Выяснилось: можно обворовать даже русло реки Волги! На минувшей неделе ряд СМИ сообщил новость о том, что руководители не то нижегородской компании, не то предприятия арестованы за кражу речного песка, да еще и со дна Волги. Оказывается, еще в 2016 году Приволжская транспортная прокуратура и Волжская межрегиональная природоохранная прокуратура пришли к парадоксальному на первый взгляд выводу: одной из основных причин обмеления Волги, в том числе на самом проблемном для судоходства участке между Нижним Новгородом и Городцом, является… неконтролируемая добыча песка в русле реки. Возможным инициатором данного преступного промысла могло оказаться ФБУ «Администрация Волжского бассейна внутренних водных путей». При том что одной из главных задач федерального бюджетного учреждения является как раз эксплуатация и обеспечение безопасного судоходства на водных путях! В 2019 году транспортная прокуратура произвела в структуре выемки документации. Но, кажется, тогда – обошлось без последствий. Последствия стали поняты только сейчас. Данная государственная структура, которую с 2010 года бессменно возглавляет выпускник Горьковского института инженеров водного транспорта Дмитрий Бессмертный, в отличие, например, от руководителей Волжского пароходства, всегда находилась в тени. Тем более стало неожиданным, что структура начала упоминаться в криминальных сводках. Заместителя руководителя ФБУ Сергея Булашова и руководителя филиала – Нижегородского района водных путей и судоходства – Сергея Гуляева арестовали по подозрению в хищении 448 тысяч тонн речного песка. При первом прочтении новость может вызвать недоумение: казалось бы, как два госчиновника могут быть причастны к незаконной добыче подводного грунта? РАЗБОЙНИКИ С БОЛЬШОЙ ДОРОГИ О «генералах подводных песчаных карьеров» нижегородцы, в первую очередь наши постоянные читатели, наслышаны немало. Исходя из имеющейся информации воображение рисует образ этакого лихого корсара на парусном судне с веселым Роджером на черном флаге! В июле 2021 года сообщалось, что двух нижегородцев поймали за кражу песка из Волги в Борском районе, у затона Карла Маркса. Сотрудники полиции застали злоумышленников за тем, как они с помощью земснаряда самозабвенно загружали песок в баржу, при этом абсолютно никаких документов на ведение этой деятельности у них не было. Не знавшие страха ребята успели умыкнуть около одной тысячи тонн песка, пока их не задержали и не предали суду. То, что они делали, было широко распространено лет 10 назад. Теперь же это редкость, поскольку риск попасться прежде, чем успеешь что-то заработать, слишком велик. И так нагло воровать государственные недра отваживаются только самые отчаянные и безбашенные проходимцы. Чаще всего незаконная добыча песка в судоходных реках маскируется под проведение дноуглубительных, дноочистительных либо берегоукрепительных работ. Вернее сказать, сами работы, проводятся, причем вполне легально. А вот их побочным продуктом становится речной песок, который, собственно, и разворовывается, то есть нелегально продается. Так, у наших соседей по ПФО, в Башкирии прокуратура пресекла добычу песка под видом выемки наносного грунта. Там учреждение «Камводпуть» за два с половиной года заключило более 40 договоров на поставку песко-гравийной смеси (без лицензии) на сумму более 120 млн рублей. В настоящее время правоохранители дают оценку этим действиям. Подобные факты выявлены также в Самарской, Владимирской областях, в Удмуртии и других регионах. «Добыча песка под видом дноуглубительных работ не требует большого количества согласований, а их стоимость в несколько раз меньше приобретения лицензии – около 70 тыс. рублей вместо 500 тыс. рублей за лицензию. Кроме того, дноуглубительные работы не предусматривают уплаты налога», – поясняют в прокуратуре. Добавим, что такой способ намного выгоднее, чем добыча песка в обычных наземных карьерах, где общие изначальные расходы могут составить от 7 миллионов рублей. Необходимо получить массу разрешений: разведывательные, геологические, геодезические. И на это уходит до пары лет! А тут все куда проще и быстрее. Другое преимущество добычи речного песка – логистика. Ведь к карьеру, который выкопан в чистом поле, надо еще и дорогу проложить. И чем более протяженным будет «плечо» от карьера до объекта строительства, тем дороже выйдет стоимость