Интрига в уголовном деле о хищениях речного песка высшими чинами администрации Волжского бассейна внутренних водных путей, видимо, закручена столь лихо, что еще даже в полной мере не исчерпала себя. И хотя таковая вроде как уже начала обозначаться, перспективы следствия по-прежнему продолжают выглядеть немало туманными… Речь об истории с кражей 448 тыс. тонн речного песка. Следствие полагает, что под видом донного грунта в 2021 – 2022 годах группой обвиняемых был изъят со дна Волги и продан знакомым предпринимателям (компании «Бриз», «Кама», «Акванеруд» и ЗАО «СК «Ока») чистейший строительный песок. По фабуле дела, фигуранты похитили песок, добытый при выравнивании глубин земснарядами на участке 870 – 907 км судового хода Волги. Известно, что чиновники – люди «тертые», зачастую не нарушают закон, а используют пробелы («дыры») в законодательстве. Что ненаказуемо! Видимо, на это был сделан расчет и в этот раз… ДЕЛО ЕСТЬ, А ПОТЕРПЕВШИХ НЕТ? Основным из условий, необходимых для того, чтобы суд приступил к рассмотрению уголовного дела, является наличие в нем хотя бы одного потерпевшего, которому нанесен ущерб. Иначе получится, что человек или группа лиц нарушили закон (в нашем случае расхитили принадлежащие народу ресурсы и нанесли ущерб социально-экономическому развитию региона), а хуже никому не стало. Выходит, либо закон несовершенный, либо следствие плохо сработало? Однако определить потерпевшую сторону бывает крайне затруднительно. Это странно, но зачастую органы государственной, муниципальной власти отказываются признать себя потерпевшей стороной. Для примера, в 2014 году было возбуждено уголовное дело в отношении руководителя МП «РЭД» Автозаводского района Юрия Дуцева. Следователи заподозрили его в хищении 18 миллионов рублей, которые были выделены на обслуживание городских магистралей. Однако администрация Нижнего Новгорода наотрез отказалась признавать себя потерпевшей стороной! И в тоге следователям и гособвинению пришлось тяжко… В 2005 году мэрия Нижнего Новгорода не признала себя потерпевшей в деле о хищении средств на строительство метромоста, дескать, это были деньги не из городского бюджета – речь шла об использовании средств дорожного фонда. Не наше! И таких случаев множество. Казалось, в деле о хищении речного песка со дна Волги потерпевших будет найти еще сложнее. Ведь этот песок, если бы не в меру предприимчивые «умельцы» ФБУ «Волжское ГБУВПиС» Булашов и Гуляев, так и оставался бы лежать на дне. Кто же тогда пострадавший и как именно он пострадал? Подследственные утверждают: ничего противозаконного они не делали, вели работы по дноуглублению, а федеральные нормативные акты позволяют администрациям бассейнов расчищать судовой ход в соответствии с госзаданием. Адвокат сообщил, что к материалам дела даже приобщены официальные разъяснения Росморречфлота, согласно которым нет надобности получать дополнительное разрешение на добычу полезных ископаемых: таковые не нужны при проведении дноуглубительных работ для поддержания рельефа русла, которые предписаны государственным заданием. Вероятно, было немало консультаций на сей счет. По их итогам потерпевшей по делу признано региональное министерство экологии и природных ресурсов. Начальник сектора лицензирования и регулирования отношений недропользования министерства Тимур Кочетков пояснил, что по действующему регламенту госучреждение должно было получить разрешение на право пользования недрами, что проделано не было. Но это понятно: формально же никто не собирался добывать полезные ископаемые. Дескать, расчищая фарватер судового хода в целях углубления дна Волги, чтобы ненароком днищем корабль мель не зацепил, изымался исключительно грунт в виде отходов: ила, коряг и прочего «подножного» материала. А если так, на что тут лицензия? Заметим: получение лицензии минэкологии узаконивает добычу полезных ископаемых, накладывая на получателя множество обременений, в том числе и необходимость платить налоги. Регламентируются объемы добычи и еще много чего. Важно, чтобы песок был в соответствии с ГОСТом – специальный крупно-зернистый песок определенного качества, с минимальным количеством примесей. С этой целью – наличие экспертизы – категорически обязательная процедура для добычи! Немаловажный момент – должны учитываться запасы песка. Без вышеупомянутых документов и процедур получилось, что фигуранты похитили у правительства Нижегородской области (по территории деятельности) полезное ископаемое – песок, добытый в ходе работ по выравниванию глубин земснарядами на участке 870 – 907 км судового хода Волги. Чем ухудшили социально-экономическое положение региона! Однако здесь не все так просто, как кажется. И неслучайно оба обвиняемых твердо стоят на полной своей невиновности, хотя вроде бы им проще и выгоднее сотрудничать со следствием. Тогда