Адвокат, защищавший интересы Навального, пытается освободить из спецлечебницы историка Анатолия Москвина, делавшего кукол из мертвых девочек 21 февраля Ленинский районный суд продлил на 6 месяцев срок принудительного лечения в психиатрическом стационаре скандально известному некрополисту Анатолию Москвину. Специалисты психиатрической клиники № 2 дали заключение, что Москвина рано отпускать домой. Столичный адвокат нижегородца Виолетта Волкова не доверяет заключению эскулапов, требуя провести независимую судебно-психиатрическую экспертизу в одной из клиник Москвы, в частности в институте Сербского. Тихий, незаметный ученый Анатолий Москвин, специализировавшийся на специфическом сегменте истории — нижегородских кладбищах, «прославился» на всю страну в 2011 году. Напомним: ситуация получила развитие с того, что оперативники в ходе расследования по многочисленным заявлениям нижегородцев эпизодов надругательства над захоронениями решили воспользоваться консультациями ученого человека. Москвин тонко владел темой – значился ученым с именем в этой специфической теме. Кандидат наук, в последние годы занимался вопросами нижегородского краеведения, издавал электронный альманах «Память земли». Владеет 13 языками, располагает личной библиотекой в 60 тысяч томов. Наведавшись к нему домой, оперативники ГУВД случайно увидели находившиеся в розыске надгробные таблички с кладбищ. Более глубокий поиск дал изъятие 29 ростовых кукол, выполненных из мумифицированных тел девочек и девушек возрастом от 5 до 18 лет, выкопанных с различных кладбищ Нижегородской области и привезенных Москвиным домой. Надо заметить: ни правоохранительная, ни судебная системы доселе ни с чем подобным не сталкивались. Изначально следователи не представляли, как квалифицировать столь неординарное дело (выкапывание на кладбищах покойников и передел их в ростовые куклы) и что делать с Москвиным. В итоге некрофилиста осудили по статье «Вандализм», попутно признав параноидальным шизофреником и заблокировав его в психиатрическом стационаре № 2 на улице Июльских Дней. Правда, лечение в стационаре уже изрядно затянулось. Вопрос о выписке уникального пациента на амбулаторное лечение неоднократно поднимался по ходатайству его матери. Но медики всякий раз оказывались против, и суд оставлял Москвина в лечебнице. Общественность уже практически утратила интерес к этой истории, и нижегородцы начали потихоньку забывать о существовании некрополиста, делавшего кукол из мертвых девочек. Но в позапрошлом году ситуация приобрела неожиданный оборот. Во-первых, у Москвина, который раньше интересовался только покойниками женского пола, появилась настоящая невеста! Выпускница филфака одного из нижегородских вузов, ныне проживающая в Москве, причем по возрасту вдвое моложе Анатолия. Говорят, они познакомились на почве взаимного увлечения лингвистикой. Девушка регулярно посещает Москвина в психиатрической клинике, приходит на все заседания суда, касающиеся рассмотрения сроков его пребывания в клинике. Там влюбленные держатся за руки, о чем-то мило щебечут, создают впечатление неразлучной пары. Они не скрывают, что собираются пожениться. Но в ЗАГС Москвина не отпускают, а ни один нотариус ни за какие деньги не хочет регистрировать брак в психбольнице №2. Между тем скептики считают, что вся эта любовная история не более чем фикция – игра на публику. Цели? Тут-то мы переходим ко второй и самой интересной новации! Практически одновременно с невестой у Москвина появился новый адвокат – столичный юрист Виолетта Волкова. Чтобы читатели понимали масштаб последней персоны, достаточно сказать, что ранее она защищала интересы Алексея Навального, Ильи Яшина, Сергея Удальцова, основной участницы группы Pussy Riot Екатерины Самуцевич! Несложно представить, во что выливаются услуги данного адвоката. Понятно: у матери Москвина, обычной нижегородской пенсионерки, таких денег не найдется. Стало быть, услуги адвоката оплачивает кто-то другой, пока не неназванный в этой истории. Но кто бы это мог быть? Продолжают ходить слухи, что делом Москвина заинтересовались некие неведомые продюсеры, которые собрались задействовать странного, но продуктивного с точки зрения сюжетной линии нижегородца в телешоу на крупнейших федеральных и даже зарубежных телеканалах. В сегодняшних реалиях, чтобы стать звездой телеэкрана, достаточно, извините, прилюдно заняться интимом в публичном месте. А тут такая история, причем не придуманная! Достойно даже сюжета голливудского фильма! Москвин рассказывал следователям и психиатрам, как спал ночью на могилах, прикрываясь в ненастную погоду крышкой гроба, выкапывал полуистлевшие тела девочек, мастерил из них куклы, потом разговаривал с ними, заводил им музыку и даже проводил чаепития. Анатолий признавался, что увлечен черной магией и просто хотел оживить своих мертвых «собеседниц»… Чем вам не история для телешоу и даже для культовой киноленты? Человек мастерил кукол из мертвых девочек! Кстати, не далее как в позапрошлом году в одной из серий сериала «Район тьмы» сценаристы уже взяли за основу сюжета историю Москвина. Но это всё же была художественная выдумка, имевшая немного общего с реальностью. А теперь представьте, как можно раскрутить невыдуманную историю человека, делавшего кукол из мертвых девочек, в главной роли с ним самим! Доктор Ганнибал Лектор из фильма «Молчание ягнят» нервно покуривает в сторонке! На таком сюжете сотни миллионов долларов можно заработать. Но для начала необходимо вытащить Москвина из закрытой клиники. Женитьба – лучший предлог. Ведь если пациент начал интересоваться живой девушкой, значит, он преодолел психическое заболевание. Хотя нижегородские врачи, как мы видим, в такое мало верят. Похоже, в обозримой перспективе вердикт менять не собираются. Потому-то адвокат Виолетта Волкова и ходатайствует о назначении независимой экспертизы в Москве. Если уж ей как-то удается вытаскивать из «обезьянника» Навального, то признать вменяемым Москвина не проблема. Сам Анатолий Москвин утверждает, что хочет лишь выйти из клиники, уехать в Москву к невесте, жениться, сосредоточиться на научных трудах. Но даже если это когда-нибудь произойдет, дадут ли ему спокойно жить? По этому поводу сохраняются большие сомнения.