После ряда смертей младенцев в различных регионах страны актуализировалась тема укрупнения родильных домов. Остается она актуальной и для Нижегородской области. Во многих районах (округах) региона жители жалуются, что у них давно закрыто родильное отделение и будущие мамы вынуждены ездить рожать в соседних городах или даже в областном центре. На самом деле это не чей-то промах: всё так и задумано, ведь в Нижегородской области, как и в целом в России, действует трехуровневая система родовспоможения (так называемая «маршрутизация») и малые родильные отделения в ЦРБ закрыты в рамках «оптимизации медицины». Считается, что при малом количестве родов в год врачи утрачивают квалификацию, при этом в отделениях нет дорогостоящего оборудования, реанимации для спасения недоношенных младенцев и везде таковое установить невозможно. Поэтому риски – высокие. В итоге рожениц распределяют в крупные межрайонные перинатальные центры и ЦРБ соседних районов. Однако это приводит к тому, что многие беременные или родильницы вынуждены преодолевать большие расстояния в самый ответственный момент. Выявлялись случаи, когда, чтобы попасть на прием к врачу, надо ехать на такси и где-то останавливаться ночевать. Женщины боятся не успеть доехать (особенно если второй, третий ребенок), в то же время зачастую дороги на севере области зимой заметает, а путь до перинатального центра занимает до 3 часов. Из-за того, что роддом далеко, женщин буквально заставляют «укладываться» в стационар за 2-3 недели до родов. Многие отказываются, так как дома остаются старшие дети, которых не с кем оставить на долгий срок. «Район у нас большой, и теперь будущим мамам придется ездить рожать за 40–100 км в Сергач, в зависимости от удаленности их деревни. Зимой дороги заметает, можно просто не успеть доехать и родить в машине скорой помощи. Закрытие роддома – это удар по району. Молодежь видит, что медицинская помощь сокращается, и делает один вывод: отсюда нужно уезжать», – жаловались, к примеру, жительницы Пильны в область после закрытия там родильного отделения. А в Большемурашкинском районе после закрытия родильного отделения в местной ЦРБ беременных женщин закрепили за Лысковской районной больницей. Из-за большого расстояния (между некоторыми селами и новым роддомом оно превышает 60–70 км) жительница одного из сел Большемурашкинского района родила прямо в машине скорой помощи на трассе, не доехав до Лыскова. Роды принимала дежурная фельдшерская бригада в полевых условиях. А это – высокие риски! Сам по себе переход к крупным перинатальным центрам отражает мировую тенденцию: сложное оборудование, мультидисциплинарные бригады, круглосуточная реанимация, выхаживание экстремально недоношенных детей – всё это трудно обеспечить в небольшом районном роддоме. В этом смысле централизация может быть правильным направлением, но то, как она реализуется, вызывает обеспокоенность. Когда во главу угла ставится сокращение коек, а не безопасность и доступность помощи, мы видим последствия в виде трагических случаев. Есть еще важный показатель – качество и обученность персонала. Можно нарисовать идеальную маршрутизацию, открыть перинатальные центры, прописать высокие критерии жизнеспособности, но если в роддоме нет квалифицированных акушерок, реаниматологов, обладающего практическими навыками среднего медперсонала, при этом его роль выполняют санитарки, то ничего хорошего не получится. Между тем, специалисты НМИЦ акушерства, гинекологии и перинатологии имени академика В. И. Кулакова заявляли в 2023 году о нехватке 8 135 акушеров-гинекологов, 3 686 врачей-неонатологов и 626 акушерок. С тех пор ситуация не стала лучше: в 2024 году общая численность врачей в стране снизилась, в том числе сократилось количество акушеров-гинекологов – с 43,5 до 42,3 тысяч…