песка. Так, расстояние до карьера в 50 км дает удорожание 1 тонны песка на месте разгрузки в два раза, каждый дополнительный километр увеличивает его цену еще на 1,5%. А тут песок просто сразу грузится на баржу и доставляется к ближайшему грузовому порту! СГОДИТСЯ В ЛЮБОМ ДЕЛЕ Речной песок, добытый со дна, считается самым качественным. Он изначально не содержит вредных примесей, поскольку те вымываются проточной водой, а песчинки имеют правильную округлую форму, без острых краев. Такой песок универсален, поэтому применим повсеместно. Его используют, к примеру, при дорожном строительстве. А в Нижегородской области, помимо международной трассы М-12, где требуются просто неимоверные объемы песка по ГОСТу, строится еще много дорог. Буквально на днях сообщили, что область получила деньги из федерального бюджета на опережающее финансирование капремонта и строительства дорог. Речь идет о трех траншах бюджетного кредита общей суммой 3,2 миллиарда рублей, которые будут направлены на проекты развития дорожной инфраструктуры! Песок востребован заводами по производству бетона, нужен при строительстве многоквартирных домов. По некоторым подсчетам, потребность в нерудных строительных материалах в сезон составляет у нас 15 – 20 миллиардов тонн. МАЛЕНЬКИЕ ХИТРОСТИ – БОЛЬШОЙ КУШ! Но как же осуществляется кража речного песка? Имеется несколько способов. В частности, надо понимать: если есть карьер в устье реки, то там всегда какая-то часть песка лимитирована, а какая-то – «неучтенка». То есть разработчик месторождения вышел за границы отведенного ему участка либо стал копать глубже положенного и в итоге получил больше песка, чем ему разрешено. Разумеется, ни в каких документах такой песок не числится, физически его как будто и не существует! Эти хитрости очень похожи на те, что применяет «лесная мафия», захватывая делянки большие, чем утверждено по плану. «Намытый» песок должен либо сдаваться государству, либо сбываться под строгим контролем государства, поскольку это общенародное достояние (как и все, что находится в недрах). Правда, слишком много в этом случае не перепадет, к тому же налоги платить придется. А вот нелимитированный песок становится буквально золотым для его добытчиков! Поэтому они, разумеется, заинтересованы в том, чтобы именно его как можно больше и добывать. Их периодически ловят, возбуждают уголовные дела. Но доказать вину очень сложно. Необходимо проводить маркшейдерские работы (комплекс измерительных мероприятий на горных выработках), расчеты с привлечением ревизоров, специалистов Росреестра, Росприроднадзора. Очень трудно определить, что подрядчик вышел за границы участка по добыче песка, еще труднее – что добыл больший его объем, копнув на метр глубже. Ведь подводный карьер «укрыт» толщей воды! Не лодку же с ревизорами под воду запускать… Другой, еще более изощренный способ хищения песка придумали и применили вышеназванные руководители «Администрации Волжского бассейна внутренних водных путей» Булашов и Гуляев. Они полгода оформляли поднятый со дна Волги и Оки песок как донный грунт, то есть ил с камнями. Далее этот груз по цене грязи (а по бумагам он ею и являлся) продавался посреднику. Тот сам сдавал образцы на экспертизу, выправлял документы и уже легально продавал элитный песок желающим, количество коих – неимоверное. А выручкой, вероятно, щедро делился с организаторами аферы. Следствие предварительно насчитало, что общая сумма материального ущерба (только доказанная), причиненного Российской Федерации действиями сообщников, составила более 65 миллионов рублей. Что называется, на пустом месте! При этом еще неизвестно, не использовались при проведении этих работ вышеописанные уловки с получением нелимитированного песка. Если да, то ущерб жулики нанесли не только бюджету государства, но и великим русским рекам. Дело в том, что бесконтрольная добыча песка негативно отражается на состоянии рек, оказывая существенное влияние на русловой процесс и судовые условия. Береговая линия или дно реки проседает, а это вызывает понижение ее уровня относительно берега и приводит к появлению все большего количества труднопроходимых мест для судов. Добыча полезных ископаемых рядом с берегом также влияет на судоходство, поскольку вода уходит в образовавшиеся подземные пустоты. Таким образом на реках и появляются мели, мешающие