Некачественное следствие плюс расправа «лесной мафии»: почему в Краснобаковском районе якобы за «покушение на жизнь» представителя власти частный предприниматель был осужден по самому жесткому варианту? Жители поселка Шеманиха Краснобаковского района до сих пор пребывают в шоке из-за приговора районного суда, вынесенного еще в августе хорошо известному в этих местах человеку Вадиму Терехову. Последнего признали виновным в покушении на убийство (ст. 30, ст. 105 УК РФ) главы администрации Шеманихинского сельсовета Алексея Дорофеева и отправили в колонию строгого режима на шесть с половиной лет. По версии следствия, которую поддержал районный суд, 3 декабря прошлого года Терехов, будучи нетрезвым, появился в администрации сельского поселения с однозарядным пистолетом и решительно направился в кабинет главы. Между мужчинами возникла ссора, в ходе которой предприниматель наставил пистолет на Дорофеева, начал угрожать убийством. Чиновник оказал сопротивление и сумел отвести руку нападавшего с оружием. В этот момент злоумышленник выстрелил. Дорофееву удалось увернуться от пули, и та угодила в стену. Чтобы обезвредить нетрезвого Терехова, глава сельсовета выхватил пистолет и ударил им по голове противника. После чего выпроводил предпринимателя из здания. Выстрел слышала сотрудница, которая находилась в этот момент в соседнем кабинете. Она вызвала на место событий полицейских. Терехова задержали, взяли под арест, а спустя полгода суд первой инстанции (Краснобаковский районный суд) вынес приговор. Случай был резонансным и получил широкую огласку, однако в данной истории все отнюдь не так однозначно, как это было преподнесено районными и некоторыми региональными СМИ. Вполне возможно, что настоящей жертвой является… сам Терехов, которому отомстили за дела давно минувших дней, используя спорный инцидент. МЕСТНЫЙ ЛЮД В НЕДОУМЕНИИ Шеманиха – относительно крупный по сельским меркам населенный пункт, население превышает 1200 человек, однако Вадима Терехова здесь знают все, ведь он почетный гражданин поселка, причем стал таковым вполне заслуженно. Будучи одним из крупнейших здешних лесозаготовителей и деревообработчиков, он никогда не забывал о социальной ответственности бизнеса: помогал ремонтировать школу и детский сад, за свой счет утеплил муниципальную водонапорную башню, каждую зиму чистил от снега дороги общего пользования. Никто в Шеманихе не верит, что такой уважаемый человек мог совершить то, за что его осудили, люди серьезно сомневаются, что покушение на жизнь главы местной администрации вообще имело место. Заметим: ни одного неопровержимого доказательства тому, что Терехов пытался расправиться с Дорофеевым, в уголовном деле не приведено. Бесспорно лишь то, что в кабинете главы сельской администрации между Тереховым и Дорофеевым что-то произошло, в результате чего случился выстрел из кустарного однозарядного пистолета, никому не причинивший вреда, а на голове Терехова появилась значительная рана, кровью из которой залило все помещение. У конфликта не было ни единого свидетеля, камера видеонаблюдения в кабинете отсутствовала. О том, что там было, известно лишь со слов Терехова и Дорофеева. А их показания диаметрально расходятся! ВЕРСИИ СТОРОН КОНФЛИКТА Сельский предприниматель Терехов утверждает, что в тот злополучный день, 3 декабря 2019 года, он действительно выпил дома и отправился с какой-то целью в магазин. По дороге нашел пакет черного цвета, в котором находились пистолет и сумка. Их он взял с собой и после того, как купил в магазине то, что хотел, поступил как любой законопослушный гражданин – направился к участковому уполномоченному с целью сделать заявление об опасной находке и надлежаще сдать ее. Он знал, что кабинет участкового находится в администрации сельсовета, но отыскать полицейского в этот неурочный час не сумел, поэтому заглянул в кабинет главы сельской администрации. Увидев его, Дорофеев начал выгонять неформатного посетителя: дескать, ты пьян, иди домой, проспись, а если есть вопросы – потом появишься. Тут Терехов допустил роковую ошибку: решив припугнуть чиновника, он достал найденный пистолет. Эффект оказался противоположным тому, на что рассчитывал предприниматель. Глава администрации стукнул его по руке, а пистолет оказался заряжен и выстрелил, пуля улетела в стену, никого не задев. После чего Дорофеев, который почти вдвое крупнее своего оппонента, отобрал у него