ТЕРРОРИСТИЧЕСКИЙ АКТ ПРОТИВ СОВЕТСКОЙ ПЕЧАТИ Все граждане, жившие в СССР, помнят историю Павлика Морозова, пионера-героя, который дал показания на своего отца – председателя сельсовета, дружившего с кулаками и укрывавшего их хозяйства от обложения. За это Павлик был жестоко убит своими родственниками. На этом примере было воспитано несколько поколений советских людей. На самом деле подобные случаи в те годы были далеко не единичны. Примерно за полтора года до суда над Трофимом Морозовым аналогичная история произошла в Нижегородском крае. Летом 1929 года в газетах «Йошкар кече» и «Марийская деревня» стали выходить заметки о деревне Русско-Шойской Сернурского кантона (подобные административно-территориальные единицы существовали не только в Швейцарии, Франции и Люксембурге, но и в нашей стране). Одна из статей разоблачала прошлое братьев Алексея и Трофима Пироговых. Первый прежде являлся торговцем, а второй служил стражником. Именно поэтому, по мнению автора, они препятствовали созданию колхоза в Русско-Шойской и поддерживали местных кулаков. Заметки выходили под псевдонимом, и возмущенные Пироговы начали поиски автора. Коим, к их изумлению, оказался приемный сын Трофима – 22-летний комсомолец Степан Лебедев! Степан в 1922 году лишился отца и матери (умерли от тифа), после чего его усыновил родственник. Как потом выяснило следствие по данному делу, Трофима привлекла чисто материальная выгода: благодаря усыновлению мальчика в его владение перешли большой дом Лебедевых, земельный участок, корова и клеть. Понятно, что Пирогов пришел в бешенство. Я его, понимаешь, кормил, поил, одевал, а он про меня, приемного отца, такие статейки кропает, позорит на весь кантон! Собрав ворох газет, Трофим созвал сельский сход, на котором стал вслух зачитывать заметки, разоблачавшие русско-шойских кулаков и попов. Затем заявил: «А пишет все это мой приемный детина, комсомолец, полюбуйтесь на него!» Озвученные строки вызвали ярость у зажиточных крестьян, которые приволокли на мероприятие самого селькора и предложили коллективно избить его для перевоспитания. Однако сельская беднота вступилась за парня, практически вырвала его из кулацких лап и спасла от расправы. Самое интересное, что Лебедев после всего этого не отрекся от приемного папаши, а продолжал преспокойно проживать с ним в одном доме. Однажды Трофим пригласил парня съездить вместе в соседнюю деревню. По пути угостил свежей колбаской. Вскоре после этого селькор внезапно приболел, а спустя четыре дня помер. Вскрытие показало, что причиной смерти стало острое отравление мышьяком. «Следствием было установлено, что Трофим Пирогов умышленно отравил Степана Лебедева, чтобы избавиться от первого селькора деревни Шойской, выступившего против кулачества, – отмечала «Нижегородская коммуна». – Об этом знал и Алексей Пирогов, который так же был заинтересован в том, чтобы избавиться от селькора Лебедева». В итоге Марийский областной суд оценил преступление как террористический акт, направленный против представителя советской печати, и приговорил обоих братьев к смертной казни. Затем уголовно-кассационная коллегия Нижкрайсуда пересмотрела дело и заменила приговор Алексею Пирогову, не принимавшему непосредственного участия в убийстве, на 10 лет лишения свободы. Последним шансом Трофима было ходатайство о помиловании, которое в те годы рассматривал ВЦИК СССР. Однако оно было отклонено, и в январе 1930 года «защитник кулаков» был расстрелян. Чем-то похожая история случилась практически в Большом Болдине, точнее, в соседнем селе Большое Казариново. В деревянной церкви Сергия Радонежского служил поп Калистов. Через своих детей он распространял среди учеников местной школы православную литературу, напутствуя их, несмотря на большевистскую пропаганду и гонения, по-прежнему изучать закон Божий. Но у Калистова нашелся ярый противник, местный учитель Катушев, который всячески высмеивал церковь и священнослужителей, подговаривал детишек избавляться от религиозных книг. В 1927 году по инициативе Катушева в селе было организовано отделение кооператива, а затем товарищество по производству черепицы. Когда началось создание колхозов, сельский учитель, пользовавшийся большим авторитетом, начал работу по созданию такого предприятия в Большом Казаринове. Позже Катушев был избран председателем правления колхоза. Попутно он продолжал активную атеистическую пропаганду, в результате которой число прихожан в храме резко сократилось. По версии следствия, вся эта деятельность сильно ударила по карману Калистова и сделала его ярым врагом сельского педагога. Тогда он решил заказать убийство Катушева. В качестве исполнителей поп подобрал местных хулиганов И. М. Плашенкова и Семена Тимохина. Вооружившись наганом, те совершили нападение на Катушева, но подоспевшие на помощь граждане сумели обезоружить киллеров. Правда, в милицию почему-то никто не обратился, и Плашенков с Тимохиным остались на свободе. Это позволило им вторично совершить покушение на Катушева, но опять неудачно. И только после этого хулиганов арестовали. Дело рассматривалось в Арзамасском суде. Калистова признали организатором террористического акта против учителя-общественника и приговорили к 10 годам лагерей. Такой же срок получил и Тимохин. Интересно, что именно из Большого Болдина был родом Константин Катушев – cоветский партийный и государственный деятель, первый секретарь Горьковского горкома КПСС в 1963–1965 годах, первый секретарь Горьковского обкома КПСС в 1965–1968 годах, секретарь ЦК КПСС в 1968–1977 годах, заместитель председателя Совета министров СССР в 1977–1982 годах. Наряду с Михаилом Горбачевым он рассматривался на роль преемника Леонида Брежнева. Из биографии Катушева известно, что он родился в 1927 году в Большом Болдине в учительской семье. Можно предположить, что герой нашей истории – учитель-общественник Катушев – был его отцом либо близким родственником. К сожалению, в статье «Поп-подстрекатель к убийству учителя» инициалы педагога не указаны. Конечно, хватало в те годы и обычных, не политических преступлений. В конце января в Сормовском клубе им. 1 Мая проходил судебный процесс по делу о массовой резне в селе Варя. В один из осенних дней 1929 года в доме, принадлежавшем супругам Козловым, было обнаружено сразу шесть трупов. Это были сами хозяева и четверо рабочих завода «Красное Сормово»: Макаров, Антонов, Алмазов, Васильев. Зверское преступление (жертвы скончались от множества колото-резаных ран) буквально потрясло Сормово. Сотрудники НУРа (Нижегородского угрозыска) довольно быстро напали на след убийц и задержали их на одной из шахт Донбасса. Ими оказались братья Алексей и Федор Акиндиновы и Иван Кирюшин. Все трое являлись сезонниками, то есть работягами, приезжавшими на завод на заработки на несколько месяцев. Вместе с четырьмя другими рабочими они снимали комнаты в доме Козловых, а убийство совершили с целью ограбления. Признав социальную опасность и неисправимость преступников, суд приговорил всех троих к высшей мере.