Как полицейские «выколачивают» себе миллионы Общественность до сих пор не может отойти от шока, вызванного известием об обнаружении при обысках на трех частных квартирах: главы второго отдела управления «К» ФСБ РФ Кирилла Черкалина и его бывших коллег по спецслужбе Дмитрия Фролова и Андрея Васильева — наличности и драгоценностей на сумму 12 миллиардов рублей, что, пожалуй, эквивалентно консолидированному бюджету Нижнего Новгорода. Аналогичная сумма, по версии следствия, может находиться на счетах подставных лиц и компаний, которые использовали обвиняемые. Таким образом, побит рекорд полковника МВД Дмитрия Захарченко, у которого из жилища были изъяты активы на 9 миллиардов рублей. Погрязли в коррупции Не далее как в апреле в ходе доклада в Совете Федерации генпрокурор РФ Юрий Чайка заявил, что число выявленных коррумпированных сотрудников ФСБ за год выросло вдвое! Фактически сразу поступило подтверждение этим словам. Между тем генпрокурор РФ указывал, что уровень коррумпированности вырос также в Следственном комитете и МВД РФ, где высокопоставленные офицеры регулярно попадаются на миллионных «откатах». Очевидно, что после дела Черкалина последуют жесткие оргвыводы. Которые будут касаться управленческой иерархии не только Федеральной службы безопасности, но и других силовых ведомств. Мы надеемся, что это послужит очищению правоохранительных структур от коррупционеров, компрометирующих органы следствия и дознания, позволит защитить законопослушных граждан от произвола «оборотней в погонах». В связи с последними событиями нам показалось более чем уместным вспомнить эпизод, наглядно раскрывающий механизм, как столичные силовики умудряются аккумулировать в своих руках столь фантастические суммы наличных средств. Тем более что потерпевшим в той возмутительной ситуации не посчастливилось выступить нашему земляку – нижегородцу Марату Айдагулову. Попал как кур во щи! История началась с того, что утром 1 ноября 2014 года Марат прибыл из Нижнего Новгорода в Москву на Курский вокзал, где его встречал водитель, который должен был отвезти нижегородца в дружественную Республику Беларусь. Однако планам не суждено было сбыться, потому как прямо на перроне к Айдагулову подошли двое сотрудников полиции, без объяснений заковали в наручники, усадили в автомобиль, сказав, что задержанный будет доставлен в отдел полиции «Филевский парк». За компанию прихватили и водителя Марата, который был вообще в шоке от происходящего. Конечно, как любой нормальный человек на его месте, Айдагулов спросил у «конвоиров», на каком основании его задержали, попросил представиться. Однако те оказались крайне немногословны и не стали раскрывать интригу, сказав: мол, приедем на место — там всё узнаешь. Позднее выяснилось, что «спецоперацию» против ничего не подозревавшего нижегородца проводили сотрудники Центра противодействия экстремизму УВД по ЗАО ГУ МВД России по Москве А.В. Шабанов и М.В. Мелех. По прибытии всей этой «делегации» в отделение ее встретил мужчина в штатском, оказавшийся начальником следственной части этого отдела И.Ф. Акжигитовым. Задержанных развели по разным кабинетам и начали допрос с пристрастием, при этом Марата еще и пристегнули к стулу наручниками, как будто это особо опасный рецидивист, хотя у него не было ни единой судимости. По его словам, допрос происходил в духе фильмов про репрессии, с постоянной матерной бранью и угрозами. До применения электрошокеров и паяльников дело, к счастью, не дошло, но у задержанного порой складывалось впечатление, что их вот-вот принесут. Вопросы, задаваемые Айдагулову, еще больше его запутывали. У него спрашивали о его вероисповедании, о том в какую мечеть он ходит, каких взглядов придерживается. А поскольку допрос вели борцы с экстремизмом и терроризмом, в голову уже лезли мысли: а не в связях ли с ИГИЛ (запрещенная в России организация) его подозревают? Преступление, которого не было Но тут на сцене появился еще один персонаж – некий О.