«В этот день Пьер, для того чтобы развлечься, поехал в село Воронцово смотреть большой воздушный шар, который строился Леппихом для погибели врага, и пробный шар, который должен был быть пущен завтра. Шар этот был еще не готов; но, как узнал Пьер, он строился по желанию государя». (Лев Толстой, «Война и мир», том III) СЕКРЕТНО! СВЯЗЬ ЧЕРЕЗ ТОЛСТОГО Те, кто читал гигантский роман Льва Толстого (как правило, в школьные годы), вряд ли всерьез обращали внимание на упоминание некоего «воздушного шара», который должен был стать «погибелью» наполеоновской армии. И мало кто знает, что данный эпизод, в отличие от персонажа – Пьера Безухова, вовсе не являлся плодом художественного вымысла писателя. Летом 1812 года в России действительно разрабатывалось неслыханное для начала XIX века «чудо-оружие», на самом деле представлявшее собой вовсе не воздушный шар, а настоящий летучий корабль-бомбардировщик! Эта история началась в 1811 году, когда немецкий конструктор музыкальных инструментов Франц Леппих явился на личный прием к императору Наполеону и предложил создать… авиацию. Точнее, воздушный флот из 50 огромных кораблей-аэростатов, команды которых будут сбрасывать бомбы на неприятеля. В отличие от обычных воздушных шаров, инженер предложил сделать вытянутый полужесткий корпус, который будет наполняться водородом, а управляться при помощи искусственных крыльев, поворачиваемых, как весла, находящимися в гондоле «гребцами». Леппих обещал, что аппарат сможет летать против ветра и подниматься на недосягаемую для пуль высоту. Бонапарт внимательно выслушал изобретателя, посмотрел рисунки, но посчитал эти идеи чересчур фантастическими и неосуществимыми. Разочарованный изобретатель отправился в Вюртемберг и предложил эту же идею королю Фридриху I. Но в тот период небольшое немецкое государство находилось в вассальной зависимости от Франции и не было заинтересовано в подобном проекте. В итоге Леппих начал строить аэростат в инициативном порядке, а заодно рассказал о проекте русскому посланнику Давиду Апопеусу. Тот немедленно направил секретное донесение императору Александру I, в котором написал: «Леппих обещал мне построить пятьдесят таких воздушных кораблей в течение трех месяцев… По сделанным доселе расчислениям, наиудобнейшие воздушные корабли могут вмещать в себе 40 человек и поднимать 12000 фунтов. В числе артиллерийских предметов, коими он хочет снабдить себя, ожидает он особливо большого действия от ящиков, наполненных порохом, которые, брошены будучи сверху, могут разрывом своим, упав на твердые тела, опрокинуть целые эскадроны». Активно готовившийся к новой войне с Наполеоном царь и стал первым, кто всерьез заинтересовался идеей воздушного корабля-бомбардировщика. Александр повелел вывезти изобретателя из Германии и выделить щедрое финансирование на его проект. Тем временем о подозрительной деятельности Леппиха узнала французская разведка. 18 апреля 1812 года инженера вызвали в полицию, а из Парижа поступило указание арестовать его. Однако изобретатель, почувствовав, что запахло жареным, бежал в Мюнхен, где русский посланник князь Иван Барятинский тайно вручил ему документы на имя курляндского доктора медицины Фейхнера. C ними Франц добрался до Луцка, где его встретил фельдъегерь Иордан. Он вручил Леппиху паспорт на имя Шмидта и лично сопроводил его до Москвы. Явившись к гражданскому губернатору города Николаю Оберескову, немец вручил ему рескрипт от царя. В бумаге говорилось: «Секретно! Николай Васильевич! Вручатель этого, иностранец Шмидт, объявит вам причину, по которой посылается мною в Москву. Храните ее под завесой непроницаемой тайны не только от московских жителей, но и от главнокомандующего фельдмаршала графа Гудовича (московского главнокомандующего Ивана Гудовича. – Прим. авт.). Поместите Шмидта где-нибудь около Москвы и давайте все средства к исполнению его предприятия. Пребыванию же его у вас дайте фабрикацию земледельческих орудий или чего другого. Все сношения со мною по этому предприятию ведите через обер-гофмаршала графа Н. А. Толстого, адресуя ваше ко мне донесение на его имя». Интересно, что граф Алексей Аракчеев, тогда занимавший пост председателя департамента военных дел в Госсовете, воспринял идею скептически, за что был обозван Александром дураком. «Император меня призвал и сказал: «Явился человек, который хочет видеть всю армию Наполеона, отведи ему близ Москвы удобное место и дай средства к работе», – вспоминал он позже. – Я позволил себе сделать возражение о нелепости дела и получил ответ: «Ты глуп!» «ЭТОТ ШАР ДОЛЖЕН БЫЛ ПОГУБИТЬ ФРАНЦУЗСКУЮ АРМИЮ» Первоначально сборочная площадка находилась на казенном дворе в Тюфелевой роще близ Симоновского монастыря, то есть в 5,8 км к югу от кремля, на месте будущего Завода имени Лихачева. Но уже вскоре секретный объект, предназначенный для постройки чудо-оружия, переместился в усадьбу Воронцово, в 10 км к юго-западу от центра Москвы. При этом из Европы было тайно доставлено нескольких немецких мастеров, рекомендованных Леппихом. Большую часть персонала фабрики – в общей сложности около 100 человек – набрали из москвичей. Поскольку у инженера уже был некоторый опыт, поначалу дело пошло быстро. Оболочку аэростата начали делать из тафты – плотной тонкой глянцевой ткани полотняного переплетения из туго скрученных нитей шелка и хлопка. Одновременно скреплялся каркас и собиралась огромная боевая гондола. Самым сложным был процесс производства водорода: газ образовывался во множестве бочек, в которых беспрерывно шла химическая реакция (серная кислота разъедала железо). При этом Леппих даже открыл способ добычи водорода из опилок, что значительно ускоряло процесс. Наибольшие проблемы возникли с металлическими пружинами, при помощи которых экипаж должен был управлять аэростатом. Понадобилась высококачественная инструментальная сталь, которую в России не производили. Вскоре фельдъегерской службе императора удалось добыть английскую сталь высшего качества. Все заказы для Леппиха имели статус приоритетных, а финансирование было практически бездонным, ответственные лица подписывали все запросы инженера без вопросов. Этому, конечно, поспособствовала и начавшаяся война. 15 июля Александр I лично прибыл на фабрику и попросил завершить работы по первому прототипу как можно скорее. Визит царя, разумеется, привлек лишнее внимание к проекту. По армии поползли слухи, будто под Москвой выпускают «новоизобретенные заряды для пушек» и даже «корабль, который будет двигаться под водою», то есть подводную лодку! Узнала о таинственном проекте и французская разведка. По воспоминаниям дипломата маркиза де Коленкура, удивленному императору сообщили о «зажигательном воздушном шаре». «Этот шар, как уверяли, должен был погубить французскую армию, внеся в ее ряды беспорядок и разрушение», – писал он. Потом поступила еще одна информация: будто бы русские строят чудовищных размеров шар, главное назначение которого – убить Наполеона, обрушив с неба «целый дождь огня и металла». В общем, одна новость была страшнее другой!