Бывший начальник нижегородской ИК-5 осужден на 12,5 года за взятки Довольно странным приговором закончилось в Канавинском райсуде слушание дела бывшего начальника исправколонии №5 Сергея Малышева. Даже сторона обвинения в прокурорском лице была слегка шокирована. Судья Марина Нефедьева назначила теперь уже бывшему полковнику наказание больше, чем та самая прокуратура запросила. Обвинялся Малышев в мошенничестве, получении взяток и злоупотреблении служебным положением. Статьи серьезные. А вот доказательная база под ними – так себе. Действительно, злоупотребить в ИК-5 дело не мудреное. Можно даже не изу-чать прикладную коррупцию и прочую симонию. Дело в том, что в находящейся в Канавинском районе колонии сидят не матерые зеки, сознательно и давно противопоставившие себя обществу и с диагнозом «АУЕ-шности» останков межушного ганглия, а в некотором роде безобидные жулики: растратчики, мелкие аферисты, алиментщики. Даже инженеры по охране труда сидят. У которых на предприятии в соплю пьяный электрик не туда отвертку в трансформаторе сунул и эта глупость стала последней в его жизни. А за недосмотр посадили инженера по ТБ. То есть, публика за периметром находится в какой-то степени даже интеллигентная и готовая платить за разные послабления режима и так не сурового. Поскольку каким глупошным надо быть, чтобы при 2-3-летнем сроке срываться в побег за сроком в два раза выше? Доходило до сюрра. Об этом несколько лет назад мы уже писали. Изрядно покушавший на рабочем месте водочки «кум» (начальник оперчасти), что называется «недоел». Потому вызвал одного из зеков, дал ему денег, ключи от своей машины и велел ехать за бухлом. Еще и сверху «беговую» денежку дал. А также объяснил в каком магазине ночью купить вкусного напитка, которым в Канавино (да и везде) торгуют сплошь и вопреки придумкам «бешеных принтеров» из Госдумы и нижегородским их коллег. Зек доехал. Купил водки гражданину начальнику. И себе. Дорвавшись до деликатеса, начал жрать свою долю прямо в машине. Чем удивил экипаж патрульной машины, притаившейся в видимости магазина. Это за пэпсами водится: зачем штрафовать лабаз (одна «палка»), если за ночь можно на алкашах набить пару десятков административных протоколов?! Короче, приняли они товарища, когда он завел машину и отъехал пару метров. И дальше патрульных постигло от его рассказа неимоверное удивление. Зек без прав послан начальником оперчасти на его же машине за водкой. Ну, бред же?! Оказалось нет. В райотделе выяснили, что зек действительно – зек. А авто принадлежит «куму» ИК-5. Который на осторожные телефонные расспросы из дежурной части неосмотрительно всё подтвердил и потребовал сей момент вернуть и гонца, и машину, и прилагающуюся к ним водку. Скандал намечался громкий, но во ФСИНе предпочли его нивелировать, ограничившись выпинныванием шефа оперативников в народное хозяйство. Это к тому, чтоб не голословно проиллюстрировать своеобразную атмосферу внутри заведения. Возможно, именно на это общее впечатление опиралась и судья, вынося решение относительно судьбы Малышева. Давайте посмотрим чем и как, исходя из материалов дела и обвинительного заключения, полковник нагрешил. Вменили ему аж пять преступлений. Первое. За 200-тысячную взятку (в рублях, естественно) «хозяин» отпустил, судя по показаниям осужденного Евгения К., его на 10 суток в родную Казань проведать родных. Но интересный момент. Этот свидетель утверждает, что деньги офицеру ФСИН за свой «отпуск» он попросил перечислить своего друга-бизнесмена из той самой Казани. Только вот незадача: упомянутая Евгением фирма друга была зарегистрирована гораздо позже получения Малышевым денег. Понятно, что и бухгалтерша конторы твердит, что никакому Малышеву деньги не отправляла – сложно это сделать со счетов несуществующей еще организации. В банках следов транзакции тоже нету. По сему поводу Евгений К. внезапно вспоминает, что