В. Соколовский. Поначалу он представился сотрудником ФСБ, но затем выяснилось, что к спецслужбам этот человек никакого отношения не имеет, а на жизнь зарабатывает… коллекторской деятельностью, то есть выбиванием с людей чужих долгов. Более того, выяснилось, что и задержан-то был Айдагулов по заявлению, написанному Соколовским! Из него следовало, что 23 сентября 2014 года возле ТЦ «Горбушкин Двор» нижегородец, ранее ему совершенно незнакомый, попросил у заявителя взаймы 150 тысяч рублей. Тот их не раздумывая дал, а должник не вернул деньги и скрывается от кредитора! От начала и до конца это был ложный донос (статья 306 УК РФ), который вообще-то карается по закону. Правдой там было лишь то, что Айдагулов и Соколовский и впрямь не были знакомы, причем впервые увиделись вовсе не у того торгового центра, а непосредственно в отделении полиции «Филевский парк», в день задержания Марата. Помимо очевидной абсурдности всей ситуации (человек дает 150 тысяч рублей незнакомцу), оказалось, что в день, когда им якобы совершались мошеннические действия, Айдагулова вообще не было в столице – он находился в командировке в Санкт-Петербурге, чему имеется множество железобетонных доказательств (свидетели, билеты и т.д.). Но самое удивительное: почему делом о мошенничестве стал заниматься Центр противодействия экстремизму? Это ведь совершенно другое направление следствия, никак не связанное с мелкими преступлениями в экономической сфере! Там что, сотрудникам больше заняться нечем? И наконец, чтобы разобраться в ситуации, вполне достаточно было вызвать Айдагулова повесткой для дачи объяснений, которые заняли бы от силы минут 20. Но вместо этого человека задержали на улице в чужом городе, под конвоем доставили в отделение полиции и там прессовали на протяжении примерно трех часов, не предъявив обвинения! Это же явное нарушение его гражданских прав и превышение полномочий со стороны полицейских! А уж зачем и почему «под раздачу» попал еще и водитель Айдагулова, и вовсе не поддается объяснению. Где собака порылась Хотя на самом деле ларчик просто открывался. Уже в начале допроса Марат понял, что происходящее – это просто провокация и цирковое представление, задуманное для того, чтобы его запугать. Еще когда Шабанов и Мелех везли его в отделение, они с кем-то постоянно созванивались. А поскольку телефонные переговоры продолжались и на допросе, стало ясно, кто собеседник подчиненных. По словам Марата, это был действующий на тот момент член Совета Федерации Валерий Шнякин! Тот самый сенатор, который в свободное от решения государственных задач время промышлял ростовщичеством, и который уже на протяжении почти восьми лет требует с Айдагулова 40 миллионов рублей. Их якобы ссудили он сам и его родственники – жена Элеонора Шнякина, зять Олег Смирнов. Кстати, доказать этот долг и объяснить происхождение таких умопомрачительных сумм Шнякин не может. А его «нетрудовыми доходами», как мы уже рассказывали, интересовались в Генеральной прокуратуре РФ. Но вернемся в 2014 год. Марат рассказывает, что допрашивавшие его полицейские даже особо не скрывали, в чьих интересах действуют. Они без стеснения спрашивали Айдагулова о его «долге» перед членом Совета Федерации Шнякиным, о том, когда он собирается его вернуть. Хотя никакого отношения к заявлению «эфэсбиста» Соколовского этот вопрос, разумеется, не имел. Затем сотрудники полиции пошли еще дальше и прямо предложили Марату отдать им прямо здесь и сейчас 40 миллионов рублей. Они, дескать, передадут «кэш» «хозяину», а нижегородца отпустят на все четыре стороны, навсегда забыв все имевшиеся к нему претензии. Вы только представьте себе, что такое предложение делается в отделении полиции, в официальном кабинете, под портретом Президента РФ! Однако заниматься подобной сомнительной «благотворительностью» нижегородец не собирался, да и не было у него при себе такой суммы. Поняв, что ничего в этот день от Марата не добьются, полицейские заставили его написать расписку, что тот обязуется вернуть Шнякину 40 миллионов рублей в течение двух месяцев, после чего отпустили его, не составив даже протокола! Разумеется, никаких уголовных дел по заявлению Соколовского возбуждено не было, да и всех следственных действий в отношении Айдагулова тоже вроде как не проводилось. Зато какое-то время ему звонили с «левых» номеров: напоминали о «должке» и оставленной в полиции расписке. Прекратились звонки только после того, как полицейские