов, взятых работниками ООО «Кемары» в Россельхозбанке. Были проведены обыски в помещениях управления сельского хозяйства районной администрации. Разыскивался и в итоге был задержан руководитель ООО «Кемары» Бшарян. Любопытно, что, видимо, на всякий случай заблокированным оказалось местное отделение полиции. Вероятно, следователи и оперативники из областного ГУ МВД справедливо опасались, что кто-то из перевозских коллег может допустить утечку оперативной информации. Расследование этого уголовного дела продолжается. Перевозский районный суд избрал Бшаряну меру пресечения в виде заключения под стражу. Но замглавы районной администрации неожиданно ходатайствовал о том, чтобы подозреваемого в целом букете тяжких экономических преступлений отпустили под подписку о невыезде (на фото внизу). Петицию с требованием «Свободу Бшаряну!» подписали десятки местных чиновников и депутатов. Под таким напором административных аргументов местной власти вышестоящая инстанция через два месяца приняла решение изменить Бшаряну меру пресечения на домашний арест и выпустила фермера из СИЗО. Таким образом, получается, что фермеры езидского происхождения с благословения районного начальства осваивают огромные государственные субсидии и льготные кредиты в банках, в реальности сельским хозяйством не занимаясь. На что же тогда тратятся огромные государственные средства? Чтобы догадаться, куда утекают финансы, достаточно проехать по улице Кирова в Перевозе. Там над более чем скромными домиками коренного населения возвышаются шикарные дворцы местных нуворишей, с гербами в виде кованых львов на воротах. Да и ездят эти аграрии отнюдь не на «козелках» или «Нивах». Предпочитают покупать самые дорогие и навороченные автомобили престижных марок: «Мерседес», «Порше Кайен» и т.д. и т.п. Почему же районная власть и лично Юрий Ошарин столь благодушно настроены к экспансии представителей этого сообщества? Почему таковым на перевозской земле всё дозволено? Версия на сей счет имеется. По району ходят легенды о том, как проводит свое свободное время местный сити-менеджер. Например, как-то раз в райцентре праздновали День милиции. Ошарин напраздновался так, что поздно ночью его служебный автомобиль не сумел на широченной главной площади Перевоза разъехаться с мирно припаркованной посередине «Волгой», принадлежащей местному таксисту. Служебное авто влетело в одиноко стоявшую отечественную легковушку, словно торпеда. Когда хозяин покореженной машины предъявил Ошарину претензии, тот, дабы не раздувать публичный скандал, тут же достал из кармана и выдал ошалевшему таксисту крупную сумму наличностью. Конфликт был исчерпан. Другой конфуз случился с сити-менеджером в один не самый прекрасный летний день, когда автомобиль с чиновником не ехал, а, можно сказать, «низенько влетал» в райцентр со стороны речки Пьяны (Ошарин возвращался с очередного загородного пикника). В тот самый момент, на свою беду, через дорогу попыталась перейти стая гусей. Бац – и во все стороны только перья полетели. Тушки птиц, перееханных авто, остались лежать на дороге. От стаи остались одни воспоминания. Когда хозяйка гусей обратилась к Ошарину с претензиями, последний не мудрствуя лукаво расплатился с женщиной пачкой наличных, которую опять-таки вытащил из кармана… Возникает вопрос: откуда у чиновника районного уровня берутся такие умопомрачительные деньги, чтобы каждый раз расплачиваться за очередной залет? Быть может, его финансируют благодарные за поддержку и покрывательство фермеры? Кроме того, некоторые местные жители считают, что более-менее сносные статистические данные, которые районная администрация поставляет в минсельхоз, появляются за счет бесчисленных приписок. В таком случае виртуальные стада и виртуальные надои так называемых фермеров очень даже кстати. Довольны обе стороны: у чиновников растут показатели, а сельхозпроизводители получают бюджетные деньги. Самое печальное, что, покровительствуя езидам-фермерам, компактное проживание которых в Перевозском районе при Ошарине увеличилось в разы, глава администрации