Неблагоприятные погодные условия продолжают вносить коррективы в повестку нижегородских аграриев Даже региональный минсельхоз, предпочитающий выдавать в публичное пространство неизменно благостные картинки положения дел в сельском хозяйстве, на этот раз обнародовал неутешительную статистику. На заседании комитета по агропромышленному комплексу ЗСНО заместитель министра сельского хозяйства Нижегородской области Сергей Курепчиков заявил, что из-за холодов и позднего наступления лета из 206,6 тысячи гектаров озимых погибли 42,6 тысячи, то есть почти четверть. Брак был пересеян яровыми. Яровой сев составил 594,5 тысячи гектаров, но это на 47,6 тысячи меньше запланированного объема. Причем динамика по произрастанию опять-таки невнятна из-за погодных перепадов. Для многих фермеров плохие погодные условия наложились на финансовые трудности, возникшие еще осенью прошлого года: после того как большинству хозяйств удалось собрать большой урожай, цены на зерно в регионе заметно упали. Увидят ли аграрии господдержку? Все прогнозы показывают: урожай этого года совершенно точно не достигнет прошлогодних показателей. Погодные условия нынче далеко не сопутствовали аграрному производству. В мае погодные неприятности обострились резким скачком цен на горюче-смазочные материалы (только дизтопливо подросло на 7-8 рублей по сравнению с показателями 2017 года). Все это случилось в период, когда сельхозпроизводителями были сформированы производственные планы по урожаю-2018, закуплена «горючка». Вводная заставила серьезно корректировать планы в самый неподходящий отрезок времени – разгар полевых работ. Многие смирились с ростом затрат с расчетом в будущем «отбить» непредвиденные издержки. Большинство же предпочло засеять столько пашни, насколько хватило средств. То есть меньше, чем планировалось. Оформить дополнительные кредиты в банках оказалось нереально. В тему вроде как включился федеральный центр. Глава Минсельхоза РФ выступил с инициативой компенсировать потери АПК, возникшие от подорожания топлива. В свою очередь, премьер-министр Медведев сообщил, что компенсации потерь, связанных с ростом цен на дизельное топливо и бензин, будут выплачиваться из средств резервного фонда. Но… Сельхозпроизводители сомневаются, что «золотой дождь» прольется именно над ними. В лучшем случае компенсации достанутся крупным предприятиям – агрохолдингам. Хотя такая помощь жизненно необходима малым и средним растениеводческим предприятиям. Именно по ним больнее всего ударил июньский скачок цен на дизельное топливо. Еще надо понимать, что деньги эти будут распределяться на всю страну. А учитывая слабый лоббизм и слабые позиции нижегородского минсельхоза на уровне Федерации, можно предположить, что нижегородцам от пирога достанутся жалкие крохи, да и те далеко не всем. Наши фермеры в большинстве своем даже не представляют, как им получить федеральные деньги. К примеру, кто-нибудь что-нибудь знает о дополнительных механизмах льготного кредитования, которые еще в прошлом году были введены по указанию президента? Не удивимся, если об их существовании не слышали даже в министерстве сельского хозяйства Нижегородской области. И уж тем более не доводят такую ценную информацию до сельхозпроизводителей. В результате те в лучшем случае выживают, рассчитывая только на собственные резервы, которых нет. Высокая культура сорняка Есть народная примета – беда не появляется одна. Даже то, что засеяно (вопреки финансовым трудностям), произрастает с трудом. Аномальная погода продолжает непрерывно напоминать о себе. Нижегородские аграрии долго не могли дождаться настоящего лета. Холод, нехватка солнечного света сделали непродуктивное дело. То в начале июня снег выпадет, то ночные заморозки «обработают почву». Свежепосеянным семенам еще ничего, но те, что, поверив майскому теплу, дали дружные всходы, затем сникли. Не лучше выглядят технические культуры. Темпы созревания подсолнечника и кукурузы отстают на 15 процентов от нормативных. Но особенно погода сказалась на производстве кормовых культур. Многие многолетние травы не взошли. К тому же из-за погоды снизились их питательные свойства. Сместился график уборки комовых. Только начали убирать – обрушились дожди, техника вязнет в полях из-за тропических ливней… Зато сорняк в этом году выдался особенно заметный. Эндемики традиционно устойчивы к перепадам климата, обладают высокой живучестью. Репей, осот процветают. Лебеда или полынь, сытые и сильные, в этом году еще выше и кустистее. Все то, что убивает дорогостоящие завезенные культуры, делает местные некультурные растения сильнее. Сельхозпроизводитель вынужден тратиться дополнительно – опрыскивать, окучивать, окуривать, рыхлить, накрывать, охранять от расплодившихся вредителей… В итоге себестоимость произведенного настолько высока, что никакие продажи затрат не окупают. Холодное лето 2018-го Кормовых культур в этом году не только будет собрано меньше – они будут еще и не самого высокого качества. Для