Кто и почему пытается развалить уголовные дела «оборотней в погонах»? Стало ясно: ближайшие 10 лет Олег Сорокин проведет в одной из шести колоний строгого режима Кировской области. Данная территория — это почти тайга. Но тяжесть наказания адекватна содеянному. Нижегородцы, похоже, еще долго будут преодолевать оставленное Сорокиным тяжкое наследие. ОАО «ГУВД по Нижегородской области» Одна из ключевых проблем заключается в том, что ОВС много лет фактически растлевал неформатными финансовыми потоками силовые ведомства региона. Практически в каждом из таковых у него имелись щедро оплачиваемые секретные агенты, через которых он влиял на данные структуры, оперативно получал любую дэ-эспэшную информацию. Особо подверглось этому тле-творному влиянию ГУ МВД по Нижегородской области. Скандалы с разоблачением высокопоставленных чинов происходят там регулярно, между тем Нижний Новгород превратился в «столицу обнала» России. К завершению близится громкий судебный процесс над бывшим начальником тыла региональной полиции Ихтияром Уразалиным. Но это только одно из щупалец спрута. Прочие люди, участвовавшие в процессах, либо были по-тихому отправлены в отставку, либо и вовсе остаются на службе, притом на высоких должностях! Путь из Интерпола за решетку Что же происходит? Чтобы ответить на этот вопрос, уместнее всего вспомнить о подзабытом всеми уже уголовном деле бывшего начальника отдела оперативно-розыскной информации (ОРИ) ГУ МВД по Нижегородской области Андрея Солдаткина. 17 сентября 2016 года решением Московского районного суда Нижнего Новгорода Солдаткин был арестован по признакам состава преступления, предусмотренного частью 2 статьи 272 УК РФ — «Неправомерный доступ к компьютерной информации». По версии следствия, он, не обладая правами на получение и обработку служебной информации, получал ее и передавал в интересах третьих лиц. Дело было громким. Полковник МВД Солдаткин был достаточно известной в узких полицейских кругах личностью – продолжительное время он возглавлял представительство Интерпола по Нижегородской области. Затем перешел работать начальником в отдел оперативно-розыскной информации при ГУ МВД, где проработал тоже немало. Но в 2015 году полковнику пришлось уйти в отставку. По его же собственным словам, об этом его «попросили», поскольку Солдаткин попал в оперативную разработку УФСБ: появились подозрения, что информация из его отдела утекает туда, куда ей не следовало бы утекать. База данных – золотая жила? Поясним, о чем речь. Сегодня в каждой уважающей себя коммерческой структуре имеется так называемый отдел экономической безопасности. Бизнесменам важно владеть как можно более исчерпывающей информацией о контрагентах: что за люди, не проходили ли по каким уголовным делам, не продолжается ли за ними наблюдение (а то, мол, не ровен час, накликают и на нас беду). Официально это называется «фильтр», когда по запросу суровых инстанций (суд, следственный комитет) выдают на человека имеющуюся на него в органах информацию. Зачастую коммерсам необходимо «прозвонить клиента» дополнительно. Интересуют персональные данные: номера машин, телефонов и пр. На законных основаниях «простым смертным» получить такие сведения крайне сложно, а скорее невозможно. Зато воспользовавшись базой силовых структур, можно узнать о личности все или почти все. В первую очередь речь идет об информационных базах УФСБ и ГУВД по Нижегородской области. Но чтобы воспользоваться этим Клондайком служебной инфы, надо иметь к ней доступ. Или того, кто к ней имеет доступ. Солдаткин в силу должностных обязанностей по своим внутренним ведомственным каналам мог проверить того или иного человечка. И, вероятно, активно поставил использование служебных преимуществ на рельсы современных рыночных реалий. Долго это не могло оставаться незамеченным. Даже несмотря на то, что полковник постоянно менял сотовые телефоны, он оказался под плотной опекой ФСБ (между прочим, это надзорное ведомство полиции). На «легальной» основе Удивительно, что противоправную деятельность Солдаткина не пресекли еще тогда и он успел таким образом проработать больше года. Кстати, и сама полицейская база данных – штука весьма сомнительная. Есть подозрения, что хранящаяся в ней информация может видоизменяться не только по объективным, но и по субъективным причинам. То есть сведения о том или ином человеке конкретизируются «по желанию заказчика». Наверное, уйдя со службы, стоило угомониться, но полковнику на покое было сидеть скучновато. Он не нашел ничего лучшего, чем легитимизировать деятельность и поставить ее уже на легальные коммерческие рельсы. Полковник в отставке, будучи человеком «в деликатных сферах» информированным, счел за благо устроиться заместителем директора в некоммерческую организацию «Центр информационно-аналитической и правовой поддержки органов исполнительной власти и правоохранительных структур по Приволжскому федеральному округу». Получилось вроде как по предыдущему профилю. Данная контора предоставляет информационно-консультативные услуги бизнесу. В частности, за ежемесячную абонентскую плату готова подключить систему межведомственного обмена данными служб безопасности банков, предприятий, страховых и лизинговых агентств, вплоть