Сразу представлялось, что обвинять в инкриминируемых ему преступлениях Смирнову со стороны Лавричева было крайне неосмотрительно, поскольку та слишком много о нем знает. Ведь она, еще раз скажем, работала в Приокском районном суде как раз в то время, когда Лавричев возглавлял расположенный в том же районе завод «Термаль» и если верить гулявшей информации, которая конечно нуждается в проверке, у него там были проблемы с законом, связанные с хищением цветных металлов. Однако историю удалось замять. После чего вдруг через несколько лет, когда Лавричева назначили директором АПЗ (2008 год), начальником юридического отдела завода он назначил Смирнову. И что характерно – и ушла она с предприятия одновременно с Лавричевым (2019 год)! Такие вот странные условия зарождения дружбы и междусобойчика. Фамилия г-жи Смирновой фигурирует в обоих эпизодах уголовного дела, но в истории с выводом медицинского оборудования следствие сочло, что та могла и не знать о преступном замысле своего начальника, и просто «вслепую» выполняла его приказы, не ведая, что потворствует нарушению закона. А вот в случае с продажей земли и объектов на улице Молокозаводской, она это уже должна была понимать, поскольку всё было слишком очевидно, а к тому же Смирнова делала то, что не входило в ее служебные обязанности. Поэтому следствие сочло ее пособницей Лавричева, с чем она согласилась, признав вину в полном объеме. Собственно, в ходе допроса подсудимая Смирнова просто подтвердила свои прежние (сказанные на следствии) показания (в суде они ранее не озвучивались), добавив к ним несколько небезынтересных деталей. Итак, по версии Смирновой в 2016 году Лавричев поручил ей, как начальнице юридического отдела, подготовить оценку земли и объектов на улице Молокозаводской, являющейся собственностью завода для их последующей продажи. Обычно такие оценки проводил нижегородский эксперт Захаров, претензий к которому никогда не возникало, поэтому к нему обратились и в этот раз. Захаров провел экспертизу, в которой обозначил рыночную стоимость продаваемого имущества. Но когда Смирнова показала оценку Лавричеву, тот возмутился, сказав, что это слишком дорого, назвал сумму, пределы которой экспертная оценка не должна превышать (в 5 раз ниже предлагаемой) и дал команду провести новую экспертизу. Что уже было незаконно. В том смысле, что эксперт не может переделывать свою же экспертизу. Если заказчик засомневался в его компетентности, то просто может заказать новую у другого специалиста, в другом экспертном учреждении. Но в данном случае обратились снова к Захарову, и тот, понимая ситуацию, сделал, что просили, договорившись со знакомой, чтоб та просто подписала сделанную им экспертизу как свою. По словам Смирновой, она, понимая, что речь идет о нарушении закона, не рискнула сама говорить об этом Захарову, которого совсем не знала. Об этом его попросил коммерческий директор (ранее управляющий филиалом банка «Рененсанс-Капитал», по некоторым данным, отвечавший за все финансовые схемы на АПЗ) Алексей Рощин. Который, кстати, во время своего допроса об этом предусмотрительно умолчал. Понятно, что вторично его вызывать в суд уже не станут, но не удивимся, если после окончания процесса у следственных органов могут появиться вопросы уже и к нему… Разумеется, г-же Смирновой стало интересно, зачем они все рискуют, цинично обманывая работодателей и незаконно занижая стоимость продаваемых заводом объектов. Тайну за семью печатями ей раскрыл... нет, не Лавричев, а их общий знакомый некто Шершов, который, к сожалению, несколько лет назад скоропостижно скончался и сам уже ничего не сможет пояснить суду. Так вот, по словам Смирновой, Шершов рассказал ей, что Лавричев задумал продать землю вместе со всеми имеющимися на ней постройками компании «Авангард» крупного арзамасского застройщика Сергея Калинкина (в показаниях этого нет, но и так известно, что они оба тогда заседали в городской думе Арзамаса и прекрасно друг друга знали). Но чтобы получить со сделки навар, нужен был посредник. Таковым и стала фирма «Зодчий-НН». Ее хозяева испытывали финансовые проблемы и собирались ее продать, но в Совете директоров АПЗ об этом ничего не могли знать. Поэтому именно данную фирму обозначили в качестве покупателя. В ней поменяли руководство на подконтрольного Лавричеву и Смирновой