животноводов это дополнительная головная боль. Мало того, что они серьезно пострадали от падения цен на молоко – на 8-10 рублей по сравнению с прошлым годом. (Один из сельхозпроизводителей районов юга области рассказал нам, что «выпадающие доходы» за прошедшее полугодие составили у него порядка 80 миллионов рублей.) Выясняется, что еще дойные стада кормить нечем. В такой ситуации останется только дополнительно закупать корма. Это будет рентабельно, только если они подешевеют, но предпосылок к такому не наблюдается. Напротив, с учетом снижения урожайности, цены по законам рынка только подрастут. В таком случае стада, вероятнее всего, придется недокармливать, а это скажется на снижении продуктивности, на качестве молока. Кто-то заметит, что тогда по тем же законам рынка вырастет и закупочная цена на молоко. Но это не так, поскольку ее в конечном счете диктуют торговые сети, сориентированные на внешних поставщиков, а то и фальсификаторов (мы поднимали тему в прошлом номере). Рыночные механизмы в данном случае не работают, и оттого, что нижегородцы будут производить меньше молока, цена на него не вырастет. Образовавшуюся нишу с удовольствием заместят соседние регионы. В итоге вытеснение нижегородских производителей с молочного рынка пойдет более высокими темпами. Впрочем, на сей счет существует и иное мнение. В действительности молоко в розницу стоит слишком дорого – 50-60 рублей за литр. Поэтому очевидно, что закупочные цены на него расти не будут и на прежний уровень уже не вернутся. Наоборот, должно продолжиться падение стоимости этого продукта до приемлемой для нашего небогатого потребителя. Сельхозпроизводителям нужно учиться работать в новых условиях. Санкции им пока в помощь. Рентабельность «молочки» сейчас составляет 15-20 процентов. Работать можно. И чтобы выживать, скотоводам надо не плакать о горькой судьбе, а искать внутренние резервы – снижать себестоимость производства, внедрять прогрессивные технологии, искать схемы. Конечно, региональный минсельхоз должен их к этому стимулировать и оказывать поддержу, чего он, увы, не делает. Отсюда – многочисленные претензии фермеров. Конъюнктура улучшается Говоря о трудностях, с которыми ныне приходится сталкиваться нашим аграриям, необходимо отметить, что многие продолжают преодолевать прошлогодние проблемы, на собственной шкуре познав, что большой урожай – тоже плохо. Было спровоцировано падение цен на зерно, которые упали до 4,5 – 5 рублей. Сельхозпроизводители, имевшие возможность попридержать урожай, а не сдать его за бесценок, выиграли. Сегодня стало понятно: на них ситуация сработала продуктивно. У тех, кто не имеет надежных хранилищ, зерно сгнило уже в первые месяцы. А для тех хозяйств, у которых запасы зерна сохранились, наметившийся рост цен (7 – 8 рублей) выглядит подспорьем после восьмимесячного «голода». Вероятно, это связано с засухой в Ростовской области, сгубившей тамошний урожай. Тут, как принято говорить, не было бы счастья, да несчастье помогло: чем хуже будут дела у наших «черноземных» соседей, чем меньше будет в стране зерна, тем выше будет его закупочная цена. Есть надежда, что к осени она подрастет до приемлемых 9 рублей. По крайней мере, в Правительстве РФ утверждают, что хотя из-за засухи в южных регионах урожайность прогнозируется ниже, чем в прошлом году, это никак не отразится на экспортной квоте, которая составит около 44 миллионов тонн. Соответственно, это будет способствовать росту цен на внутреннем рынке. Впрочем, по уже сложившейся традиции нижегородские аграрии зерно не экспортируют, поскольку региональный минсельхоз даже не участвует в борьбе за квоты. Но хотя бы за счет продаж внутри страны им удастся оздоровить свое финансовое положение. Жаль только, что урожай они соберут меньший, чем в прошлом году. Значит, и доходов получат меньше, чем могли бы. На модернизацию денег не хватает Вообще, в такие кризисные годы, как нынешний, особое значение приобретает гибкость сельхозпроизводителей, их умение приспосабливаться к новым условиям. Это демонстрируют агрохолдинги. Так, «АФГ Националь», видя, что работать на рынке зерновых становится трудно, начинает переориентироваться на технические культуры – к таковым принято относить рапс, лен, коноплю, нут и проч. Технические культуры сейчас востребованы, их производство помогает аграриям пережить тяжелые времена. Однако в целом наш сельскохозяйственный сектор слишком инертен и консервативен в данном вопросе. Объясняется это тоже достаточно просто. У сельхозпроизводителей все заточено на производство зерновых культур (техническая база). Чтобы переходить на совершенно новые виды растениеводства, нужно серьезно перестраиваться. Необходимы другая технология, дорогостоящая техника, требуются новые специалисты либо переучивание имеющихся. Все это требует дополнительных затрат, а свободных денег у наших аграриев, особенно средних и мелких, никогда нет. О невозможности взять кредит мы говорили выше. Ну а региональный минсельхоз, который