судоходству. Наиболее сложная и опасная из них – между Нижним Новгородом и Городцом. Впрочем, они могут образовываться и естественным путем, из-за «миграционных песков», которые годами намываются течениями. Поэтому русла рек постоянно меняются, и кто-то должен все время держать под контролем линию прохода судов (фарватер). Вот тут-то мы и подходим к роли в хищениях песка ФБУ «Администрация Волжского бассейна внутренних водных путей». Данная структура следит за руслами рек и поддерживает их фарватеры (возможности беспрепятственного прохождения судов) в рабочем состоянии. А если где-то начинают появляться опасные мели, управление назначает на данном участке проведение дноуглубительных или дноочистительных работ. Оно же их организует и следит за реализацией. Собственно, именно так в преступную схему и попали Булашов с Гуляевым. И остаются серьезные опасения, что данный эпизод – отнюдь не единичный случай, а лишь макушка айсберга. Более того, не покидает ощущение, что в управлении произошла подмена понятий и ценностей. Что участки для донных работ назначаются не там, где это нужно для судоходства, а там, где кому-то будет сподручнее нелегально добывать речной песок. На такие тревожные мысли натолкнула одна очень подозрительная история. ОСТАВИЛИ «НА ДЕМБЕЛЬ»? В последнее время в районе Борского моста неоднократно случались инциденты, связанные тем, что суда садились на мель. Самый свежий – посадка на мель судна «Промерный-11», которое как раз совершало там измерение глубины дна (что называется, ирония судьбы!). В связи с подобными случаями и с тем, что ближе к борской пойме найдены довольно большие залежи речного песка, возникло предложение начать их разработку. А что? Это и от мелей избавит, и строителям поможет, и выгоду принесет. Но по каким-то причинам руководители ФБУ «Администрация Волжского бассейна внутренних водных путей» выступили категорически против того, чтобы добывать там песок. Они мотивировали это тем, что если будем забирать оттуда песок, то якобы начнут оголяться дамбы и опоры, на которых базируется мост, и он может пострадать. Не все с этим согласны, и появились подозрения, что руководители управления держат это место под себя. Выходя на пенсию, оформят этот участок на себя и будут им пользоваться, добывая там песок. Это ведь золотое дно! Плюс там отличная логистика: рядом мост, через который можно поехать хоть на Бор, хоть на Дзержинск, хоть на Киров. МАСШТАБЫ ПОРАЖАЮТ И УЖАСАЮТ А ведь по долгу службы руководителям «Администрации Волжского бассейна внутренних водных путей» известно огромное количество таких мест. И не только на Волге или Оке. Представьте себе географический район деятельности управления: Ярославская область, Ивановская область, Нижегородская область, Республика Марий Эл, Республика Мордовия, Чувашская Республика, Республика Татарстан, Удмуртская Республика, Пензенская область, Кировская область, Ульяновская область, Самарская область, Саратовская область, Волгоградская область, Астраханская область. А основные внутренние водные пути – реки Волга, Ока, Кама, Вятка, Сура, Унжа, Ветлуга, Ахтуба, дельта реки Волги. Есть где развернуться! Если так, то структура, которая, по идее, должна была бороться с «речной мафией», сочла за лучшее ее возглавить? И речь может идти о злоупотреблениях не на миллионы, а на миллиарды рублей! О том, что хищения речного песка – это не стихийные явления, а хорошо организованный процесс, свидетельствуют цифры, обнародованные еще в 2016 году: «В течение двадцати лет в акватории реки Волги различными предприятиями ведутся работы по незаконной добыче речного песка. Ее объемы, по информации транспортной прокуратуры, значительно превышают официальную статистику. Объем полученного речного материала составляет 90 млн кубометров. В то же время объем незаконной разработки песка речной акватории составляет 150 млн кубометров. Это почти в два раза превышает цифру официальной статистики». Между тем уголовных дел, возбужденных за незаконную добычу речного песка, тогда почти не возбуждалось. Значит, кто-то прикрывал добытчиков? И не логично ли предположить, что это те, кто как раз и организует донные работы? Словом, у правоохранительных органов сейчас просто гигантский пласт работы. Судя по аресту Булашова и Гуляева, они за нее уже взялись. Так что будем с интересом следить за развитием событий.