продолжает по-хамски относиться к другим жителям. Так, предпринимательница Фирюза Никогосян из деревни Каменки, которая взяла на воспитание двух осиротевших племянников, стала добиваться предоставления им жилья взамен полуразрушенной хибарки. В итоге на бедную женщину теперь грозятся возбудить уголовное дело! А еще одного сироту администрация прописала в доме, которого не существует. Эта грустная история вообще достойна отдельного повествования. Отца и мать Александра Павлова лишили родительских прав, когда тот был еще маленьким, и ребенка забрали в детдом. А когда вырос, выяснилось, что жить ему негде: отчий дом был продан и разобран на дрова. Дальше другая напасть. Парень устроился пастухом на ферму – думал, заработает себе на новое жилье, но там его обвинили… в пропаже скота. «Овец, наверное, украли, но хозяин обвинил во всем меня. На меня повесили 140 тысяч рублей, и я год их отрабатывал», – рассказал Александр. Такие вот рабовладельческие нравы царят сегодня в районе. Всё это время парень бомжевал, потому что в администрации отказывались предоставлять ему квартиру по программе обеспечения жильем сирот – на том основании, что родители якобы оставили Павлову частный дом. Да только дома-то давно нет! В конце концов жилье Александру всё же выделили. Но через сколько мытарств пришлось ему перед этим пройти, сколько унижений вынести!.. В людях зреет недовольство И вот тут мы подходим к самой, на наш взгляд, серьезной проблеме Перевозского района. Основное население чувствует себя притесненным, качество жизни постоянно понижается. Люди беззащитны перед произволом властей. А на фоне этого наблюдают, как красиво живут приезжие фермеры. Как они без всяких очередей и проволочек получают регистрацию (возможно, за деньги). Как, не прожив и нескольких лет, выстраивают себе фешенебельные коттеджи, покупают дорогущие автомобили. «Мы здесь жили, вкалывали десятилетиями – и не можем себе такого позволить», – возмущаются коренные перевозцы. Кладбище езидских фермеров, расположенное возле райцентра, по соседству с местным скромным погостом, представляет собой некрополь, заложенный с размахом и шиком. Гранитные плиты высотой больше двух метров и огромные саркофаги поражают воображение обескураженных перевозцев. У нас так раньше только воров в законе упокаивали на Стригинском кладбище (Автозаводский район). В дни похорон к обособленному кладбищу выстраиваются очереди из дорогостоящих лимузинов – до нескольких километров. Здешнее население всё это уже стало изрядно раздражать. Тем более что приезжие, которых становится всё больше, порой пытаются навязывать свои правила игры. Так, предложили переименовать улицу Кирова в райцентре, на которой они компактно селятся. Здесь на «классовую ненависть» может наслоиться национальный фактор, что не просто тревожно, а взрывоопасно. Случись что – и в Перевозском районе может повториться история, произошедшая три года назад в Арзамасе. При этом более всего удручает, что почву под потенциальный конфликт так или иначе закладывает местная власть. Понятно, что это не злой умысел. Просто местные чиновники, похоже, весьма сребролюбивы, а эти люди, видимо, всегда готовы договариваться и при этом щедры на подношения. Но разве гражданам района от этого легче? Если «полыхнет», будет уже неважно, что послужило толчком к катастрофе. А чтобы этого не случилось, всего-то и надо, что соблюдать закон и не допускать того, чтобы кто-то был перед ним чуточку «равнее» других. Осторожный оптимизм, пожалуй, внушает лишь то, что в Перевозском районе активно работает Общероссийский народный фронт (ОНФ), и в частности известный эксперт этой организации Василий Михеев. Все бесчинства, творимые чиновниками, тщательно отслеживаются, а информация направляется руководству ОНФ в Москву. Собственно, это и есть задача «фронтовиков» – выявление точек социального напряжения, с тем чтобы общественный протест не вышел за рамки правового поля. Остается надеяться, что усилия активистов ОНФ принесут результат и события в Перевозском районе не пересекут опасную черту.