оружие и ударил им Терехова по голове. Поскольку первую помощь раненому никто оказывать явно не собирался, тот отправился домой, а оттуда в больницу, но по дороге его «перехватили» прискакавшие на вызов полицейские. Дорофеев утверждал, что 3 декабря находился на рабочем месте, когда в кабинет к нему заглянул Терехов. Чиновник только и успел сказать, что ему следует идти домой проспаться, но посетитель вместо этого выхватил пистолет, направил дулом в сторону Дорофеева, в область головы, при этом рука Терехова была на рукоятке пистолета, а палец на спусковом крючке. Но перед тем как Терехов выстрелил, Дорофеев успел отвести его руку в сторону, что, по словам представителя власти, спасло ему жизнь. После этого он отобрал у нападавшего пистолет и ударил им его по голове, «чтобы пресечь дальнейшие противоправные действия гражданина». Далее он вытолкнул Терехова из кабинета, попросил свою сотрудницу вызвать скорую и полицию, а сам уехал по делам. А КАК ЖЕ ПРЕЗУМПЦИЯ НЕВИНОВНОСТИ? Теперь хотелось бы перейти к фактам. Хотя Терехова осудили также за незаконное приобретение и хранение, следствие не смогло выяснить происхождение самодельного пистолета. Так что нам непонятно, почему оно не поверило словам обвиняемого, что «ствол» он нашел и сразу отправился сдавать незаконное оружие участковому. На оружии обнаружены отпечатки пальцев как Терехова, так и Дорофеева, а экспертиза не в состоянии установить, что предшествовало выстрелу. Однако следствие, а затем и суд полностью доверились показаниям главы поселка Шеманиха Дорофеева, из которых следовало, что Терехов стрелял в него, целясь в голову, но не попал по не зависящим от него причинам. А показания обвиняемого, утверждавшего, что произошедшее просто глупое недоразумение и сложившееся не в его пользу стечение обстоятельств, в расчет не принимались. При этом ни одного вразумительного мотива для убийства главы сельской администрации у Терехова не имелось. В Шеманихе он значился вполне успешным предпринимателем, глава сельской администрации Дорофеев лично ему никакого вреда не причинял, да и причинить не мог. К тому же если бы осужденный судом первой инстанции гражданин действительно захотел расправиться с Дорофеевым, то вряд ли пошел бы его расстреливать из однозарядного пистолета кустарного производства, который мог быть не заряжен либо неисправен, причем пришел бы стрелять средь бела дня прямо в администрацию! Налицо некачественно проведенное следствие, у которого на самом деле достаточно инструментария для выяснения истины. В частности, если показания сторон, как в нашем случае, взаимоисключающие, сохраняется возможность назначить полиграфические экспертизы. Иначе говоря, проверить показания сторон на детекторе лжи. Процессуального значения экспертиза все равно бы не имела, но пролила бы свет на многое. Известно, что в случаях недопонимания следствием истинной картинки либо слабой доказательной базы вероятных событий, по идее, должна срабатывать презумпция невиновности (события не принимаются, «отметаются» в пользу обвиняемого). И если бы данное право сработало, то Терехова осудили бы за хулиганство с применением оружия или за угрозу убийством, за что следует куда менее суровое наказание, чем за попытку убийства. Кстати, жители Шеманихи, знающие всех участников злополучных событий, не вдаваясь в тонкости следствия, до последнего момента полагали, что местный лесопромышленник Терехов получит условный срок, тем более что он ранее не судим, имеет на иждивении двух несовершеннолетних детей, инвалид 3-й группы, характеризуется односельчанами исключительно положительно. А судебная система сейчас старается оградить в общем-то законопослушных граждан, оступившихся впервые в жизни, от попадания в криминальную среду. Ведь пребывание в тюрьме бок о бок с матерыми уголовниками может деформировать их психику, превратив в таких же закоренелых преступников. Однако в отношении Терехова карательная система действовала с максимальной жесткостью, если не сказать жестокостью. Преступление квалифицировали по самой тяжкой статье из всех возможных в данном случае: ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ. Гособвинитель запросил для Терехова семь лет лишения свободы, суд приговорил его к шести с половиной годам. Между тем несколько лет назад сам Терехов на охоте получил тяжелое ранение в голову шальной пулей, выпущенной одним из лесничих, но по данному