дело было по-другому. Друг коммерсант перевел деньги своему знакомому в Нижний Новгород и тот наличкой передал их Малышеву. Что не отменяет нестыковку по времени передачи взятки и основание фирмы. Второй эпизод. Тоже трактуемый как взятка. Бывший зек Андрей Е. рассказал под протокол, что на свои средства приобрел по просьбам сотрудников ИК-5 позолоченный браслет. Который этим же сотрудникам передал за возможность пользоваться мобильником. Впоследствии неоднократно видел эту полуювелирку на руке начальника колонии. Так, стоп. Выходит что браслет свидетель лично Малышеву не передавал. А отдал его неназванным «сотрудникам», которые и обеспечили Андрею телефонию. И вполне возможно впоследствии из каких-то своих личных, не связанных с заключенным Е., интересов презентовали браслет непосредственному начальнику. В таком случае почему эпизод взяточничества примерили к начальнику колонии, а не его подчиненным? Другой коленкор, если б в деле имелись показания этих безымянных «сотрудников» о том, что шеф приказал им раскрутить зека на блестящую ерундовину, а потом отдать браслет ему. Но таких показаний нет. Пункт третий. Злоупотребление служебным положением. Будто бы Малышев из каких-то, возможно меркантильных соображений, однажды вышел в суд с необоснованным представлением на условно-досрочное освобождение заключенного, который своим буйным характером оное никак не заслужил, не вылезая из штрафного изолятора за многочисленные нарушения режима. И суд, доверившись мнению начальника колонии выпустил злостного нарушителя на свободу. Только есть два нюанса. В тот момент полковник был в отпуске. Еще он был категорически против УДО для того зека. О чем гласят подписанные Малышевым характеристики на него. Сплошь отрицательные. И выраженное для тогдашнего суда в письменной форме мнение о том, что человек не исправился и в люди таких выпускать раньше времени нельзя. Выходит, что пользуясь отсутствием начальника ИК-5, некто от его имени состряпал бумагу, благодаря которой раньше времени получил свободу недостойный ее сиделец. Перейдем к эпизодам, которые сомнений не вызывают. Малышев действительно лично разрешал некоторым заключенным пользоваться сервисом «Зонателеком» (разговоры по связи возможны только по нескольким заранее проверенным номерам родственников и друзей, все они записываются) сверх установленного лимита минут. «Хозяин» считал, что таким образом поощряет контингент за примерное поведение и перевыполнение планов на производстве. Но у Следственного Комитета на этот счет было иное мнение. Сводившееся к статье УК РФ о злоупотреблении служебными полномочиями. Хотя, в этой истории достаточно было внутриведомственной проверки и вынесения по ее результатам строгого выговора или неполного служебного. Доказано и откровенное мошенничество, совершенное полковником. Связано оно с тем, что государство страху-ет работников силовых структур от получения травм, увечий или гибели при исполнении служебных обязанностей. Три последних слова крайне важны. Вышел, допустим, из служебного кабинета, споткнулся на лестнице и сломал ногу – получи денежку. Если же дома с печки упал с тем же результатом – всё лечение за свой счет. Что, наверное, справедливо. Малышев так не считал и решил схитрить. Поломав вне службы по-пьяни нижнюю конечность, он в страховую компанию представил документы о том, что оказия случилась с ним на работе и был он абсолютно трезв. Ему без вопросов выплатили 300 тысяч рублей страховки. Пожалуй, только по последнему эпизоду полковник достоин уголовного преследования и суда. Разумеется, с последующим приговором. Но всё ж не таким суровым, как ему был вынесен. 12,5 лет лишения свободы в колонии строгого режима, штраф в доход государства в размере 2,22 миллиона рублей, лишение звания и конфискация имущества, которого Малышев нажил совсем немного: «Уазик» и 51 тысяча рублей на счете в банке.