Нижегородские контрразведчики обвиняют Кияшко в шпионаже по линии военно-технической разведки Продолжается развитие ситуации вокруг украинского то ли контрабандиста, то ли шпиона, то ли то и другое вместе Игоря Кияшко. Он уже в третий раз меняет адвоката и бузит по поводу «жилищных условий» в местном СИЗО. Напомним, бывшего сотрудника МВД Украины, а ныне адвоката Незалежной Кияшко наши контрразведчики с поличным задержали в нижегородской гостинице «Ковчег». Игорю там секретный сотрудник ФСБ по предварительной договоренности передал 42-е лопатки для двигателей истребителей МиГ-29. Кроме того, представляющий интересы СБУ бывший украинский милиционер якобы выпросил у двойного агента секретную документацию по станциям слежения и наведения зенитно-ракетного комплекса С-400. За всё про всё честно заплатил 46 тысяч долларов. И если абсолютно не секретные расходники для самолетных движков тянут лишь на попытку контрабанды, то покупка секретных документов военного назначения — это уже шпионаж. Соответственно, и срока разные: от возможной условки за первое до четверти века в зоне за второе. Поначалу украинца защищала адвокат по назначению Юлия Баронец. Когда родственники Кияшко, живущие на Полтавщине, через пару месяцев все-таки дознались, что Игорь в нижегородском СИЗО, то его супруга вышла на довольно известного адвоката Евгения Губина. Известен он тем, что в свое время выступал защитником всяких-разных «несогласных». Новый защитник сразу принялся активно подключать к делу СМИ. Рассказывал, как от него чуть ли не скрывался следователь контрразведки, ведущий дело Кияшко. Зная, что с Губиным уже подписан договор о защите, тем не менее следователь попытался предъявить обвинение в контрабанде и шпионаже при адвокате по назначению. Кияшка, конечно же, подписывать отказался, заявляя, что готов признаться только в попытке контрабанды. А секретные документы ему чуть ли не силком в портфель запихали. После жалоб адвоката журналистам у его подзащитного украинца начались проблемы. Его поместили в двухместную камеру спецкорпуса СИЗО. Площадью около 7 квадратных метров. Из которых треть занимал санузел. По словам Губина, предполагаемому шпиону пришлось спать на драном матрасе, поскольку белье ему выдать «забыли». Плюсом в тесной камере сломана вентиляция, что в жаркие летние дни превращало ее в преддверие ада. Страдающий гипертонией украинец мучился просто жутко: его рвало, он падал в обморок. Сокамерник звал врача, но тщетно. Каждый раз медик приходил лишь через несколько часов. Вся помощь ограничивалась измерением давления и выдачей пригоршни таблеток для его нормализации. Завершилось все тем, что украинец от услуг своего нижегородского коллеги… отказался. Интересно совпало то, что после того как отыскавшийся наконец следователь показал удивленному Губину письменный отказ клиента от его услуг, Игоря Кияшко перевели в нормальную 8-местную камеру. Юрист считает, что на украинца, поместив того в невыносимые условия, «мягкой силой» давило следствие, вынуждая вывести слишком неудобного адвоката из процессуальных действий. Третий по счету защитник шпиона-контрабандиста, Андрей Матасов, встретившись в СИЗО с Кияшко, догадки Губина подтвердил. Будто бы сам Игорь рассказал ему, что следователь обещал порешать все проблемы с переводом в приличную «хату», если украинец поменяет адвоката. Впрочем, несмотря на то что «жилищные условия» Игоря изменились к лучшему, Матасов отмечает, что толком работать и у него не получается. Как и от Губина, следователь предпочитает от него ныкаться. «К участию в деле меня еще не допустили, а следователь на мои звонки не реагирует. Пришлось написать письмо, которое пока остается без ответа». Удивляться тут нечему. Похоже, наши контрразведчики избрали довольно оригинальную практику. Заключается она в том, что не важно, как зовут адвоката. Хоть Губин, хоть Матасов, хоть сам Плевако. Главное, свести общение, и свое и подследственного, с ним к минимуму. До тех пор, пока Кияшко не созреет для подписания обвиниловки. Вот тогда ради бога, хоть сутки напролет общайтесь! Потому что, после утверждения обвинительного заключения прокуратурой, оно уйдет в суд. А там у агента СБУ точно оправдательного приговора не будет. Хотя бы по контрабанде (в чем он и сейчас признается). Шпионаж же, если адвокат отобьет, уже будет не принципиален. Конечно, лучше, чтоб и по нему «прокатило». Но «палку» по раскрытию чекисты уже срубили! О чем можно и наверх гордо доложиться. Александр Кобезский