«АФОНЯ» ПРОТИВ УЧАСТКОВОЙ Крайне непонятная и некрасивая история никак не завершится в поселке Дружный Кстовского района. Там к трем годам зоны приговорили местного сантехника Андрея Дворцова. Вроде как за вооруженное нападение на полицейского при исполнении. Хотя видевшие происходящее сотрудники ДУКа и просто случайные прохожие рассказывают совсем другое... После приговора жильцы домов (всего больше полусотни человек), которые обслуживал Андрей, собрались даже на некое подобие митинга. В ходе которого организовали сбор подписей для пересмотра областным судом несправедливого, на их взгляд, приговора. Собрались даже президенту писать. Притом искренности в своем возмущении действиями властей людям не занимать. Говорили, что золотые руки дуковского сантехника буквально спасали жильцов от коммунальных катаклизмов – сгнивших бог еще весть когда труб и того, что условно называется канализацией. Доверяли «Андрюше» до немыслимой в наши времена степени: попросту описывали ему проблему, оставляли ключи и уходили на работу или по своим делам. Итак, выслушаем версию защитников Дворцова и его самого. В тот не самый лучший в его жизни день 45-летний Андрей с напарником обход по заявкам закончили довольно поздно. Вернулись отметиться о выполнении работ в родную контору. Потом взяли пивка и сели культурно отдохнуть у подсобки ДУКа. Но не получилось. Вдруг во дворе появилась участковая, капитан Оксана Пискижова, с двумя коллегами. Один из них резко свернул в сторону попивавших пивко работяг. Андрей испугался, что сейчас начнется канитель с составлением протокола за распитие, повезут на экспертизу в Кстово, потом в отдел. Затянется всё до ночи, и ночевать придется в камере. Потом штраф 500-рублевый придет, пробивающий ощутимую брешь в невеликой зарплате провинциального сантехника. В общем, сплошные житейские неприятности. Конечно, знай Дворцов наперед дальнейшее развитие событий, он бы смирно дождался офицера и снес все тяготы и лишения человека, оказавшегося не там и не в то время. А может, коп, видя, что тяпнувшие по стакану пива мужички для общественного порядка опасности не представляют и человеческое достоинство не унижают, и вовсе попросил бы их идти расслабляться домой или хотя бы в подсобку. Но случилось то, что случилось: Андрей побежал от полицейского. Чтобы запереться в той самой дуковской подсобке и сделать вид, что никого нет дома. Не успел. Офицер, ведомый инстинктом «если бежит, значит, что-то натворил», догнал невезучего сантехника и попытался повалить на землю. Тут показания Николая Калинина (тот самый полицейский) и Андрея Дворцова категорически разнятся. И что самое неприятное, никто из свидетелей подтвердить или опровергнуть слова кого-то из мужчин не может. Просто обратили внимание на происходящее, только когда события приняли совсем уж непредсказуемый оборот. Как утверждает Калинин, сантехник в ходе борьбы вдруг достал нож и ударил им полицейского в руку. Дворцов твердит, что нож действительно был. Тот, который им использовался на работе и лежал в спецовке вместе с другими мелкими сантехинструментами и расходниками. Но резать им он никого не собирался. Просто, когда коп обхватил Дворцова, пытаясь уронить на землю, нож выскользнул из одежды и оцарапал руку Николая. Сложно сказать, кто говорит правду. Но резать полицейского из-за 500-рублевого штрафа, да еще на глазах его коллег, – весьма безбашенное решение даже для полного отморозка. Которым ни разу не судимый и сплошь положительно характеризуемый Андрей отнюдь не являлся. Ладно, оставим этот эпизод на совести противоречащих друг другу мужчин, один из которых несомненно лукавит. А вот дальнейшие события двояко толковать уже не получится. Потому что на происходящее обратили внимание достаточно многочисленные свидетели. К этому моменту перепуганный Дворцов – нож, кровь на руке полицейского! – сопротивляться перестал и дал надеть на себя наручники. И тут к месту происшествия подоспела капитан Пискижова. (Стоит отметить, что их с Николаем коллега остался в стороне и в последующей бойне благоразумно не участвовал, лишь вяло уговаривая возмущенных очевидцев идти по своим делам.) Инспектор сразу же стала бить лежащего на земле сантехника ногами, целя каблуками в голову. При