узнали, что от Айдагулова на них поступило заявление в службу собственной безопасности. Это же надо так деньги любить! Марат не просто пожаловался на «полицейский беспредел», но и требовал привлечь Шнякина, Шабанова, Мелеха и Акжигитова к уголовной ответственности за их действия. По его версии, Валерий Шнякин, в расчете выбить с него 40 миллионов рублей несуществующего долга, решил воспользоваться услугами как профессионального коллектора Соколовского, так и «добровольцев-любителей» из столичного Центра противодействия экстремизму. В результате появилось заявление Соколовского на Айдагулова, которое Шабанов принял к производству, даже не задавшись вопросами: откуда у заявителя взялись 150 тысяч рублей, по какой причине он передал эти деньги первому встречному и поверил ему, не установив даже его личность по паспортным данным, почему никоим образом не оформил передачу? Далее при первой удачной возможности Айдагулов был задержан и препровожден в отделение. Причем в субботний выходной день, когда там кроме вышеперечисленных сотрудников никого не было. То есть, получается, в свободное от работы время борцы с экстремизмом занимались коллекторской деятельностью? Если так, то интересно: какой процент они попросили от суммы в 40 миллионов рублей и, главное, как часто брали на себя такую подработку? В подтверждение своих выводов Марат приводит следующие доводы. Если бы Шабанов самостоятельно получил с Соколовского объяснение, текст которого напечатан на компьютере, то свои данные он бы внес также машинописно, а не вручную в готовый бланк, который, вероятно, составили Соколовский с сенатором Шнякиным, без участия Шабанова. Объяснение с Айдагулова московскими полицейскими было получено без числа, в рапорте указано, что он является жителем Нижегородской области, однако никаких поручений из столицы в ГУ МВД по Нижегородской области об установлении фактического местонахождения Айдагулова с целью вызова на допрос направлено не было. Наконец, на заявлении Соколовского отсутствует запись руководителя о поручении производства проверки Шабанову, что указывает на то, что это заявление он зарегистрировал и стал проверять без ведома руководства. Проще говоря, московские полицейские просто отрабатывали «заказуху», а их главной задачей было под любым формальным предлогом применить к Айдагулову спецсредства, доставить в отделение полиции, запугать до дрожи в коленях и принудить отдать сенатору-рантье 40 миллионов рублей! Должна быть дана жесткая оценка Всё это вроде бы очевидно. Но тогда, 5 лет назад, Валерий Шнякин еще заседал в Совете Федерации, и его столичные связи помешали привлечь к ответственности «оборотней в погонах». Более того, эти люди до сих пор работают в органах МВД! Но времена меняются. Разоблачения даже самых высокопоставленных силовиков, в том числе и столичных, следуют одно за другим. К примеру, в декабре прошлого года за получение взятки в 15 миллионов рублей задержаны начальник отдела Главного управления собственной безопасности МВД и сотрудник управления экономической безопасности полиции Москвы. Ну а уж после резонансного дела в отношении высокопоставленных чекистов «неприкасаемых», похоже, не осталось. Кроме того, историей со злоключениями в столице нижегородца Айдагулова заинтересовались члены Общественной палаты РФ и член Совета при Президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека Александр Брод, которые на недавнем совещании с участием главы Следственного комитета РФ Александра Бастрыкина передали ему заявление Марата. Обращению дан ход, а постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении Акжигитова, Мелех и Шабанова, вынесенное Дорогомиловским районным отделом СК, отменено. Так что теперь есть все основания рассчитывать, что действия коллекторов в погонах из Центра противодействия экстремизму, равно как и действия экс-сенатора Шнякина, получат наконец максимально жесткую правовую оценку. Резюмируя эту поучительную историю, хотелось бы дать совет известными стихами: «Товарищ, бди. Не попади, не пропади!» Ситуацию с противоправными действиями отдельных представителей силовых ведомств в отношении граждан мы продолжим держать на журналистском контроле. Ефим БРИККЕНГОЛЬЦ