Криминальные нравы эпохи «развитого социализма» Летом 1973 года вся общественность города Горького была шокирована подробностями настоящего побоища, которое произошло на набережной Федоровского. Конечно же, драки, особенно по-пьяни тогда не были редкостью. Советские СМИ рассказывали о таких эпизодах исключительно в духе песни из известного сериала «Если кто-то кое-где у нас порой…», пытаясь навязать мысль, что преступность и хулиганство в нашем обществе явление вымирающее и единичное. «Вместе с тем отдельные граждане все еще допускают антиобщественные поступки, появляются на улицах и в общественных местах в нетрезвом состоянии, нарушают покой и отдых трудящихся», — так описывалась проблема в решении Горьковского облсовета «Об ответственности за нарушение общественного порядка на территории Горьковской области», принятом в июле 1973 г. Вроде как большинство граждан самозабвенно строит коммунизм, укрепляет общественный порядок, но есть еще «отдельные» несознательные хулиганы. ЗАШЕЛ НА «ЧУЖУЮ» УЛИЦУ – ПЛАТИ «ПОШЛИНУ»! Но все прекрасно знали, что оказавшись в ненужном (а главное, не людном!) месте в ненужное (преимущественно темное, ведь темнота «друг молодежи»!) время можно легко столкнуться с грабителями и хулиганами, причем вовсе не с «отдельными», а целой шайкой. Особенно хорошо ситуация была знакома подросткам и юношам, для которых неожиданный вопрос «откуда сам?» или «с какого района, улицы?» не предвещал ничего хорошего. Именно в начале 70-х годов широкий размах среди городской шпаны получило такое явление как «улица на улицу». В каждом микрорайоне и поселке была своя молодежная группировка, в которую входили все местные хулиганы и их «шестерки». Вожаками, как правило, были, крепкие парни лет 14 – 17, эдакие школьные и дворовые «авторитеты». К коим примыкала шпана попроще. В школе эта братва терроризировала одноклассников и ребят из параллельных классов, а после учебы география «боев» расширялась: дом на дом, улица на улицу, район на район, поселок на поселок. Молодежным бандам всегда был свойственен территориальный принцип, а любой «чужак», оказавшийся на их улице, воспринимался как потенциальный «враг» и жертва. В лучшем случае таковых обирали и унижали, в худшем могли и «наподдавать» как следует. Но случившееся на Волжском откосе напротив Речного вокзала все же оказалось из ряда вон! Во-первых, молодежная драка произошла не где-нибудь на Автозаводе, в Молитовке или другом криминальном районе, а прямо в центре города, во-вторых, случилось это не темным вечером, а в 5 часов дня, на глазах у десятков свидетелей. А главное, целую группу парней, молодых рабочих и комсомольцев не просто избили, а сбросили прямо с отвесного откоса, переломав некоторым руки и ноги, а одного даже убили. И все это из-за того, что не дали закурить и оказались «не с той улицы»! По горячим следам милицией была в полном составе арестована молодежная шайка в составе 16-летних Сергея Соломатина, Андрея Феоктистова, Сергея Шевелькова, 19-летнего Сергея Веретенина и 13-летнего Алексея Колобихина. Все они жили в окрестностях упомянутой набережной: на улицах Гоголя, Сергиевской, Нижегородской. Район конечно не рабочий, не бандитский, зато и «конкуренция» в местной шпанской среде была поменьше, чем на том же Автозаводе, где чуть ли не в каждом подъезде жил какой-нибудь отморозок! Молодые люди рано начали самостоятельную жизнь. После 9-го класса ушли в вечернюю школу, устроились на работу, а в свободное время вели, как тогда говорили, «разгульный образ жизни», то есть пили, гуляли, хулиганили. Например, Феоктистов в свои 16 лет имел за плечами несколько приводов в милицию, несколько суток в вытрезвителе и КПЗ, не считая штрафов за нарушение общественного порядка и т.п. При этом шайка считала себя в окрестностях набережной Федоровского «хозяйкой». Завидев там «чужаков», особенно одиноких и не особо «крепких», «федоровские» подходили к ним, пугали, отнимали все ценное и напоследок давали тумаков и пинков. Нечего, мол, на «чужую улицу» ходить, а коли забрел – плати «пошлину». Правда атрибутом молодежных шаек была не только наглость, но и трусость. Феоктистов и Ко старались нападать только при явном численном перевесе, хотя бы четверо на двоих или пять на три… КОМСОМОЛЬЦЕВ СБРОСИЛИ С ОТКОСА В злополучный день компания отдыхала на берегу возле Канавинского моста. Распили три бутылки «Вермута» и забили несколько партий в «козла». Потом по извилистой дорожке за Строгановской церковью двинулись домой. Там-то на откосе шпана и поравнялась с группой из четырех молодых людей, который только что проводили на теплоход знакомых девчат и решили прогуляться. Купили бутылку вина и решили распить ее на набережной. «Не наши, лохи…» — мелькнула в головах пьяная мысля. — Закурить не найдется? – сказал самый молодой член банды Колобихин. — «Прима» есть… — А покрепче ничего нет? «Памира» бы…» — провокационно тявкнул школьник. — Стреляют, а еще разбираются… Последняя фраза вполне тянула на «оскорбление», а это уже повод привязаться. Нагнав компанию на кромке откоса «федоровские» выдвинули ультиматум – за хамство