этом материлась так, что за ней надо было бы записывать одесским такелажникам. Лицо Дворцова залилось кровью, он звал на помощь и просил прекратить избиение. За что на него обрушивали новый град пинков. Отойдя от шока, видевшие всё это безобразие местные жительницы попробовали усовестить полицейских. Но теперь уже в их адрес полетели разряды высокопрофессиональной матерной ругани. Увидев из окна происходящее, работница ДУКа Светлана Б. выскочила на улицу и тоже попыталась остановить расправу. С тем же успехом. Если не считать успехом то, что участковая так же щедро поделилась с ней своим чудным лексиконом. Из-за того, что народу всё прибывало, везти уже лишь слабо постанывающего Андрея в камеру полицейские не решились. И передали его полутруп врачам вызванной кем-то скорой. В больнице диагностировали мозговой сотряс, множественные ушибы, кровоподтеки и рваные раны (дамские каблучки – вещь на умелых ногах страшная). Разумеется, после фиксации телесных повреждений Дворцова госпитализировали, а когда он слегка пришел в себя, то написал заявление об избиении со стороны Пискижовой и Калинина. Ему отказали без внятных объяснений – пять раз подряд. А заявления эти рассматривала следачка, которая возбудила на Дворцова уголовное дело по факту нападения на полицейского. Что совмещать как бы нельзя. Совсем. Другой следователь, лишенный профессиональной заинтересованности, заявления Андрея рассматривать был должен. Есть и другие чудеса. Показания людей, своими глазами видевших расправу, следователь посчитала несущественными. О как! Дальше. В ходе осмотра места происшествия вдруг выяснилось, что оно находится аккурат «под прицелом» сразу двух камер наружного наблюдения. Записи с них изъяли. А потом они (записи)... пропали куда-то. Прямо не отдел полиции, а Бермудский треугольник. Остерегусь предположить, но уж очень велики шансы дематериализации видеозаписей не из-за вечного российского раздолбайства, а ввиду того, что запечатлено на них то, что позволило бы дело против Дворцова закрыть. И открыть другое. То самое, по которому с упорством, достойным лучшего применения, Андрею пять раз отказники присылали. Что тут в заключение скажешь? Если кто не понял, речь в материале не о том, порезал ли Дворцов Калинина случайно или намеренно. Совсем о другом. Вдумайтесь: участковый (!), женщина (!!!) вместе с напарником избивает человека, нимало не стесняясь взглядов жильцов участка, который она обслуживает! Как вы думаете, кто-то из этих людей теперь пойдет к ней делиться своими бедами или за помощью? Я думаю, ответ очевиден. Что интересно, сотворение беспредела кстовским копам отнюдь не внове. Чтобы «нарваться», там достаточно просто выйти из подъезда выгулять собачку. Как это случилось с 34-летней кстовчанкой Кристиной Морозовой. Надо ж было такому случиться, что во время собачьего моциона во двор заехала патрульная машина. Остановилась напротив группы кучковавшихся у соседнего подъезда подростков. Патрульные о чем-то с ними переговорили (видать, кто-то из чересчур бдительных жильцов позвонил в отдел и доложил о «подозрительных личностях»), и молодые люди разошлись. Но тут один из полицейских обратил внимание на наблюдавшую за происходящим Кристину. Направился к ней. Здесь надо отметить, что у молодой женщины собакин породы такса, а среди особенностей породы – дружелюбие и гиперобщительность. Ну и подбежал кобелек к полисмену. Чисто познакомиться с новым двуногим. Оперся передними лапами на форменную штанину. Что привело представителя закона в ярость. С руганью о том, что такой-сякой пес ему внеплановую стирку формы обеспечил, полицейский отпинул таксу. Что возмутило Кристину. Началась короткая перепалка. Потом – беспроигрышный вариант: у Морозовой потребовали документы. Вы часто берете паспорт, когда идете выгулять собаку? Вот и у Кристины бумажного удостоверения того, что она – это именно она, не было. Предложение подняться к ней в квартиру и посмотреть на столь необходимый стражам правопорядка паспорт последние проигнорировали. Вдобавок заявили, что женщина пьяна. И запихали в патрульку. Вместе с несчастной таксой. Только повезли вовсе не на медосвидетельствование, а в отдел. Кристина решительно отказывалась понимать, что вообще