дело можно было бы рассмотреть в суде «в упрощенном порядке», что предусматривало бы наказание ниже низшего. Может, условные сроки бы получили! Для чего же они усугубляют положение? Ставка на упомянутую выше «дыру»? Начнем с того, что похожее дело в нашей стране уже рассматривалось, только в Ульяновске. Фабула была такова. Являясь учредителем и фактическим руководителем общества с ограниченной ответственностью «Гидротех», некто Владимир Шмондин организовал заключение договора аренды участка площадью 2,9 га для проведения гидромеханизированных работ по дноуглублению русла реки Большой Черемшан в районе мостового перехода автомобильной дороги Ульяновск – Самара. При этом у ООО «Гидротех» отсутствовала лицензия на право использования недр. В результате реализации договоров на поставку строительных материалов в период с октября 2009 года по декабрь 2014-го директор фирмы незаконно извлек доход в сумме более 23,5 миллиона рублей. Дело направили в суд, хозяину «Гидротеха» грозило 7 лет тюрьмы. А что в итоге? Cуд признал г-на Шмондина виновным только в осуществлении незаконной предпринимательской деятельности (без лицензии), сопряженной с извлечением дохода в особо крупном размере, и приговорил его к штрафу в 400 тысяч рублей. Но тут же бизнесмен был освобожден судом от наказания с полным снятием судимости! ВСЕ ПОНЯТНО, А ДОКАЗАТЕЛЬСТВ НЕТ? Тут, конечно, есть нюанс. Дело было в 2016 году, и тогда законодательство было немного иным. Оно не различало речной песок и донный грунт, считающийся не полезным ископаемым, а просто отходом производства, который и девать-то непонятно куда (утилизировать на свалках, которые еще нужно где-то найти). Сейчас на сей счет есть четкая градация, и менеджеров администрации Волжского бассейна внутренних водных путей обвиняют в хищении полезных ископаемых, что несколько весомее обвинений в адрес бизнесмена Шмондина. Но в таком случае все теперь упирается в необходимость доказать, что со дна земснаряды поднимали чистейший «гостовский» речной песок, а не донный грунт, и что именно первый господа Булашов и Гуляев потом благополучно сбывали налево (такой песок – на любом строительстве с руками оторвут и он больих денег стоит). Вопрос: как это все теперь доказать? По документам песок проходил как донный грунт. Он уже благополучно продан, то есть заложен в строительные объекты, причем неизвестно где. Соответственно, его экспертизу провести не представляется возможным, что бы сличить и «почувствовать разницу». Остается «трясти» тех, кому этот «донный грунт» продавался. Ведь соглашения по его продаже заключались легально, а не тайно. В ходе заседания, где фигурантам продлевали срок ареста, прозвучали названия фирм: «Акванеруд», «Бриз», «Кама» и ЗАО «СК «Ока». Некоторые из компаний, где в штате 6 человек, больше похоже на фирмы-прокладки. Другие тоже не являются типичными покупателями песка (да и донного грунта тоже), поскольку занимаются перевозками и прочим. То есть очевидно, что это лишь посредники. Добытого в Волге песка у них уже нет и, скорее всего, никогда не было. А тех, кому они его перепродали, то есть истинных бенефициаров этой аферы, никто, конечно, называть не станет. Отметим, что посредникам нет резона признаваться, что покупали они донный грунт, а продавали уже чистейший гостовский песок! (Метаморфоза!) Никакого уголовного дела в их отношении нет, они на свободе. И с учетом развивающихся событий совсем не факт, что вообще еще находятся в России. А если не будет доказательств, что добытый менеджерами администрации Волжского бассейна внутренних водных путей донный грунт – это на самом деле речной песок, то на выходе все закончится так же, как в Ульяновске. Потому что на добычу донного грунта лицензия действительно не требуется. А значит, и потерпевшего по делу, получается, нет... Не исключено, что все мы чего-то не знаем и у следствия есть «туз в рукаве», который оно приберегает «на десерт» и который все перевесит. Либо следствие просто блефует, надеясь, что кто-то из фигурантов, тем более находясь под арестом, сломается и начнет давать признательные показания. В общем, хотя обычно фигурантов уголовного дела у нас помещают под стражу не для того, чтобы потом с извинениями выпускать из СИЗО (да еще выплатив компенсацию за пребывание), в этой истории ничего не ясно. Между тем от того, чем она закончится, зависит очень многое. Ведь если данная попытка привлечь к ответственности ОПГ, которая, как представляется, годами обогащается на продажах речного песка под видом донного грунта (и данный эпизод, вероятнее всего, лишь один из многих), потерпит неудачу, то этот бизнес будет процветать и дальше. Что точно не пойдет на пользу ни пополняемости бюджета, ни состоянию Волги и Оки. Да и просто останется скверной практикой. Так что мы продолжим следить за развитием событий.