человека, а потом вообще на дочь Смирновой, дали взаймы денег для покупки объектов, и уже после того, как сделка с заводом была завершена, учредители «Зодчего-НН», передали данную фирму ООО «Квадрат», соучредителем которого была дочь Лавричева – Дарья. В результате в Совете директоров на момент продажи активов ни у кого и мыслей не могло зародиться, что в конечном счете гендиректор завода Лавричев сам себе по заниженной цене продает заводскую землю и недвижимость на ней, чтобы потом «навариться» на продаже всего этого заранее найденному покупателю-застройщику. Хотя по версии Смирновой и следствия, именно так всё и было! По словам Смирновой, для создания видимости конкурсных процедур, чтобы со стороны всё казалось законным и честным, одну из квартир в общежитии даже продали вышеназванному Шершову, а потом тот сразу продал ее «Зодчему-НН». Конверты бывают разные Теперь оставалось главное – как забрать деньги со счетов «Зодчего-НН», чтобы ни у кого и тут не возникло никаких подозрений? В данном случае постаралась сама Смирнова. Когда Лавричев поставил ей задачу, она договорилась со своим знакомым – неким Егоровым, что тот окажет «Зодчему-НН» фиктивные юридические услуги на 9 миллионов рублей. А полученные деньги наличными передаст Смирновой. После чего та отнесет их Лавричеву. Так всё и было сделано. Здесь стоит сделать некоторое отступление. Задав вопрос, а господином Егоровым были заплачены налоги с суммы 9 миллионов рублей? Считаем, что в данном случае это можно трактовать, как сообщение об еще одном преступлении, причем публичном сообщении – обналичивании крупных денежных сумм. Как мы рассказывали, за Олегом Лавричевым и ранее водились аналогичные грешки. Хотелось бы ждать со стороны правоохранителей проверки и оценок всплывшим фактам. Продолжим. На прошлом заседании Лавричев утверждал, что Смирнова передала ему только три миллиона рублей, которые он забрал в счет своего долга «Зодчему-НН». А 9 миллионов, мол, даже не уместились бы в бумажный конверт, который фигурирует в материалах дела. Однако Смирнова рассказала, что на самом деле речь идет вовсе не о том конверте, в котором письма отправляют, а фактически о громадном бумажном пакете в форме конверта, куда прекрасно влезли все девять миллионов. Как она входила в кабинет Лавричева с эти пакетом, должны быть записи видеокамер. Но думается, эти записи давно зачищены. «Какие ваши доказательства?» Кстати, выстраивая свою защиту, Лавричев, явно злоупотреблял бездоказательными доводами. Например, утверждал, что 3 миллиона рублей, полученные от Смирновой в счет долга «Зодчего-НН», он вложил в установку памятника Сергию Старгородскому, помогая Нижегородской епархии к приезду патриарха. Но где документы от епархии, подтверждающие перечисление средств на данные цели? Или можно было вызвать в суд священнослужителей, которые подтвердили бы данный факт. Этого сделано не было! Почему? В результате можно сделать вывод, что слова Лавричева – ложь, как и многое другое им сказанное. А деньги он мог потратить на всё, что угодно. Между прочим, бывший губернатор Кировской области Никита Белых, осужденный на 8 лет колонии за взятку в особо крупном размере, тоже на суде утверждал, что собирался потратить деньги на благие цели – на нужды города. Но поскольку никаких доказательств тому предоставлено не было, суд в эту версию не поверил, и смягчающим вину фактором ее не расценил. Хотите верьте, хотите нет Смирнова добавила, что никаких денег за участие, как она сама выразилась в афере, она не получила, а помогала Лавричеву только потому, что боялась увольнения с высокооплачиваемой должности на АПЗ, а потому была вынуждена выполнять любые распоряжения своего начальника. Тут уж, как говорится, хотите верьте, хотите нет. Как и Лавричев на прошлом заседании, Смирнова заявила, что не будет отвечать на вопросы. Но не на все, а только со стороны Олега Лавричева и его адвокатов, поскольку «мы слишком по-разному помним то, как всё тогда происходило». А вот на вопросы судьи и представителя Гособвинения она готова ответить. У гособвинения особых вопросов к ней не возникло, а вот председательствующий судебного заседания спросил, действовала ли она по приказам Лавричева, когда помогала оформлять документы по покупке и последующей передаче маммографа. Смирнова ответила: «Конечно!»