до «материалов межбанковского общения». Роль бывшего начальника отдела ОРИ ГУ МВД в этой организации более чем очевидна. Он, скорее всего, при уходе со службы успел скопировать обширную базу данных своего ведомства и передать ее в фирму, чем оправдывал высокое жалованье. Но вот незадача – любая база данных со временем имеет обыкновение устаревать. Жизнь не стоит на месте. Сегодня у человека, например, нет судимости, а через пару месяцев она уже в наличии! Потому сведения, актуальные, скажем, на 2014 год, в 2016 году коммерсантов уже не особо интересуют, и больших денег за таковые они не предложат. Это был не одиночка! По этой причине Солдаткину понадобилось подключать «к проекту» бывших коллег, продолжавших оставаться на службе, чтобы получить возможность постоянно обновлять незаконно прихваченную при увольнении информационную базу. И все ожидали, что скоро в деле появятся новые фигуранты, из числа действующих полицейских. Вроде бы все к этому располагало. Возбужденное в отношении Солдаткина уголовное дело №521455 дополнилось еще двумя статьями УК – «Превышение должностных полномочий» и «Дача взятки должностному лицу». Оставалось только выяснить, кому Солдаткин платил деньги за обновление «банка данных». Но затем вдруг расследование дела застопорилось. Шли месяцы, потом годы, а в суд оно так до сих пор и не передано. Хотя за 2,5 года успевали расследовать куда более сложные дела. Тем более что следователей СКР должны были подгонять чекисты, оказывавшие оперативное сопровождение расследованию. Но не тут-то было. О «черном» полковнике Солдаткине все будто бы позабыли! Полковника вытаскивают бывшие коллеги? Почему же расследование волокитится и резонансного приговора в итоге так и не последовало? На сей счет на ум приходят три версии. Первая сводится к тому, что Солдаткину удалось чем-либо заинтересовать следователей СУ СК, ведущих его дело, и они его замыливают, выводя за срок давности (6 лет). Но в такое верить совсем не хочется, да и, учитывая оперативное сопровождение и контроль со стороны ФСБ, это невероятно. По второй версии, бывшего начальника отдела ОРИ отмазывают его бывшие коллеги и начальники, которые «своих не сдают», поскольку сегодня сдашь ты, а завтра сдадут тебя. Повторимся, многие из людей, хорошо знавших полковника по службе, сейчас занимают высокие должности в правоохранительных структурах. Например, Виктор Цыганов, который параллельно с Солдаткиным работал начальником криминальной полиции, а затем заместителем начальника ГУ МВД, ныне руководит Межрегиональным управлением Федеральной службы по финансовому мониторингу по ПФО, то есть окружной финансовой разведкой. Может, он и помогает теперь бывшему коллеге уйти от ответственности? Да и у тех генералов и полковников, кто ушел из органов, все равно остались связи и влияние. Защищают сами себя? У этой версии только один изъян – непонятно, зачем все это нужно самому Солдаткину. Ведь инкриминируемые ему преступления относятся к категории средней тяжести. С учетом былых заслуг и всего прочего, максимальное наказание, к которому его может приговорить суд, составляет 5 лет колонии общего режима (это в худшем случае). Между тем отставной полковник все это время, уже почти три года, пребывает под арестом в следственном изоляторе, где условия, как известно, не лучше, чем в тюрьме. Так что в его интересах было бы поскорее выйти в суд, заслушать приговор и… вернуться на свободу (напомним, в его случае день в изоляторе считается за два в колонии). Кстати, сам арестант утверждает, что стал жертвой происков конкурентов. «В настоящее время мне стало известно о коррупционном заказе сотруднику УФСБ по Нижегородской области со стороны бывшего коллеги Расторгина А.А., работающего в интересах компании «Управление делами» (Санкт-Петербург), с целью устранения конкурента с рынка услуг», – написал он в письме первому заместителю главы АП Сергею Кириенко. Что тут сказать? Выходит, и на рынке незаконной торговли секретной информацией конкуренция растет! Из всего этого напрашивается вывод, что дело замыливают не в интересах Солдаткина, а в интересах людей, к которым от него тянутся ниточки и которые, по всей видимости, до сих пор находятся на службе, притом, скорее всего, на высоких должностях! Мало того, велика вероятность, что они и по сей день снабжают сведениями «для служебного пользования» заинтересованных лиц. Бизнес-то, получается, перспективный. Сорокин это уже доказал. Вот и выходит, что все мы под колпаком, причем даже не спецслужб, а жуликов в погонах! И такое развитие событий представляется наиболее тревожным, да и попросту возмутительным! Лакмусовая бумажка Если наши подозрения справедливы, то выходит, что коррупционный спрут все еще цепко держит в своих щупальцах силовые структуры нашего региона, и как преодолеть ситуацию, когда в них все покупается и продается, пока непонятно. Правы мы или нет, станет ясно, когда уголовное дело будет передано в суд. Мы все еще надеемся, что это произойдет в ближайшее время, но берем ситуацию под журналистский контроль, поскольку история с полковником Солдаткиным стала лакмусовой бумажкой, показывающей, встали наши правоохранительные структуры на путь самоочищения или нет. Ефим БРИККЕНГОЛЬЦ