происходит. Хотя всё просто: ну не понравились копам ни бесцеремонный такс с грязными лапами, ни сама гражданка, ни то, как борзо она права качает. А качать права, то бишь возмущаться тем, что ее схватили в родном дворе и ни с того ни с сего в отдел привезли, – это было зря. Теперь Кристина уже и сотрудникам дежурной части не понравилась. Затолкали женщину в камеру, и вошла туда полиционерша Ирина Глазова. Которая решила устроить Морозовой экшен-аттракцион по полной программе. Сказала, что сейчас досматривать будет. Вдруг гражданочка-собаковод в трусах базуку прячет или в лифчике коноплю растит? Велела раздеваться. Кристина сначала не поняла даже: как это так? Сквозь прозрачную дверь из камеры напротив пятеро мужиков откровенно пялятся и лыбятся, ожидая бесплатного стриптиза. Да и дежурный капитан тоже уходить не собирается и желает получить свою порцию эротики. Когда Глазова грубо стала сдирать с замешкавшейся Кристины кофту, та, естественно, начала сопротивляться, умоляя досмотреть ее где-нибудь наедине. Реакции ноль. Разве что дежурный капитан пришел Глазовой на помощь и, вывернув Морозовой руки, скрепил их наручниками за спиной (чего делать нельзя: административно задержанным в случае их неадеквата руки забивают в «браслеты» исключительно спереди). Содрав с женщины кофту, Ирина начала какими-то тупыми ножницами кромсать ее лифчик на мелкие части. Кристина продолжала сопротивляться, насколько позволяла ситуация. Тогда разозлившаяся гражданка начальница с помощью подручного повалила Кристину на бетонный пол и наступила ей на голову. Несчастная потом призналась: «Я услышала, как хрустнул мой череп!» Дальше Морозова провалилась в полубессознательное состояние. Собачку копы тоже не оставили без внимания. Смеху ради прыскали в морду безобидной и также не понимавшей, что происходит, таксе из газового баллончика, лупили по спине невесть откуда взявшимися граблями. Следы от их зубцов заживали у собакина очень долго. В конце концов мучители всё-таки поняли, что Морозова совсем плоха. Не ровен час – помрет. Начальнику дежурной смены такие расклады были ни разу не нужны. И он приказал вызывать врачей. Доктора из «Скорой» сразу же определили наисвежайший мозговой сотряс. Уже потом, в больнице, выяснится, что у Кристины перелом скулы и трещина черепа. Именно поэтому говорила она невнятно и вела себя странно. Полицейские же сказали врачам, что причина «тормознутости» задержанной – ее алкогольное опьянение. Что, разумеется, не подтвердилось. Обследование на алкоголь провели сразу же по приезде в стационар, и выяснилось, что Кристина категорически трезва. Тогда отправили на рентген и увидели искалеченный череп. Вскоре Морозову, подавшую с помощью Комитета против пыток заявление на искалечивших ее полицейских, вызвали к следователю. Чтобы сообщить, что возбуждено уголовное дело... против нее самой. По статье 319 УК. Оскорбление представителей власти. Знаете, верю. Верю, что оскорбления могли быть. Вот вы, дорогой читатель, в той ситуации называли бы своих мучителей далеко не «господами хорошими», а несколько иными словами. Что интересно, по 319-й следак возбудился моментально. А по заявлениям Кристины два раза быстренько отказывал. Мол, подтверждения ее словам нету. Хотя и доктора, которые забирали Морозову в полурастительном состоянии из околотка (притом очень возмущенные таким беспределом), готовы были показания дать. И камеры в дежурке везде понатыканы. Только показания и заключения врачей о времени получения Кристиной травм следователю были неинтересны. А что до камер, то, похоже, это любимый фокус кстовских копов. Как и в случае с сантехником Дворцовым, записи самоликвидировались. Все и со всех камер. Что, мол, поделать, технический сбой! Правда, вскоре следователю все-таки пришлось заинтересоваться делом. Но случилось это только после того, как Кристина вместе с юристами Комитета против пыток побывала на личном приеме у главы регионального управления Следственного комитета. По итогам проверки против Ирины Глазовой и еще ряда сотрудников возбуждены уголовные дела. Но не за нанесение телесных повреждений, а только по достаточно мягонькой статье УК «Превышение служебных полномочий». Как правило, можно всего-то увольнением отделаться...