факту даже не стали возбуждать уголовное дело! Возникает вопрос: почему же с уважаемым в Шеманихе человеком обошлись так сурово, словно с каким-то асоциальным элементом, по которому уже давно тюрьма плачет? На сей счет имеются две версии, которые, впрочем, друг другу не противоречат. БИТЫЙ ЗА НЕБИТОГО ВСЕГДА В ОТВЕТЕ? Во-первых, удар пистолетом по голове уже обезоруженного человека, который физически слабее бьющего и кровью которого залито все вокруг, выходит за рамки максимально допустимой самообороны. Даже если оппонент был пьян и проявлял какие-то признаки агрессии. И чтобы самому не стать обвиняемым в уголовном деле, Дорофееву было выгодно представить Терехова особо опасным преступником, пытавшимся не меньше чем его убить. Остается мнение, что местные силовики, начиная с участкового, успешно подыграли главе сельской администрации. Во-вторых, в отличие от Терехова, у которого не было поводов для обиды на Дорофеева, у того причины для неприязни к предпринимателю имелись, и вполне серьезные. ЗАПОЗДАЛАЯ МЕСТЬ? Как раз здесь необходимо рассказать поучительную историю. Еще до того как стать главой администрации Шеманихинского сельсовета, Дорофеев трудился в местном лесничестве, да так усердно, что стал одним из фигурантов уголовного дела, касавшегося хищений леса в Краснобаковском районе. 5 апреля 2007 года оперативниками Управления ФСБ РФ по Нижегородской области был задержан директор Шеманихинского лесхоза Николай Воеводин, которому предъявили обвинение по ч. 4 ст. 160 («Присвоение или растрата в особо крупных размерах») и ч. 2 ст. 260 («Незаконная рубка деревьев и кустарников с использованием служебного положения»). Этому предшествовала инспекция, результаты которой ошеломили самих проверяющих. Согласно акту проверки №73л, «общий объем срубленных деревьев составил 22526,9 куб. метра, ущерб, причиненный лесному хозяйству, составил 233077,3 тысячи рублей». И это только в одном лесхозе! Далее в УФСБ выяснили, что ущерб, нанесенный деятельностью преступной группы, только по одному эпизоду оценивается в 3,5 миллиона рублей. Всего же в Шеманихинском лесхозе с помощью аэрофотосъемки оперативникам удалось выявить незаконных рубок на сумму порядка трех миллиардов (!) рублей. Заметим: проверки, легшие в основу уголовных дел, были проведены в результате жалоб в правительство области от Геннадия Комарова и Вадима Терехова. Последний стал еще и одним из свидетелей, причем ключевым. Хорошо зная лес, он вызвался показать следователям тайные делянки, на которых производилась незаконная рубка лесных насаждений. Разбить «лесную мафию» в Краснобаковском районе, у которой на тот момент имелись весьма высокопоставленные покровители, было непросто. Только после того, как в 2006 году Терехов и Комаров обратились к депутату Государственной думы Александру Хинштейну, который взял под личный контроль тему систематического расхищения лесов в районе, следствие начало проявлять активность. В итоге семь человек, имевшие отношение к лесу Краснобаковского района, были осуждены на различные сроки за должностные преступления, кражи древесины. Под подозрением находился и Дорофеев: будучи участковым лесничим, он не мог не замечать, как на контролируемой им территории в гигантских масштабах производится незаконная вырубка леса. Но можно предположить, что закрывал на это глаза. Нельзя исключать – потому, что и сам был «в доле»? Впрочем, Дорофеева в тот раз «не накрыло». Не иначе, просто по чудесному стечению обстоятельств его из подозреваемых перевели в свидетели. Однако «хлебного места» участкового лесничего он лишился. Похоже, обиду на принципиального Терехова «лесная мафия» затаила, а когда возник подходящий момент – изощренным образом его «лягнула». Впрочем, выходит, что теперь достанется не ему одному. Семью с двумя несовершеннолетними детьми лишают кормильца, два десятка сотрудников лесопромышленных предприятий рискуют остаться без работы, найти которую в таежной Шеманихе по-прежнему туговато. Да и остальные жители тяжело воспринимают происходящее, поскольку помнят, сколько Вадим сделал для посельчан хорошего, и понимают, сколько еще доброго мог бы сделать. Разумеется, защита Терехова будет обжаловать в вышестоящем суде. Приговор первой инстанции в Шеманихе многие продолжают считать несправедливым. Люди надеются, что здравый смысл все же восторжествует и их земляк вскоре появится в родных местах. Ефим БРИККЕНГОЛЬЦ