должен стимулировать сельхозпроизводителей занимать новые ниши, помогать им в получении информации, спит на ходу. Тормоз прогресса Как мы уже говорили, сельскохозяйственный комплекс Нижегородской области проигрывает конкурентную борьбу окружающим регионам. Винить в этом следует все же не погоду, а неэффективность главного регулятора отрасли в субъекте РФ – нижегородский минсельхоз. Он традиционно оставляет аграриев один на один с проблемами. Отказывается лоббировать интересы области на федеральном уровне, в результате чего все пролетают мимо программ господдержки, не получают тех же квот на экспорт. Наш минсельхоз не умеет и не собирается использовать те конкурентные преимущества, которые есть на Нижегородчине. Одно из таких преимуществ – наличие на Нижегородской земле «Лукойл-Нижегороднефтеоргсинтеза», который является, пожалуй, крупнейшим производителем бензина в стране. Притом один из его руководителей, Алексей Коваленко, – депутат Законодательного собрания Нижегородской области! Так неужели нельзя было через него договориться о совместных проектах поддержки наших сельхозпроизводителей в период скачка цен на ГСМ? И тогда, глядишь, мы, не дожидаясь федеральных программ, смогли бы урегулировать топливный кризис в отдельно взятом регионе и без сбоев провести посевную кампанию, на зависть соседям! Но ничего подобного, как мы знаем, не происходит. Другой резерв связан с логистикой. Из-за отсутствия развитой транспортной инфраструктуры зерно в других частях страны трудно вывезти и сбыть: железнодорожные перевозки обходятся слишком дорого. В результате большая часть продукции оказывается замкнута внутри субъекта РФ, а емкость внутреннего регионального рынка ограничена, особенно в условиях, когда большинству хозяйств удается собрать хороший урожай. При этом мы забыли, что Нижний Новгород – центр мощнейшего железнодорожного куста. А руководитель ГЖД Анатолий Лесун тоже является депутатом регионального парламента. Используя это конкурентное преимущество, наши аграрии могли бы железнодорожными вагонами гнать свою продукцию во все уголки страны. В частности, в Новороссийск, откуда танкеры уходят в дальнее плавание. Но и этого не наблюдается. Становится ясно, что министерство сельского хозяйства из инструмента эффективного воздействия на отрасль превратилось в центр статистического учета времен СССР, который занимается лишь тем, что собирает и фиксирует информацию. Кстати, в начале материла мы обмолвились о том, что минсельхоз на сей раз не стал лакировать назревающие проблемы. Главной из них назвали погоду, которая породила все остальные беды. Несложно догадаться, для чего это сделано. Ожидается, что в Нижегородской области речь пойдет о миллиардах недополученных в нынешнем сезоне сельскохозяйственных доходов. Поэтому чиновники заранее подстилают соломку. Осенью, когда обнаружится недосбор урожая и обрушатся показатели отрасли, в минсельхозе скажут: так ведь мы предупреждали! Помнится, в прошлом году, когда был собран рекордный урожай, региональное министерство сельского хозяйства не поскромничало, выставив этот факт как свое достижение. Зато от решения проблемы, куда девать урожай после обвала цен на зерно, чиновники технично устранились. Одним вершки, другим корешки? Селу нужно помогать, но никто этим вопросом не занимается. Министерство сельского хозяйства Нижегородской области заинтересовано только в самовыживании. Варится в собственном соку. Тамошняя команда превратилась в экстрасенсов и колдунов, а не специалистов. Что делать в этой ситуации сельхозпроизводителям региона? Остается разве что выписать из экваториальной Африки шаманов с бубнами и каждое утро уходить с ними в священные рощи, вызывая дождь или солнце у себя и град с ураганом у соседей. Разве не постыдно такое в век развития технологий? Нижегородчина – благодатный край У Нижегородской области сохраняются все шансы стать одним из главных поставщиков высококачественной пшеницы в стране. Дело за малым – повысить конкурентность товара. Плохие погодные условия, зона рискового земледелия – уловки для непрофессионалов. Тезис подтверждается хотя бы проектом выращивания клубники (на фото) и яблок. Фруктовые сады в 2018 году планируется заложить в Шарангском, Воротынском, Ардатовском районах. Руководство Нижегородской области ожидает, что в течение нескольких лет местная продукция буквально заполонит прилавки. Это позволит серьезно сдержать рост стоимости яблок, в первую очередь импортного производства. На закладку садов фермеры могут получить компенсацию, которая составит до 320 тысяч рублей за каждый гектар. Планируется и обустройство козьих ферм (на юге области). Среди людей укоренился стереотип, что козье молоко – это что-то невкусное. А в реальности на его вкус влияет множество факторов – что козы едят, как за ними ухаживают... И организаторы ферм собираются доказать нижегородцам ценность козьего молока, причем не только вкусовую. Словом, можем же, когда захотим? Ефим БРИККЕНГОЛЬЦ