отдайте бутылку и деньги, иначе «вам отсюда не уйти». Если бы положительные комсомольцы из культурных семей, каковыми были Саша Доронов, Валера Дятлов, Саша Данилин и студент Паша Ромашов оказались в такой ситуации где — нибудь в Ленинском районе, вероятно, они не стали бы «лезть на рожон» и предпочли уплатить «пошлину». Лишь бы уйти подобру, поздорову! Но средь бела дня и в центре города ситуация выглядела не столь угрожающей. Да и «сопляки» же, отобьемся… Ну а «федоровских» такая самоуверенность наоборот взбесила, решили наказать «чужаков» показательно. Скинув их с откоса… Вскоре началась драка. Комсомольцев сначала били руками и ногами, а потом стали хватать под руки и сбрасывать со склона. Первым под гору покатился кубарем Доронов, за ним Дятлов, потом студент Ромашов. И только с Данилиным вышла промашка. Когда самый старший «федоровский» — Веретенин уже сталкивал его вниз, тот изловчился и схватил хулигана за рубашку. В итоге молодые люди полетели под откос вдвоем, прямо как Шерлок Холмс и профессор Мориарти на Рейхенбахском водопаде… Но если хулиган вовремя сумел ухватиться за куст, Данилин укатился до самого низа, где и расшиб голову о газовую трубу… Отряхнувшись, «хозяева улицы» как ни в чем не бывало распили «трофейное» пойло, после чего пошли на отнятые у комсомольцев деньги в кино. Только вечером, вернувшись с гулянки и узнав от знакомых, что «с откоса труп доставали» и было полно врачей и милиции, молодые люди осознали, что натворили. После чего сами явились в отдел и заявили, что на них напали, пришлось отбиваться, потому, де «нападавшие» сами свалились с откоса! Впрочем, во время следствия и суда эта версия быстро «рассыпалась», а на вопрос прокурора: «Зачем развязали драку с незнакомыми парнями?», прямо ответили : «Это были парни не с нашей улицы». Судебный процесс, как водится, сопровождался обличительными статьями в газетах и рассуждениями в духе «кто виноват?» и «как допустили?». Главными виновниками в духе времени объявили родителей. Мол, баловали, с детства удовлетворяли все желания, покупали всякие там магнитофоны, «не имели влияния на сына», «не привили доброе и человеческое»… ДЕЛО ГОРЬКОВСКОГО «РОБИНЗОНА КРУЗО» Еще одно довольно необычное дело «отдельного гражданина», который «кое-где честно жить не хотел» слушалось летом 1973 года в народном суде Московского района. Началась эта история с того, что приехавшие по весне на свои участки в садовом товариществе «Березка», что в районе Московского шоссе, обнаружили там полное разорение. Во множестве домиков были выломаны двери и оконные рамы, исчезло бесчисленное количество вещей, в том числе мебель (шкафы, стулья, кресла, стеллажи и т.п.). Некоторые летние жилища были обчищены, как говорится, под чистую, то есть ничего кроме стен не осталось. Возникло ощущение, что в течение зимы товарищество, расположенное в глухой местности (потому зимой туда редко заезжали) подверглось целому нашествию воров. В общей сложности было обкрадено около 50 участков! Впрочем, кражи из садовых домиков не были редкостью. Но количество пепла возле печей указывало на то, что в них не только воровали, но и проживали… Как оказалось все это разорение навел один единственный человек. 30-летний Н.В. Фитюнин нигде не работал, занимался бродяжничеством и постоянно пьянствовал. А в зимнее время этот тунеядец, имевший нормальное жилье в городе, наладил целый бизнес. Фитюнин приезжал в расположенное подальше от города садовое товарищество и селился в первом попавшемся домике (имевшем подтопок). Потом обыскивал соседние домики, воровал все ценное и отвозил на 22-м автобусе на Канавинский рынок, где продавал. На вырученные деньги «садовод» затаривался вином и провизией, после чего возвращался «на хату». Там рубил и ломал на дрова столы и прочую мебель, топил печь и обогревался. Когда топливо в домике заканчивалось, переселялся в другой и проворачивал все заново. Не гнушался Фитюнин и оставленными хозяевами консервами и соленьями, найденными в погребах. Удивительно, но за несколько месяцев вор ни разу не «спалился». Как в прямом смысле слова (не сжег ни один домик), так и в переносном (ниразу не был замечен «коренными» садоводами). Возможно Фитюнина так и не поймали бы, если бы не утрата бдительности и банальная жадность. За зиму он не успел вывезти из товарищества все украденное и часть припрятал в одном из заброшенных на вид сарае. А когда уже по весне Фитюнин явился за этим добром, он и был «принят» милицией, которая успела получить десятки заявлений от возмущенных садоводов. Интересно, что на вопрос следователя, как ему пришла в голову подобная идея – жить в садах зимой фактически «на подножном корму», он ответил, что в детстве был фанатом известной книги «Робинзон Крузо». Мол, там подробно описано, как выжить человеку в безлюдном месте! И решил, так сказать, повторить подвиг мореплавателя в условиях «развитого социализма». Суд, понятное дело, юмор и изобретательность горьковского «Робинзона Крузо» не оценил и отправил его в тюрьму на 5 лет. Попутно взыскав причиненный «аборигеном» немалый материальный ущерб. Виктор МАЛЬЦЕВ